Тень императора

Сахаров Василий Иванович

Дальше день пошел по расписанию. Император отправился на встречу с самыми главными людьми империи, и я был с ним.

На очередном заседании большого совета, который ранее назывался Верховным Имперским Советом, присутствовали те же люди, что и раньше. Император, три великих герцога, Ферро Каним, Ульрик Варна и Туир Кайяс, канцлер Тайрэ Руге, архимаг Вихт Дассар, патриарх Миш Ловитра и глава ТПП Вар Виглиц. Все они имели право голоса, а я нет. Моя функция наблюдательная и не более того. Поэтому я скромно стоял возле трона, слушал сильных мира сего, наблюдал и анализировал.

Как обычно, речь шла

о проблемах. Обсуждали недостаток продовольствия и снаряжения на армейских складах, внеочередной воинский набор и новые должностные назначения. А потом речь пошла о самом главном на сегодняшний день, о деньгах. Где взять средства для армии, флота, стражников, чиновников, магов, пограничных протекторов, строителей и пенсии? Денег нет. В казне, хоть шаром покати. До середины следующего месяца необходимо дополнительно получить восемь миллионов иллиров, но налоги не поступают, а провинции разорены. И дошло до того, что сам Ферро Каним начал жаловаться на отсутствие средств.

Конечно, никто из присутствующих ему не поверил. Все знали, сколько трофеев захватила армия Канимов при наступлении на республиканцев, и какие богатые рудники клан великого герцога захватил после падения дома Ратина. Но верить одно, а доказать совершенно другое, тем более что уличать Ферро Канима во лжи никто не собирался. Все члены большого совета были хорошими актерами, каждый играл свою роль и вот именно про это говорил Марк. Лицемерие, обман и показной патриотизм среди членов совета просто зашкаливали. При этом они воспринимали это нормально. И что хуже всего, император не мог ничего исправить, даже при поддержке канцлера и его "имперцев". Чтобы диктовать свою волю нужна настоящая сила, а ее не было.

Короче, совет закончился, а главный вопрос так и не решили. Великие герцоги, канцлер, архимаг и представитель имперского олигархата в один голос, словно сговорившись, сказали, что денег у них нет и где их достать они не знают. Хотя, я не прав. Был один человек, который не жаловался и ничего не просил, великий герцог Ульрик Варна. Но он всегда такой, говорит очень редко и живет по принципу — не верь, не бойся, не проси. Ему плевать на государственные дела, он к ним равнодушен, и Варна оживал только на войне. Но в целом, помалкивая, он одобрял действия других членов совета, и рассчитывать на него нельзя. Разве только в бою.

Зал опустел и Марк, склонив голову набок, спросил:

— Теперь ты понимаешь меня, Уркварт?

— Понимаю, — отозвался я.

— И что можешь подсказать?

— По наполнению казны?

— Да.

— Нужно продолжать грабеж неверных купцов и дворян. Но не отдавать имущество и земли Канимам, а самим их продавать. Кроме того, у меня есть идея создать акционерное общество по сбору средств на грандиозную идею. Например, вбросить в общество сведения о богатейших золотых копях на севере, изумрудных горах на тропических южных островах или источнике вечной молодости в эльфийских лесах. После чего можно провести информационную кампанию и раскрутить идею. А затем вбросить ее в общество, собрать деньги на реализацию и исчезнуть. Конечно, это афера и обман, при которой пострадают не только богачи, но и бедняки. Однако честным способом денег на спасение государства мы не добудем. Невозможно это, не обладая всей полнотой власти в государстве.

Да и потом, когда появится золото, снова вылезает вопрос контроля. Как проверить, куда ушли деньги? Поэтому наши действия носят временный характер. Нам нужно латать дыры, и мы будем это делать до тех пор, пока ты не стал настоящим самовластным государем.

— Для реализации твоего плана нужны верные исполнители, которые этим займутся, а самим придется держаться в стороне. Снова извечная проблема, нехватка людей и времени, а деньги нужны сейчас.

— Давай обратимся к Иллиру и другим нашим союзникам, ламиям и культу Улле Ракойны. Пусть помогают.

— Не привык я просить.

— А надо. Тем более что мы не собираемся садиться им на шею и становиться иждивенцами. Мера временная. Нам бы пару-тройку месяцев продержаться, а потом станет легче.

— Думаешь?

— Уверен.

— Мне нужно поразмыслить над этим. А ты можешь быть свободен.

Поклонившись Марку, я покинул дворец и обнаружил, что за воротами меня поджидают.

Возле коляски, переговариваясь с дружинниками, при полном параде, в черных камзолах и верными ирутами на боку, стояли Виран Альера и Нунц Эхарт. Два барона, мои верные друзья и вассалы, прибыли на зов и теперь должно стать немного легче.

Глава 7

Империя Оствер. Исания. 30.05.1407 г.

Маркиз Люк Чентерья, полный, но не толстый брюнет, посмотрел на бутылку красного вина и поставил на стол тяжелый кубок. Он хотел напиться вдрызг и забыться. Однако вместо этого маркиз схватил бутылку и швырнул ее в стену.

Звон разлетевшегося стекла всколыхнул тишину, а красная жидкость расплескалась по серому камню и потекла вниз.

— Проклятье! — маркиз сплюнул на пол, чего ранее себе никогда не позволял.

Бесшумно открылась дверь, и появился секретарь, старый верный Арчи:

— Что с вами, мой господин?

— Пшел вон! — закричал маркиз и метнул в секретаря кубок.

Дверь закрылась и золотой кубок, столкнувшись с деревом, отлетел и покатился по полу. А Чентерья, подумав, что Арчи ни в чем не виноват, махнул рукой и снова присел.

Маркиз задумался, и его мысли закрутились вокруг той беды, которая к нему пришла.

Древний род Чентерья являлся наследниками королевской династии Чент-Рок, которая в незапамятные времена правила Исанией. Но, несмотря на древность рода, потомки прежних королей всегда были преданы империи и считали себя остверами. Да и как иначе, если исанийской крови у маркиза было не больше двадцатой доли. Поэтому сепаратистов в этой семье не водилось.

Как и большинство имперских дворян, Чентерья служили в армии, были чиновниками, придворными, магами, жрецами и занимали ответственные посты. Но самой главной страстью, которая приносила семье доход, являлось разведение лошадей. Именно в поместьях Чентерья вывели знаменитых исанийских полукровок, выносливых, быстрых и неприхотливых скакунов для легкой кавалерии, трагадов-тяжеловозов для рыцарей и беговых локайе для скачек. Продажа лошадей дело прибыльное, и на привольных пастбищах семьи Чентерья паслись косяки кобылиц, владения маркизов постоянно расширялись, а их казна никогда не была пустой.