Тень императора
Шрифт:
— Я же говорю — мне было страшно. Хотелось поскорее решить проблему, невзирая на потери, и я заложил большую часть своих товаров, лавки и склады. Поэтому расплатился через два дня.
— Кому заложили имущество?
— Банку Канимов.
— Под какой процент, и на какой срок?
— На один год. Под двадцать пять процентов годовых. Учитывая, что империя воюет, а многие провинции объяты волнениями и мятежами, условия хорошие.
— А как на банк Канимов вышли?
— Глава столичного филиала господин Эшберт, с которым
— Откуда Эшберт узнал о ваших проблемах?
— Я сам рассказал. И он сразу предложил помощь.
— Золото получили наличными?
— Нет. Мне выписали чек.
— И люди канцлера его приняли?
— С радостью, не задавая лишних вопросов.
— И вас это не смутило?
— В тот момент нет.
— Грамота от канцлера сохранилась?
— Мне дали с ней ознакомиться, а потом забрали.
— Гарантии уничтожения компромата были?
— Все документы у меня… И только потом я подумал, что они ничего не стоят… Наверняка, есть дубликаты…
— Вы же опытный человек, Мадирэ, — Ройхо усмехнулся. — И так опростоволосились?
— Страх делает из людей животных, которые действуют на инстинктах.
— Объяснение хорошее. А кто забирал чек?
— Сим Ойса и Дарагаш.
— Давно это произошло?
— Три седьмицы назад.
Ройхо замолчал, потер ладони и, резко поднявшись, подошел к окну. Он смотрел на улицу, а руки закинул за спину. И Мадирэ хотелось спросить его — к чему эти расспросы. Однако он не решился. Купец ждал дальнейшего развития событий и надеялся, что больше его не ударят.
Спустя несколько минут Ройхо нарушил тишину:
— У меня для вас две новости, Адольфо. Как водится, одна плохая, а вторая хорошая. С какой начать?
— Давайте с плохой.
— Вы стали жертвой обмана. Отлично спланированного мошенничества под прикрытием канцлера. Еще бы немного, день-два, и от вас отстали бы. По крайней мере, на время. Но вы испугались, доверились Эшберту, который, наверняка, находился в сговоре с вымогателями, и сами, без физического давления, заложили свое имущество.
— Но канцлер…
— А что канцлер? Вы с ним лично разговаривали? Нет. А деньги, полтора миллиона иллиров, в государственную казну не поступили. Крайних в махинации двое, Сим Ойса и Дарагаш. И если вы захотите вернуть свои иллиры, вам предстоит долгая судебная тяжба. Ваше слово против их слов. А они упрутся и скажут, что вы лжете. Свидетелей-то нет, и расписок никаких они вам не давали.
— А как же компромат?
— А вы решитесь предоставить его для рассмотрения в суде?
— Нет.
— Вот видите. Как на дело ни посмотри, а вы, такой хитрый и опытный мошенник, сами стали жертвой. Надеюсь, сейчас вы это понимаете?
— Вполне, — купец кивнул и спросил: — А что насчет хорошей новости?
— Вам предоставляется уникальная возможность все исправить и вернуть свои деньги.
— Каким образом?
— Я
— Ройхо, вы человек императора. И мне не верится, что я слышу от вас слово — афера. Вы правы, у меня есть определенная репутация и вес в деловых кругах. Но и у вас она имеется. Репутация человека чести, жесткого, волевого и фанатично преданного императору. Простите, но при таких раскладах иметь с вами дело просто-напросто опасно.
— И, тем не менее, придется.
— Это угроза?
— Да. У меня тоже есть на вас компромат. И если вы откажетесь от сотрудничества, я пущу его в ход и уничтожу вас окончательно.
— Как?
— Очень просто. Именем императора отберу все, что у вас осталось, и превращу Адольфо Мадирэ в пыль. Вы мне верите?
Снова лицо купца покрылось потом и он, смахнув его, ответил:
— Верю.
— А раз так, не сомневайтесь и не ищите лазеек. Примите мое предложение, и я клянусь, что вы не пострадаете и вернете потерянное золото.
— Что именно мне предстоит делать?
— Об этом поговорим позже, когда настанет срок.
— А если я предам вас?
— Не получится. Мне хорошо известно, на что вы способны, Мадирэ, и я приму меры предосторожности. Прежде, чем мы начнем работать, вы дадите клятву на крови, а затем рядом с вами всегда будет мой человек. Но это потом. А сейчас мне нужен ответ — вы со мной или против меня?
Купец думал недолго. Афера, так афера, лишь бы не кинули и не убили. А Ройхо такой человек, что слово чести для него не пустой звук. И Адольфо Мадирэ принял правильное решение:
— Я с вами, граф.
— Отлично. Из столицы не отлучайтесь, глупостей не делайте. Увидимся через семь-восемь дней. От меня прибудет гонец и предъявит письмо с печатью Ройхо. После чего поступайте, что он вам скажет.
— Я вас услышал, господин граф.
— В таком случае, всего хорошего и до встречи. О нашем разговоре, конечно же, никому ни слова. Если появятся люди канцлера, я узнаю об этом и обеспечу вам прикрытие. Однако вряд ли они снова вас потревожат, ибо это ни к чему, деньги-то вы им отдали.
Быстрым шагом граф покинул комнату, и купец услышал команду, которую он отдал своим воинам:
— Амат, Нерех! Снимаемся!
В коридорах загремели солдатские ботинки и сапоги, но вскоре все стихло и Мадирэ, приблизившись к окну, смог увидеть отъезд графской кавалькады.
Окруженная всадниками черная карета стронулась с места и вскоре скрылась за поворотом. А Мадирэ продолжал стоять, размышлял о превратностях судьба, проклинал свой страх и думал о том, что еще не поздно все бросить и сбежать заграницу. Да только, что его там ожидало? Ничего хорошего. И, прогнав тоску, купец присел за рабочий стол и постарался вернуться к делам своей торговой компании.