Тень Нерона
Шрифт:
– А если далеко? – поинтересовалась Ви.
– Нас не пропустят, неважно, далеко или близко, – отозвался Рудгер. – Поначалу ребята, конечно, растерялись, но как только соберутся с силами, тут же дадут отпор и уничтожат. Просто размажут. Троих-то.
– Судя по всему, у них тоже не богато с людьми, – заметил Корвин.
– Томазо мертв? – спросил Рудгер.
– Видимо, – отвечала Виола.
– Жаль парня! – вздохнул Руд.
– Я здесь! – услышали они знакомый голос в шлемофонах. – У меня план другой: каждый заберется в катер колесничих, как это сделал я. Любой ключ колесничего даст вам доступ к системе управления. Разворачиваем их машинки и на малой
– Хорошая мысль! – сказала Виола. – В моем духе. Этот парень еще больший псих, чем я.
– Просто отличная! – Марк удивился, почему сам не предложил чего-то подобного. – Но мне придется вернуться и забрать у мертвого колесничего его ключ.
– А мне, – подыскать добычу, – хмыкнул Рудгер. – Я выстрелил неудачно и расплавил ключ этого парня. – Он забросил под катер отрезанную руку.
Глава 12
Союз врагов
Посол Неронии на Лации был поднят посреди ночи и срочно вызван к консулу, одному из двух высших правителей Лация. Сказать “разбужен” – было бы не верно. Посол в ту ночь вообще не ложился. Известия с Неронии приходили одно тревожнее другого. Отправленный полгода назад в секретный поход флот Колесницы вынырнул в секторе Неронии, и теперь раз за разом атаковал боевую станцию “Тразея Пет”. Атаку отражали лишь девять анималов и наемники, расквартированные на станции. То, что в бой вступили анималы, было относительным везением: один из анималов проходил переоборудование на боевой станции. Обычно анималы базировались на поясе астероидов. Но в этот раз девять кораблей переместились на одну из двух лун Неронии, дожидаясь, когда на теле их боевого товарища сменят броню. Лишь благодаря этому совпадению первая атака была отбита. Разумеется, мощь «Тразеи Пет» не сравнима с вооружением крейсера, но выдержать атаку целого флота ни одной станции не по силам.
Однако обе атаки колесничих с трудом, но были отбиты, и посол ожидал известий из сектора Неронии, когда с ним напрямую связался консул Аппий Клавдий Цек, и попросил срочно прибыть в его резиденцию.
– Вы собираетесь объявить нам войну? – спросил Адриано Валетти у явившегося за ним молодого человека, секретаря консула.
– Ну что вы, господин посол! Насколько я понимаю, о войне речи быть не может. Необходима срочная консультация.
Белый посольский флайер с голограммой Неронии поднялся в ночное небо.
“О да, именно так это и звучит – срочная консультация!” – мысленно усмехнулся посол.
Будет странно, если Лаций не воспользуется шансом, чтобы навсегда избавиться от Неронии и ее претензии на планету Психея. Колесница и Лаций сообща разделаются с нерами, а потом передернутся друг с другом. Все это бредни, досужие мечты, – существование цивилизаций с различными идеалами. Имперские амбиции Колесницы несовместимы с желанием Лация кубик за кубиком строить систему миров, или с гедонизмом Неронии, где законы условны, а эгоцентризм непомерен. Мечты о свободном перемещении переселенцев из одного мира в другой сообразно их убеждениям и вкусам так и остались только мечтами. Парсеки межзвездной пустоты не имеют значения, если ты знаешь, что на соседней планете живут по другим законам, и эти законы претят твоим убеждениям. Звездный экспресс, вместо того чтобы приблизить людей друг к другу, сблизил лишь их боевые корабли.
Аппий Клавдий Цек был избран консулом после “добровольной” отставки предыдущего консула Домиция. Аппий Клавдий устраивал
Консул, одетый в пурпурную тогу, вышел встретить посла. Такая тога когда-то полагалась только императору в Древнем Риме. Но реконструкция тем и хороша, что ты можешь вольно обращаться с историей, не следовать ей, а творить заново. Брать то, что тебе приглянулось, и с легкостью отбрасывать все отвратительное.
Вместе с консулом в гостиной появился немолодой человек в белой тоге с широкой пурпурной полосой.
– Это сенатор Фабий Лусцин, – представил пожилого лацийца консул. – Кроме того, что он заседает в сенате, он неплохо разбирается в физике нуль-порталов и сможет вам все объяснить. Во всяком случае, в общих чертах.
– Что вы хотите мне объяснить, господин консул? – спросил неронеец. – Быть может, причину атаки Колесницы на наш сектор?
– Именно так, – подтвердил Аппий Клавдий. – Могу вас заверить, что она была такой же неожиданностью для нас, как и для вас.
Клавдий не стал напоминать, что совсем недавно Нерония, внезапно обретя в лице Китежа нового союзника, вела агрессивную, если не сказать наглую, политику и не исключала возможность военного конфликта с Лацием. Посол и так очень хорошо помнил об этом.
– Посол Валетти, – сказал сенатор Фабий Лусцин, – я должен вам сообщить, что колесничие открыли узко направленный канал нуль-перемещения на вашу боевую станцию.
– Это невозможно, таких каналов нет – все, что сумел вымолвить Велетти.
– Вашу станцию уже много часов атакуют колесничие, – уточнил консул.
– Они заявляют, что произошел сбой в системе, – выговорил стандартную формулу Валетти. Пока обе стороны конфликта трактовали вторжение именно так, оставалась надежда избежать полномасштабной войны.
– Почему тогда они не отведут свои корабли? – поинтересовался консул.
– Заявляют, что не могут. – Валетти и сам понимал, что оправдания колесничих – всего лишь примитивная уловка. Но он не осмеливался обвинить Колесницу в агрессии, пока этого не сделал император Неронии.
В данный момент Нерония меньше всего хотела затевать новую войну. Пока конфликт разгорался вокруг одной-единственной станции, можно было делать вид, что настоящая война еще не началась.
– Скорее всего, они обнаружили каверну, – сказал Фабий. – Обычно кавернами на жаргоне наши физики называют мелкие аномалии пространства. В отличие от туннелей, которые мы используем в Звездном экспрессе, таких каверн очень много, но дело в том, что рассчитать их местоположение до недавнего времени было невозможно. Все равно, что пытаться предсказать погоду на три года вперед. Но их можно засечь в момент проявления. Каким-то образом колесничие научились их “проявлять”. А после этого стабилизировать и создавать направление движения с помощью векторов, разработанных вашим ученым, покойным профессором Лучано.