Тень рыси

Холт Виктория

Подниматься пришлось долго и на полпути я остановилась, чтобы перевести дыхание. Вокруг была тишина. Какая мрачная эта часть здания!

Я стояла на разрушенной лестничной площадке и вспоминала старинную легенду, которую слышала в детстве. Когда-то, очень давно, из сторожевой башенки выбросилась монахиня. Она согрешила, нарушив обет. Как все старинные дома, Уайтледиз должен иметь свое привидение, а кто подходит для этого больше, чем монахиня. Говорили, что на башне видели белую фигуру. После наступления темноты никто из слуг не поднимался

в башню, они даже старались не ходить мимо нее. Мы и думать забыли об этой истории, но теперь, когда я была здесь одна, она вспомнилась мне. Мне показалось, что я услышала звук шагов на ступеньках за своей спиной. Я даже почувствовала, что там кто-то есть. Я не была в этом уверена, однако меня охватил не знакомый прежде ужас.

Я стала опять подниматься наверх. Решила быстро все осмотреть и сразу же спуститься. Не следует давать Стерлингу повод раздражаться по пустякам. Я с трудом дышала, ступени были очень крутые, а я торопилась. Почему торопилась? В этом не было необходимости… Просто хотелось скорее вернуться, покинуть эту башню.

Я остановилась. И снова услышала шаги. Кто-то медленно, крадучись шел за мной следом. Я прислушалась. Тишина. «Воображение», — сказала я себе. А может быть, рабочие? Или Стирлинг пришел показать мне, что тут сделано.

— Кто здесь? — спросила я.

Тишина. Пугающая тишина. Я подумала: «Нет, я не одна в этой башне». Я была уверена в этом. Кто-то близко, совсем близко от меня.

Иногда мне кажется, что за нами и впрямь приглядывает ангел-хранитель, который предостерегает от опасности. Звук шагов предупредил меня, что опасность где-то рядом.

Я побежала наверх. И остановилась, перегнувшись через парапет, вцепившись в камень руками. Потом посмотрела вниз и подумала: «Кто-то поднимается по ступеням. Я буду здесь одна с тем человеком… Одна в этой башне».

Да. Кто-то приближался. Крадущиеся шаги. Скрип двери, которая ведет к последним ступеням. Еще три ступеньки и тогда… Я стояла, прильнув к камню и молилась о чуде.

Чудо свершилось! Внизу появилась Мод, которая шла быстрыми неуклюжими шагами.

Я закричала:

— Мод! Мод!

Она остановилась и оглянулась. «Боже, Боже, помоги мне», — молилась я. Кто-то приближался. Мод посмотрела наверх.

— Минта! Что ты там делаешь? — ее голос можно было услышать где угодно.

— Просто смотрела, как продвигается ремонт. :

— Я принесла тебе перчатки. Ты их забыла в доме священника. Я подумала, что они тебе понадобятся.

Я с облегчением рассмеялась и оглянулась через плечо. Никого. Совсем никого! Я была в панике, но Мод с ее здравым смыслом в один момент развеяла все страхи.

— Я спускаюсь прямо сейчас, — сказала я. — Подожди меня, Мод, Я уже иду.

Я бежала по ступенькам и никого не заметила. «Это все фантазии», — решила я. — Такое случается с беременными женщинами «.

Я не сразу вспомнила об этом случае.

В конце января я была уже уверена, что жду ребенка. Стирлинг

был доволен, я бы даже сказала — счастлив, но потом он отдалился от меня еще больше. Я его почти не видела. Он постоянно был с рабочими либо покупал земли по соседству. Мне казалось, что ему хотелось в чем-то превзойти Франклина, но это было просто смешно. Ни о каком соперничестве и речи быть не могло.

Люси баловала меня и была очень взволнована новостью о ребенке. Ей хотелось говорить об этом все время.

— Это будет племянник или племянница Друсциллы. Какая у нас будет семья!

Я обнаружила, что у Беллы, маленькой кошечки, которую мне подарила Нора, будут котята. Это меня развеселило. Мне очень нравилась Белла. Это была очень необычная кошка, а Нора заверила меня, что Донна такая же. Они ходили за нами по пятам, как собаки; были очень ласковые и ничего так не любили, как мурлыкать, сидя на коленях, когда их гладили. Белла и Донна своими повадками ужасно походили одна на другую. Когда я узнала, что у Беллы будут котята, я не могла удержаться и рассказала все Hope.

С Норой я теперь чувствовала себя не совсем свободно, во всяком случае, не так, как до замужества. Хотя барьер между нами возвела не я.

Нора была в оранжерее, где выращивала орхидеи. Донна сидела на скамеечке, наблюдая за ее работой.

— Нора, что бы ты думала? — воскликнула я. — У Беллы будут котята.

Она обернулась, чтобы взглянуть на, меня, и рассмеялась. Она была сейчас такой, какой я ее любила — веселой и дружелюбной.

— Какое совпадение! — сказала Нора.

— Ты имеешь в виду… что и Донна? Нора кивнула.

— Бедняжка Донна будет обижена, когда узнает. Услышав свое имя. Донна замяукала и забралась к Hope на руки.

— Ну что, опередили тебя? — спросила Нора у кошки. — А что ты будешь с ними делать, Минта?

— Оставлю себе одного и постараюсь пристроить других. Одного котенка возьмут в дом священника.

Мы вошли в дом, и миссис Гли подала нам кофе с таким видом, который означал, что в Мерсерз все делалось лучше, чем в Уайтледиз.

— Я устраиваю прием на следующей неделе, — сообщила Нора. — Ты обязательно должна быть.

— С удовольствием.

— Повод совершенно особенный. — Она не объяснила, какой, а я не стала спрашивать — это было бессмысленно: Нору невозможно было заставить проговориться.

Когда мы пили кофе, раздался стук копыт по булыжнику.

— Это Франклин, — сказала Нора, выглянув в окно. — Он часто бывает здесь: Мы играем в шахматы. Ему так одиноко после смерти родителей.

Вошел Франклин, который, на мой взгляд, выглядел очень изысканно. Может быть, скоро объявят об их помолвке, ради которой Нора и устраивает прием. Никто не мог ничего сказать наверняка, глядя на них. Но частые визиты Франклина в Мерсерз не могли быть случайными. В конце концов, я знаю его очень хорошо и убеждена, что он влюблен в Нору. Как будет чудесно, если они поженятся.