Тень в зеркале
Шрифт:
— Я знаю в горах тайный город. Туда не пускают чужаков, но он наша последняя надежда.
Она на мгновение замолчала и прислушалась, глядя в темноту. В неподвижном воздухе до них донесся не то крик, не то вой.
— Кричат где-то далеко, — заметила она и продолжала: — Я говорю о городе аркимов. Он большой, хотя жителей в нем теперь не так уж и много. И все-таки он неприступный. Мало кому известно о его существовании, потому что аркимов почти ничего не связывает с остальным миром и они очень редко выходят за пределы города. А если и делают это, то тайно и в чужом обличье.
— Я кое-что читал об аркимах в Преданиях, — сказал
— Он называется Шазмак.
— Шазмак?! Да, конечно, я читал о нем! Но ведь жители покинули его очень давно.
— Нет, не покинули. О существовании этого города просто забыли. Я жила в нем шесть лет после смерти родителей. Мои друзья аркимы помогут мне.
— А мне?
Последовала долгая пауза.
— Аркимы… Арканское Зеркало… — размышлял вслух Лиан, пытаясь проникнуть в скрытый смысл этих слов. — Я знаю сказание об аркимах, но в нем не упоминается никакого Зеркала. О, как бы я хотел хотя бы одним глазком взглянуть на него!
— Нельзя, — отрезала Карана и, прежде чем Лиан начал докучать ей новыми просьбами, встала и снова пошла от костра вниз по склону. По пути ей попалось засохшее дерево, и она прижалась щекой к шершавой коре, вглядываясь в туман. Она хорошо понимала, что все будет непросто. Прямо у нее над головой торчала засохшая ветка с гроздью шишек на конце. Карана отломала ее и, срывая на ходу шишки, вернулась к огню, села рядом с Лианом и бросила на угли шишку, которую вскоре окутали красные и голубые язычки пламени.
— Это Зеркало раньше принадлежало аркимам?
— Очень давно, — ответила Карана.
— Ты хочешь вернуть его им? Карана ответила не сразу.
— Я этого не говорила, — сказала она и снова замолчала. — Я пока не знаю, что мне с ним делать, — призналась она наконец.
— Но аркимы, конечно, захотят его забрать.
Карана ничего не ответила. После того как она решила пойти в Шазмак, этот город не выходил у нее из головы. Ничего красивее его она не видела в жизни. В его красоте было что-то гордое и суровое. Именно с ним было связано большинство ее самых прекрасных воспоминаний.
Лиан пристально смотрел на Карану.
— Сколько можно все скрывать?! — наконец не выдержал он. — Если хочешь, чтобы я тебе верил, попробуй поверить и мне!
«Он прав, — подумала Карана, глядя на его покрасневшее от возмущения лицо. — Надо постараться ему доверять. Почему же мне это так трудно? Неужели потому, что он дзаинянин?! Или это из-за блеска в его глазах, когда он говорит о Зеркале? А вдруг то, что он от меня узнает, только раззадорит его любопытство?»
— Я расскажу тебе то немногое, что могу, а ты пообещаешь помогать мне, — сказала Карана. — В Шазмаке не упоминай о Зеркале, даже если тебя будут расспрашивать! Сделай вид, что вообще никогда о нем не слышал.
В мыслях Карана снова перенеслась в Шазмак. Может, там окажется Раэль! Раэль, такой не похожий на других аркимов! Раэль, бывший когда-то ее лучшим другом! Он такой добрый, такой терпеливый, такой грустный! И сейчас же его лицо возникло перед ней столь же отчетливо, как и в тот день, когда его отправляли на восток. Она вспомнила его кудрявые рыжие волосы и зеленые глаза. А в ушах зазвучала музыка, которую он часто играл для нее. Его музыка всегда была печальной, хотя он и играл ее, чтобы развеселить Карану.
От одной мысли, что она сможет увидеть Раэля, у Караны сердце бешено забилось в груди.
Лиан, сгорбившись, сидел на корточках рядом с углями, кашлял и отхаркивал кровь. У него в голове одно за другим проносились Предания, а перед глазами проплывали лица тех, кто оставил свой след в истории. Эти неверные миражи колебались, как языки пламени на ветру, звали его, неразборчивым шепотом поверяли свои секреты, смеялись над ним, дразнили и оскорбляли его. Чье-то лицо на барельефе под самым потолком Великой Библиотеки стало лицом в Зеркале, потом слилось с остальными ликами. Лиан подполз к порогу хижины и уткнулся лицом в снег, отчаянно пытаясь отогнать видения и привести в порядок мысли.
Об аркимах говорилось в самых древних сказаниях и даже в древнейшем сказании о Шутдаре и флейте, изготовленной им для повелителя каронов Рулька. Затем, после возникновения Непреодолимой Преграды, народ аркимов окреп и начал вести против каронов бесконечные войны, известные теперь под названием Катаклизма.
— Но ведь всех аркимов истребили во времена Катаклизма, — рассуждал вслух Лиан. — После этих войн Предания молчат об аркимах.
— Некоторые из них выжили, — сказала неслышно подошедшая к нему Карана. — Но они спрятались от чужих глаз. Высокие горы напоминали им родной Аркан. Вот они и скрылись в горах, возведя там из железа свои города. Они удалились в Тиртракс, что в Великих Горах, в Стассор — в восьмистах лигах к востоку отсюда, и в другие недоступные места. Когда-то Шазмак был их главкой крепостью на Мельдорине, но постепенно он утратил свое значение. И все же аркимы не хотят его покидать и не подпускают к нему чужаков. — Карана затащила Лиана в хижину и вытерла ему лицо.
Лиан был потрясен известием о существовании давно забытых Преданиями аркимов. Почему же о них больше не писали?! Неужели Предания лгут?! Он лежал на полу, прижимаясь щекой к обжигающе холодным камням, он чувствовал себя так плохо, что был не в силах пошевелиться.
— А как ты сама туда попала? — наконец прохрипел он.
— Моя бабушка была аркимкой, так что я им не чужая.
— А как же я? Ведь дзаиняне воевали против аркимов заодно с Рульком!
Карана ничего не ответила. Она сама прекрасно это понимала и волновалась по этому поводу не меньше Лиана.
Лиан же вновь погрузился в круговорот слившихся в одно целое имен и видений, а потом его поглотил сон, в котором продолжали вертеться имена, видения, имена…
19
Признания
Магрета отчаянно отбивалась, но все бесполезно. Вартила была невероятно сильной и впилась в нее, как пиявка. Она подтащила Магрету к маленькой двери в дальнем углу комнаты, которая вела в помещение, где она могла беспрепятственно допрашивать свою жертву. Магрета вырывалась из ее рук. Когда она открыла было рот, чтобы заорать, холодная ладонь тут же накрыла его вместе с носом. Магрету чуть не вырвало. Она начала задыхаться и ударила Вартилу ногой по голени, потом изо всех сил пяткой по подъему ступни. Если бы на ней были сапоги, она наверняка сломала бы вельмихе кость.