Тень Ворона

Бриггз Патриция

– Надеюсь, ты здесь во благо? – отступая назад, поинтересовался Бандор.

– Это зависит от отца, – серьезно ответил Таер. Бандор покачал головой, и его губы скорбно изогнулись.

– С тех пор произошло слишком много событий. Дракен умер четыре года назад, Таер. Твоя сестра и я поженились на пару на лет раньше. Я поступил сюда учеником, когда ты сбежал, – он замолчал и замотал головой. – Я все говорю шиворот-навыворот.

– Умер, – застыл Таер.

– Бандор! – раздался за дверью женский голос. Дверь распахнулась, и в помещение

спиной вперед вошла женщина. В руках она держала большую корзину булочек. – Неужели сотни булочек нам не достаточно и я должна делать еще пятьдесят штук?

Женщина была выше среднего роста, худощавая и стройная, как Таер. Когда она развернулась, Сэра увидела, что у нее темные волосы и широкий рот.

– Алина, – сказал Бандор, – к тебе пришли.

Она повернулась к Таеру с вежливой улыбкой и открыла было рот для приветствия, но, увидев его лицо, с ее губ не слетело ни звука. Корзина выпала из рук, булочки рассыпались по полу, а она бросилась вперед и прижалась к брату.

Он ее крепко обнял и поднял над полом.

– Эй, фея, – его голос тоже дрожал.

– Мы сохранили ее для тебя, – Алина запнулась. – Мы сохранили для тебя булочную.

Алина отстранилась, по ее щекам лились слезы. Она отступила на шаг, а затем неожиданно с плеча ударила брата кулаком в солнечное сплетение, вложив в это всю свою силу.

– Девять лет, – горячо прошептала она. – Девять лет, Таер, и даже ни строчки, чтобы сообщить, что ты, черт побери, жив.

Таер стоял согнувшись и хрипел, но в ответ поднял три пальца.

– Мы ничего не получали, – сердито ответила она. – Я даже не знала, куда тебе послать письмо, когда умер отец.

– В первый год я отправил три письма, – обиженно ответил он. – Когда не получил ни одного ответа, решил, что отец умыл руки.

Алина всплеснула руками.

– Если он даже и получал письма, то мне ничего не сказал. Это мой чертовский характер. Извини, что ударила тебя, Таер.

Таер покачал головой, показывая, что нет необходимости в извинениях.

– Как-то отец мне сказал, что однажды я пожалею, что научил тебя драться.

– Пойдем со мной. Мама рада будет тебя увидеть.

Она потащила брата за руку из комнаты, оставив Сэру наедине с человеком за прилавком.

– Добро пожаловать, – после долгого молчания произнес Бандор. – Я – пекарь Бандор, без роду и племени, и муж Алины – из рода пекарей Редерна.

– Сэра – Ворон клана Изольды Молчаливой, – ответила девушка, соблюдая внешнее самообладание и понимая, что ее слова скажут ему не больше, чем глаза, которыми он уже все увидел.

Он кивнул и, склонившись к корзине, которую выронила Алина, молча начал собирать рассыпанные по полу булочки. Закончив дело, он произнес:

– Алина будет занята Таером, а мне пора идти заниматься выпечкой.

Он развернулся и вышел через заднюю дверь, которой ранее воспользовались Алина и Таер. Сэра осталась одна.

Чувствуя себя не в своей тарелке, она села на маленькую скамеечку

и стала ждать. Ей следовало уйти сразу, как только Таер прикончил преследовавшего ее богача. Тогда бы она была в достаточной безопасности. Здесь, в деревне, она была не на своем месте, как ворона в гнезде колибри.

Но она почему-то осталась где сидела, пока не вернулся Таер. Один.

– Прошу прощения, – извинился он. – Я не хотел оставлять тебя здесь одну.

Она пожала плечами.

– Сомневаюсь, что в вашей семье для меня есть место. Он слабо улыбнулся:

Да. Ну пойдем со мной. Я познакомлю тебя со своей сестрой и матерью. Она встала.

– Мне так жаль, что с вами нет твоего отца.

Его улыбка превратилась в гримасу.

– Не знаю, приняли бы меня обратно, если бы отец был жив.

– Может быть, не сразу. В конечном итоге он бы смягчился. – Она вдруг осознала, что гладит его по руке, и тут же отдернула руку.

Мать и сестра ждали их в маленькой комнате, в которой все говорило о больном человеке. Алина сидела на табуретке рядом с кроватью, где мать Таера держала лекарства. Волосы пожилой женщины были такого же темного цвета, как и у ее детей, хотя и тронуты полосками паутины возраста. Она была не старой, даже по меркам Вечных Странников, но ее кожа была желтой от болезни.

При знакомстве обе женщины смотрели на Сэру без любезности во взглядах.

– Таер сказал нам, что у тебя нет дома, девочка, – сухо произнесла мать, как будто она ожидала, что Сэра пришла занять ее место и остаться.

– Поскольку существуют Вечные Странники, у меня дом есть, – ответила Сэра. – Мне остается только найти их. Спасибо за беспокойство.

– Я сказал им, что провожу тебя к твоему народу, – ответил Таер. – Они не приблизятся к Падению Черного, поэтому нам потребуется несколько месяцев.

– Значит, мы опять тебя лишимся? – раздраженно спросила мать. – Алина и Бандор еле управляются с работой – каждую неделю они тяжело трудятся на твоей пекарне от рассвета до заката. Когда ты вернешься через несколько месяцев, я уже умру.

Все было произнесено в драматической манере, но Сэра чувствовала, что пожилая женщина говорит правду.

– Я могу найти своих людей и сама, – сказала Сэра.

– Ты слышишь, Таер? Она Вечная Странница и сама может найти свою дорогу, – ответила Алина.

– Ей всего шестнадцать, и она одна, – резко возразил Таер. – Я должен убедиться, что с ней все в порядке.

– Ты был даже младше, когда сбежал на войну, – парировала Алина. – И ты не был колдуном. – Она выплюнула последнее слово, как мерзкое ругательство.

– Алина, – Таер мягко произнес имя, но таким тоном, что сестра побледнела. – Сэра – мой гость, и ты не будешь оттачивать на ней свой острый язык.

– Я могу сама позаботиться о себе, о вас и в пути, – ответила Сэра. Почему-то его защита была ей приятна. Неужели слова посторонней солсенти ее задели?