Тень ястреба

Забелин Арсений

— Не информативно, — с досадой сказал, Ахимас. — Единственное, что мне тут показалось странным: «Это лишь малая часть». Но не будем пока об этом… Надеюсь, вы не пересылали его жене письма?

— Сегодня собирался.

— Не делайте этого.

— Почему?

— Объясню чуть позже, — уклончиво сказал Ахимас. — Пока расскажите, что известно о самой аварии? Какие результаты заседания? Что сказал вам Грегорбоннский бургомистр?

— Ничего полезного они не сказали нам, — серьезно ответил Дорий.

—

Вы тоже учавствовали в заседании?

— Да участвовал.

— Вы можете сообщить, кто все остальные участники этого заседания?

— Наместник Истериан Пьескуиндор, бургомистр Джон Граег, мы с господином Бененгреем и трое министров.

— Эти министры, они?..

— Вам необходимо это знать? — опередил вопрос Ахимаса Дорий.

— Желательно.

— Реплиморфированные. Они не сообщили ничего полезного, никак себя не проявляли, а просто соглашались с наместником и бургомистром.

— Скажите, а бургомистр тоже пересадыш?

— Граег? Да, вне всякого сомнения. В отсутствие, господина Бененгрея он участвовал в так называемой комиссии. Она и провела инспекцию завода.

— Комиссия? И какими были результаты?

— Результаты такие: — сказал, Бирон. Ахимас посмотрел на него. — Авария на заводе Герсонгер произошла по причине разрыва плавильного чана. Из-за этого по цехам завода разлился густой раскалённый Арахит. Теперь правительство Рунаборга требует от Осванны выслать новое оборудование.

— Вы считаете, что это заключение не верно, так? — спросил Ахимас.

— Я считаю, что в чане был не арахит, а другое вещество. Поэтому он и взорвался, — зло сказал министр Бененгрей.

— Ахимас, вы знаете, что такое арахит? — внезапно спросил стоявший у камина Дорий.

— Да. Это особопрочный материал. Из него много что изготавливают.

— Верно. На заводе Герсонгер из него делали реаксическое оружие для Рунаборгской и Агеноридской армий.

«Выходит, это не просто завод, а стратегически важное предприятие», — подумал Ахимас.

— Вы говорите, что в чане был не Арахит. Тогда что это было за вещество? — спросил наемник.

— В том то и дело, — сказал Дорий, — что это теперь не установишь. Инспекция прошла и весь завод очистили от следов этой субстанции.

— Оперативно, нечего сказать… Наверное, им действительно было что скрывать. Но откуда тогда, вам вообще известно, что в чане было другое вещество? — спросил наемник.

— Из-за симптомов пострадавших. В результате этого происшествия пострадало две сотни рабочих. Бургомистр и наместник умолчали о них. У многих замечены симптомы частичного дизраспада, — сказал Дорий.

— Стоп-стоп-стоп, — выпалил Ахимас и выставил вперед обе руки. — Господа, я хорошо знаю, что это такое. Но причем тут он? Дизраспад — это проклятье частиц, при котором функции организмов меняются

и это приводит к чудовищным последствиям. Но как такое могло произойти на заводе? Известно, что в Пиджетее, где погибло сразу несколько правителей рода Теллур, произошел гнев частиц и, как следствие, дизраспад. А еще, вчера он тоже мог… — начал было Ахимас, но Дорий злобно посмотрел на него.

— Вы, кажется, забыли, господин наемник.

— Да-да, — ответил Ахимас и улыбнулся.

— Так вот, господин наемник, вы забыли: Я сказал, что у рабочих завода обнаружены признаки этого самого дизраспада. И это факт!

— Факт? Кто изучал пострадавших?

— Медики. Грегорбоннские больницы переполнены людьми с изменившимся предназначением частиц. Нескольких тяжело пострадавших увезли в Эрнбург. Но они скончались по дороге. Их тела словно растворяются. Моя сестра изучила то не многое, что осталось от их тел и этого хватило ей, чтобы сделать заключение. По прибытии в Грегорбонн вы сами можете изучить пострадавших. На момент моего расследования — сказал Дорий, — дизраспад у многих был только в зачаточном состоянии. Но к вашему прибытию он проявится в полной мере. К н и г о е д . н е т

— Ну хорошо, допустим, это действительно дизраспад, — сказал Ахимас Арден, — Как, по-вашему, проклятье частиц и вещество в чане, чем бы то оно ни было, могут быть связаны? Это же невозможно.

— Звучит это, и в самом деле фантастически. Завтра я отправляюсь в Грегорбонн.

Там я займусь этим вопросом, Ахимас, — сказал Бирон Бененгрей. — Тогда и посмотрим, как это связанно.

Все на минуту замолчали. Прервал тишину Ахимас:

— Вы упоминали, что была и другая авария?

— Взрыв в шахте Чирен, — сказал хаилин.

— Что это за шахта?

— Там добывают позитивный или же положительный траумарин. Из него и делают арахитовый сплав.

— И что же, этот взрыв произошел до или после происшествия на заводе?

— Взрыв произошел в тот же день. Разница составила три часа.

— Вот как? Траумарин поступает на завод именно с этой шахты? — спросил наемник.

— Да-да, с нее, — подтвердил хаилин.

— Тогда тут, очевидно, есть связь. Нужно только найти ее. Сколько людей погибло? Сколько выживших?

— Бургомистр говорил о 45–55 шахтерах. Но, я не уверен, что это точные данные, — грустно сказал Дорий и сел в кресло справа от Ахимаса.

— Странно это, — задумался Ахимас. — Ну, допустим, выживших все же нет. Какие настроения ходят среди самих шахтеров и работников завода? Как они на это реагируют?

— Шахтеры до сегодняшнего дня устраивали забастовки, — сказал Дорий.

— Забастовки?

— Они отказывались работать. Так говорят наместник и бургомистр.

— Какие требования у шахтеров?