Тень

Дункан Дэйв

Сэлд собственноручно оседлал Покорительницу Ветров, дважды проверил каждую подпругу. Правда, слухи о заговоре оказались лишь вымыслом, но осторожность не помешает: несчастный случай на охоте, что может быть проще… Острый Коготь сердито нахохлился: его отрывали от Ледяной Молнии в самый разгар «медового месяца» — молодожены часами чистили друг другу перышки и терлись гребнями.

Охотники стояли на верхней площадке, рядом с клеткой, глядя на окружавшие Найнэр-Фон тускло-коричневые и розоватые горы. Герцог описал гостям здешние

воздушные потоки и повороты, предупредил об опасных боковых ветрах и предложил подняться повыше, где на согреваемых солнцем скалах водятся козы — охота на них считалась самой увлекательной.

Или, может быть, принцу больше хочется пострелять из лука по пернатой дичи, а коз оставить на потом?

— Нет! — не терпящим возражения тоном отрезал Принц Тень. Солдаты, конечно, вооружены, но без крайней необходимости он не позволит поднимать стрельбу вокруг своего подопечного.

Герцог удивленно нахмурился на такую дерзость, но Виндакс слегка улыбнулся и согласился с Тенью.

Всадники вскочили на спины орлов. Солдаты заняли верхнюю позицию, за ними охотники: герцог, графиня, Тень, принц и, наконец, Элоса.

Сэлд парил над городом. Подумал мельком, какое же это унылое, открытое всем ветрам, холодное место, потом вошел в поднимающийся вверх воздушный поток и покружился, наблюдая, как всегда, за летящим внизу принцем. И вдруг он услышал крик, обернулся, пораженный, и увидел, что Виндакс вырвался из воздушного потока и как будто поворачивает назад.

Покорительница Ветров упиралась, яростно била крыльями; еще минута — и орлица поднялась выше Тени. Какого черта, что выделывает его чокнутое высочество!

Сэлд неохотно направил Острого Когтя вверх, за Покорительницей Ветров, хотя знал, что такие гонки быстро изматывают орлов. Ему никак не удавалось догнать принца, наоборот, разрыв увеличивался. Неужели Покорительница Ветров, старая развалина, обскакала Острого Когтя?

А потом он понял.

Покорительница Ветров металась над ним, то и дело меняя направление, и в какой-то момент Сэлд увидел, что на глаза орлицы опущены шоры, а лицо принца под защитными очками побелело как мел. Виндакс опять закричал, и Принц Тень услышал самое страшное, чего больше всего боялся:

— Летучая мышь.

Орел, проглотивший одну-единственную летучую мышь, час или два находится в странном состоянии — как под действием наркотика. Птица, нахохлившись, сидит на насесте, глаза ее закрыты, тело сотрясается мелкой дрожью, а гребень синеет и отвердевает. Но мясо мыши действует не сразу. Можно подняться в воздух до появления признаков отравления и лишь через несколько минут обнаружить, что сидишь на летающем маньяке. Яд вызывает зрительные галлюцинации, поэтому шоры не помогают, орел мчится куда и как захочет, его может сдуть боковым ветром или затянуть в направленный вниз воздушный поток; тогда птица поломает себе крылья и упадет на землю. Другой вариант — она будет подниматься все

выше и выше и в конце концов окажется на высоте, которую человеческим легким не выдержать. А Найнэр-Фон и так уже достаточно высоко.

В гнезде замка летучих мышей не было. Принц Тень сам все проверил сразу по приезде. Это дело рук предателя, и принцу уже не помочь. Покорительница Ветров стара, а Острый Коготь молодой и невероятно сильный орел, но и ему не угнаться за обезумевшей, отравленной мышиным мясом птицей.

Даже догнав принца, Сэлд ничего не сможет сделать. Ни один орел не выдержит двух седоков; нельзя ни пересадить Виндакса на Острого Когтя, ни поменяться орлами. Единственное, что остается, — не выпускать принца из виду и стать свидетелем его гибели.

Покорительница Ветров поднималась все выше, выше и выше. Легкие Сэлда разрывались, уши заложило, из носа шла кровь. Он постепенно настигал орлицу — у Острого Когтя размах крыльев был куда больше, — но перед глазами Тени мелькали красные круги. В гвардии о таких безнадежных случаях говорили: «Натяни вожжи, закрой глаза и молись погромче».

Воздушный поток оборвался; нижние, обитаемые склоны Рэнда остались далеко внизу, отсюда горы и ущелья казались едва различимыми точками. Было смертельно холодно — здесь не светило солнце.

Облако скрыло Покорительницу Ветров, а вместе с ней и Виндакса. Чувствуя, что теряет сознание, задыхаясь, Принц Тень направил Острого Когтя вниз.

Виндакс исчез.

7

Где тень, там и свет.

Поговорка

Столовая замка — просторная, полутемная зала с потемневшим от дыма потолком, потрескавшимся плиточным полом и каменными столами (в окрестностях Найнэр-Фона было мало леса) — отапливалась огромными печами и камином. Если б не вкусный запах, помещение казалось бы довольно мрачным.

Волоча ноги, Сэлд вошел в столовую, не глядя взял поднос с кружкой кофе, черным хлебом и мясной похлебкой и плюхнулся на табуретку. Залпом, обжигая рот и горло, осушил гигантскую кружку. Небритое лицо Сэлда обветрилось и загорело, он почти ослеп от усталости. Голова гудела. Не в лучшем состоянии были и остальные: одни, сгорбившись, сидели за столами; вокруг некоторых хлопотали жены и дочери; другие уже спали, уронив головы на заставленные посудой столешницы.

Сэлд отставил кружку и с отвращением взглянул на похлебку.

«Ешь», — приказал он сам себе, но желудок не повиновался голове.

Никогда в жизни он так не уставал.

Прохладные пальцы погладили его спутанные волосы, скользнули по щеке и шее. Сэлд поднял глаза, высвободился.

— Могу я чем-нибудь помочь? — спросила Фейса, девушка из свиты принца.

Принц Тень покачал головой:

— Я еще нескоро смогу прийти к тебе. Но спасибо на добром слове.

— Вообще-то тебе надо бы поспать.

— Еще один облет.