Тень

Грановский Антон

– В Москве каждый день такое происходит.

– Верно. Но на столе она оставила записку. Знаешь, что там было?

– Что?

– Что конец света уже пришел и скоро мы все умрем в страшных мучениях. В тот же день семиклассник-отличник взял кухонный нож и зарезал своих родителей, бабушку и двух сестер. А потом пошел к соседям и убил их. На допросе пацан сказал, что все, кого он убил, были чудовищами.

– Весело, – тихо проговорил Андрей.

– Не то слово. – Егор усмехнулся. – Просто жесть. Но это еще не все. Я уже сказал тебе, что Литовцеву

застрелили серебряной пулей. Так вот, были и другие подобные случаи. В пятницу из Москвы-реки достали труп бомжа. До того, как бросить беднягу в реку, убийца выстрелил в него три раза. Две пули застряли в теле. И угадай – из чего они были отлиты?

– Неужели из серебра? Егор усмехнулся:

– В точку. А при вскрытии обнаружилось нечто еще более удивительное. У бомжа вместо желудка и печени были какие-то странные губчатые образования, а остальные органы были обуглены, словно выгорели изнутри. – Егор помолчал немного, задумчиво глядя на Андрея. Потом вздохнул и сказал: – За минувший год в Москве пропало в два раза больше людей, чем обычно. Говорю тебе, старик, этот город сходит с ума. Уж не знаю, с чем это связано. То ли магнитные бури, то ли еще что. Иногда мне кажется, что даже в воздухе что-то. как будто гарью откуда-то тянет. Я уже несколько дней это чувствую. А ты?

Андрей безотчетно втянул ноздрями воздух. На мгновение ему тоже показалось, что откуда-то тянет гарью, но уже в следующую секунду это ощущение исчезло.

– Егор, ты извини, но мне пора идти. Желаю тебе, чтобы «кривая раскрываемости» пошла вверх.

Андрей повернулся и вышел из кухни.

По пути в университет Вершинин несколько раз ловил себя на том, что подозрительно всматривается в лица прохожих, словно ожидая внезапного нападения. Андрей решил, что во всем виноват неприятный сон. Некоторые кошмары оставляют после себя стойкое послевкусие, и с этим ничего не поделать.

Глава вторая

Сверхъестественное

1

По дороге к метро Андрей обнаружил в кармане джинсов перстень. Перстень был из белого металла (то ли серебро, то ли платина), а камень на нем был багровый, с алыми прожилками. Остановившись посреди улицы, Вершинин долго разглядывал его, стараясь вспомнить, откуда тот взялся. Однако память отказывалась работать. Вчерашний вечер вырисовывался смутно. А все, что было после того, как они с Давыдовым вышли из казино, и вовсе было подернуто непроницаемым туманом.

Держать перстень в руках было почему-то неприятно. Да и сам перстень выглядел отвратительно. Красный камушек был похож на налитый кровью глаз, а форма кольца напоминала удавку или висельную петлю.

Андрей задумался. Может, выбросить перстень в урну? Или швырнуть в водосток? Или отдать какому-нибудь бомжу?

Вершинин качнул головой – нет, не пойдет. А вдруг эта вещь и впрямь какая-нибудь проклятая? Или заговоренная? Возьмет ее бомж, повесит на шею, а ночью его сожрут бродячие псы. Или еще чего похуже.

Тогда

что же с ним делать, с этим дурацким перстнем?

Едва задав себе этот вопрос, Вершинин тут же получил ответ на него. На глаза ему попалась вывеска – «Ломбард». И ломбард был не какой-нибудь, а самый что ни на есть родной. До того как увлечься покером, Андрей снес в этот ломбард все свои более-менее ценные вещи. Часы отца. Довоенную мельхиоровую ложку из набора, подаренного бабке самим Молотовым. Серебряное кольцо с черепом, выигранное в карты у одного сатаниста. Кольцо было магическое – если положить его в ночь перед экзаменом на раскрытый конспект, то на экзамене попадется тот билет, который учил перед сном.

Взглянув на вывеску, Вершинин усмехнулся и тихо проговорил:

– Это судьба.

Спустившись по ступенькам вниз, Андрей постучал в железную дверь ломбарда. Прошло не меньше минуты, прежде чем глухой голос из-за двери спросил:

– Кто там?

– Иосиф Самуилович, это я, Андрей Вершинин. Вы должны меня помнить, я студент.

– Я вас помню! – отозвались из-за двери. – Но мы еще не открылись!

– Иосиф Самуилович, я принес вам вещь для заклада! Хорошую!

Щелкнул замок, и дверь со скрипом отворилась. На пороге стоял пожилой мужчина в потертом пиджаке, с выпуклыми, испещренными коричневыми жилками глазами.

– Что вы хотите заложить? – осведомился он. Андрей протянул ему перстень:

– Вот. Достался в наследство от бабушки. Сколько вы мне за него дадите?

Иосиф Самуилович скользнул взглядом по перстню, нахмурился и проговорил с пренебрежением:

– Эта вещь немного стоит. По сути, это просто безделушка.

– Эта безделушка сделана из платины, – возразил Андрей наудачу. – А потому не может стоить дешево.

Хозяин ломбарда скривился:

– Молодой человек, у меня нет никакого резона вас обманывать. Эта платина очень низкой пробы, и ни один ломбард в городе не даст вам за нее больше трех тысяч рублей.

Андрей сжал ладонь в кулак:

– В таком случае, вы не будете возражать, если я попытаюсь выяснить это сам?

Он хотел повернуться, но Иосиф Самуилович резко схватил его за запястье. Ногти у хозяина ломбарда были жуткие – синеватые, длинные, заостренные на концах.

– Я дам вам четыре тысячи, – сипло процедил Иосиф Самуилович. Затем выдавил улыбку и добавил: – Я и сам когда-то был студентом и прекрасно понимаю ваше положение.

Что-то в блеске глаз старика не понравилось Андрею.

– Спасибо, но я передумал его продавать, – сказал он и высвободил руку.

Вершинин вновь повернулся, чтобы идти, и в этот миг хозяин ломбарда хрипло проговорил:

– Этот перстень не принадлежал вашей бабушке, верно?

Андрей глянул на него через плечо и сухо спросил:

– А вы откуда знаете?

Иосиф Самуилович прищурил черные глаза, помолчал несколько секунд, а затем выдохнул:

– Тридцать. Я дам вам за него тридцать тысяч рублей. Но этот перстень не стоит таких денег.