Тень

Грановский Антон

– К сладкому?

Владимир Иванович достал из кармана алюминиевый портсигар, щелкнул кнопкой и вынул один леденец. Протянул Андрею:

– Попробуй.

Вершинин взял леденец, осмотрел его, понюхал, затем осторожно лизнул. Язык дернуло, как током, и Андрей от неожиданности выронил леденец на пол.

– Что? Не понравилось? – Чигур хрипло засмеялся. – Это и есть стимуляторы, о которых я говорил. У всех сотрудников «Линии» есть кое-какие способности. Но реализация этих способностей требует энергии.

Андрей

все еще чувствовал во рту кисло-сладкий привкус. В голове у него посвежело, словно он умылся холодной водой.

– Значит, эти леденцы – что-то вроде батареек?

– Угу, – ответил Владимир Иванович, – что-то вроде. Анна вышла из-за ширмы, и Андрей заметил, что ее губы слегка испачканы шоколадом. Она окинула фигуру Андрея взглядом и приказала:

– Раздевайтесь до пояса.

– Снизу или сверху? – уточнил Вершинин.

– Сверху. Ваш низ здесь никого не интересует.

Он хмыкнул и принялся неторопливо раздеваться. Анна тем временем отодвинула ширму и пробежалась пальцами по клавиатуре лэптопа, стоявшего на специальной подставке и присоединенного к рентген-аппарату.

– Что это за машина? – опасливо спросил Андрей.

– Дефинитор АИ-54, – объяснила она. – Вы разделись?

– Да.

Блондинка щелкнула клавишей, и передняя – прозрачная – панель аппарата отъехала в сторону.

– Входите и становитесь в голубой круг, – распорядилась Анна.

Андрей подошел к аппарату, на секунду остановился, а затем решительно шагнул внутрь. Заметив под ногами голубой круг, он встал ровно в центр.

– Повернитесь лицом ко мне, – скомандовала Анна. Вершинин повернулся. Девушка кивнула:

– Так, хорошо. А теперь поднимите руки и вставьте их в голубые пазы.

Андрей поднял голову, поискал глазами пазы и вставил в них кисти рук. Раздался мягкий щелчок, и никелированные зажимы мягко захватили его руки. Андрею это не понравилось, но делать было нечего.

Передняя панель закрылась, и Вершинин почувствовал себя зверьком, пойманным в ловушку.

– Так, – сказала Анна, колдуя над клавиатурой. – Теперь не шевелитесь.

Монитор компьютера, стоявший к Андрею боком и видимый лишь отчасти, засветился, и на нем запрыгала красная шкала. Два деления. Три. Четыре. Снова два.

Лица Владимира Ивановича и Анны вытянулись от удивления.

– Ничего не понимаю, – проговорил Чигур. – Может, дефинитор глючит?

Девушка, не сводя удивленного взгляда со шкалы, отрицательно качнула головой:

– Исключено. Я час назад тестировала его на себе. Где вы взяли этого парня, Владимир Иванович?

– На улице подобрал.

Андрей кашлянул, привлекая внимание:

– Не очень-то это вежливо – обсуждать меня вот так.

Однако слова его, кажется, остались неуслышанными.

– У него необычный маркер, – тихо сказала Анна, продолжая разглядывать дисплей. – И шкала без ярко выраженной поляризации.

Никогда такого не видела… Пожалуй, можно выходить.

Она нажала на кнопку, и прозрачная панель, отделяющая Андрея от внешнего мира, вновь отъехала. Зажимы, державшие его руки, разомкнулись.

– Выходи, студент! – сказал Чигур.

Андрей вышел и быстро натянул на себя футболку и куртку.

– Оделся? – снова обратился к нему Владимир Иванович. – А теперь присядь. Надо поговорить.

Андрей сел на стул. Вид у него был хмурый. Владимир Иванович и Анна встали напротив. Первым заговорил Чигур:

– Скажи-ка, студент, с тобой случалось что-нибудь необычное?

– Кроме того, что вчера я дрался со стригоями, а сегодня чуть не превратился в снеговика?.. – Андрей покачал головой: – Нет.

– Вы уверены? – вмешалась в разговор Анна. – Постарайтесь вспомнить.

– А чё со мной должно было случиться?

– Способности, даже в такой свернутой и скрытой форме, как у вас, должны были как-то проявиться, – объяснила Анна. – Хотя бы косвенно.

– Хотите сказать, что я феномен?

– В каком-то смысле да. Но очень необычный. Или в вас сочетается множество одаренностей, как полезных, так и никчемных. Или.

– Или что?

Девушка хотела ответить, но Чигур перебил:

– Слушай, студент, а может, ты спортом занимаешься?

– Вообще-то, занимаюсь.

– Каким?

Вершинин сдвинул брови и нехотя ответил:

– Кендо.

– Кендо? – Владимир Иванович непонимающе приподнял брови. – Это что? Типа карате?

– Бой на бамбуковых мечах, – ответила вместо Вершинина синеглазая Анна. – Тренирует тело, закаляет волю и дисциплинирует разум. Я правильно говорю?

Андрей слегка смутился;

– В общем, да.

– И как успехи? – оживился Владимир Иванович. – Надеюсь, ты чемпион?

– Успехи пока средние, – ответил Андрей. – Сэнсэй говорит, что я не чувствую противника. И что не умею выкладываться по полной. «Когда вы делаете что-то, вы должны сжечь себя дотла, сгореть, как хороший костер, не оставив никакого следа», – процитировал Андрей. И добавил: – Я не умею сгорать дотла.

Лицо Чигура снова посмурнело.

– Зачем же тогда занимаешься? – хмуро осведомился он.

Андрей пожал плечами:

– Сам не знаю. Тянет. Чигур вздохнул:

– Значит, спорт здесь ни при чем. – Он потер пальцами колючую щеку, посмотрел на Анну и задумчиво проговорил: – Потенциал остался неопределенным.

– Ничего, – успокаивающе сказала Анна. – Хорос его прощупает.

У Андрея от этого «прощупает» неприятно засосало под ложечкой.

– А может, вы сами как-нибудь справитесь? Судя по всему, ваш шеф – очень занятой человек. Зачем тревожить его понапрасну?

Девушка посмотрела на Андрея своими небесно-голубыми глазами, улыбнулась и вежливо сказала: