Тени прошлого

Солдатенков Ярослав Андреевич

— Доступ разрешен — услышал Маркус, и толкаемый сзади охраной вошел в помещение.

Ослепительный свет ударил по глазам и Лео, как впрочем, и его друг, зажмурился. Часто моргая, Чейз постепенно стал различать объекты. В центре огромного зала высотой в несколько уровней, в окружении прожекторов и вьющегося по полу толстого кабеля стоял огромный куб из камня. На гранях были выгравированы символы на непонятном языке. Чейз почему-то вспомнил шутку Лиз про иероглифы и незаметно улыбнулся.

Откуда-то сверху на верхнюю грань куба

испускался луч света, который и ослепил друзей при входе. К одной из сторон неизвестного артефакта крепился кабель, который петляя, тянулся через весь зал до большого закрытого шкафа. За кубом, на противоположной стороне от входа расположились компьютерные столы с компьютерами, за которыми шустро работали люди. Увидев вошедших, один из аналитиков вскочил со своего места и подбежал к ним. Проигнорировав начальника, Нира Милини, мужчина возбужденно зачастил, обращаясь к Маркусу и Лео.

— Какая честь! Какая честь!

Нира видимо не устроило столь неэтичное поведение, и чтобы призвать к порядку, он кашлянул. Аналитик вздрогнул, скорее всего, понял свой промах, и повернулся к руководителю.

— Пол Тибит. Главный аналитик сектора Z-7 — представился он, протягивая Ниру руку. Глава скосил глаза вниз, потом взглянул на аналитика. Тибит все понял, крякнул, и убрал руку.

— Благодарю за предоставленную возможность работать с ней вновь и благодарю за повышение — возбужденно сказал Тибит начальнику.

— Не забывайте о том, из-за чего ваш предшественник получил понижение — ответил Нир, с нескрываемым презрением разглядывая работников шныряющих туда-сюда, и тех, кто неустанно колотил по клавишам.

Лео крутил головой и разглядывал все и всех, кто был в этом зале. Маркус же смотрел в одну точку, забывая даже моргать. Куб выглядел массивным, а камень походил на гранит. Завитки символов напоминали буквы, и Краю казалось, что он мог их прочитать. По крайней мере, два иероглифа он трактовал как «Дом» и «Свет», но вслух ничего не сказал.

— Мы совершили прорыв! — радостно сообщил аналитик, обращаясь в основном к Маркусу, вновь забывая о присутствии начальника.

— Прорыв в чем? — не выдержал Лео, когда после слов аналитика повисла тишина, прерываемая стуком чьих-то пальцев по клавиатуре.

— В нашей био — транс — коммуникационной системе передачи и хранения волн от органического материала — ответил Пол.

Лео поморгал от изумления и брякнул:

— Я извиняюсь, конечно, но я ничё не понял.

Аналитик заметно обиделся и обратился к главе:

— Вы пришли для «того самого» этапа?

— Да, и давайте уже начнем — нетерпеливо ответил Нир.

Тибит кивнул головой, и, повернувшись к своим коллегам, объявил:

— Фаза «Катарсис». Подготовить Бездну!

«Пафос у них нехилый такой» — подумал Лео и еле заметно пнул Маркуса. Край не сразу избавился от задумчивого выражения лица и еще несколько минут, разглядывая друга, казалось, что он смотрит сквозь него.

— Маркус уверял,

что Бездна это миф. Вы говорите, что она реальна. Перед собой я вижу отесанный булыжник. Вопрос — что этот булыжник делает? — спросил Лео.

Аналитик отошел от стола одного из сотрудников, и посмотрел на начальника. Тот махнул рукой и разрешил подчиненному говорить.

— Бездна, — начал Тибит — представляет собой камеру, заполненную энергетическими потоками. Когда ее впервые доставили для исследования, никто не знал, что с ней делать. По небрежности, один из сотрудников коснулся стенки и в то же мгновение истончился и буквально втянулся в камень, словно был не живым человеком, а призраком. Тогда исследователи стали с опаской относиться к артефакту, и провели замеры прибором, который обнаружил различные частицы. Сначала они поверить не могли в результат проверки и исследовали снова, однако все окончательно подтвердилось. Тогда, у руководителя проекта появилась идея использовать энергию внутри камня. Он всем рассказывал, что эта идея приснилась ему, когда он заснул около Бездны, и что кто-то шептал ему на ухо невероятные вещи. Сконструировав систему обратной нейрокинетической связи, группа исследователей смогла обнаружить то, на что рассчитывал мой предшественник.

Маркус слушал в пол уха, но почему-то злобно спросил:

— Первым подопытным кто был?!

— Доброволец — ответил Тибит и продолжил — Постепенно мы пришли к тому, что подключая человека к аппарату, мы могли использовать его сознание и необыкновенные способности в других целях, сохраняя в общей системе. Так, система росла, и мы могли пытаться раз за разом осуществить основополагающую идею Синдиката Семерых.

Лео напряженно думал, хмуря лоб. Имея достаточно развитые логические способности, он смог прийти к одной мысли, которая объясняла этот секрет.

— Вы грузите сознание, словно информацию на флешку. Но даже в компьютере это часто долгий процесс. Сознание же гораздо весомее, и на его загрузку требуется больше времени. Процесс «стирания» — это загрузка?

Нир расхохотался, хотя до этого молчал:

— Я уже говорил, что вы умнеете на глазах мистер Чейз?

Маркус внимательно следил за последовательностью знаков на гранях и никак не мог вспомнить название письма, которым они были написаны. В институте он однажды видел нечто похожее, но всего лишь один раз и мельком.

— И что же это за «Фаза Катарсис»? — спросил Лео.

Маркус отвлекся от изучения символов и тоже заинтересованно ждал ответа. В этот раз Нир прервал своего активного подчиненного и ответил:

— Говоря языком театра — кульминация. Вам достанутся места в первом ряду, а кое-кто даже поднимется на сцену!

— Дайте кто-нибудь телефон! — неожиданно крикнул Чейз.

Сотрудники, сидящие за своими столами, отвлеклись от важной работы и изумленно на него воззрились.

— З-зачем? — слегка заикаясь, спросил Тибит.