Тени прошлого
Шрифт:
Мартину показалось, что женщина просто сошла с ума, находясь в своем состоянии призрака долгие годы. Перим, вдруг, схватился за свою медаль на плече правой рукой, а левой коснулся женщины.
— Нам пора, иначе они сотрут нас. Мартин, помни, никому нельзя доверять. Ни-ко-му — сказал он напоследок и оба призрака растворились в воздухе.
Волна, зародившаяся на горизонте, не угасла и с всевозрастающей мощью готовилась обрушиться на Мартина. Когда же она достигла цели, нервы Сэйвела сдали, и он в ужасе заорал.
Судорожно глотая ртом воздух, он перевернулся на живот
Преисполнившись благодарности, Мартин неожиданно для себя приподнялся на булыжнике и, посмотрев в глаза Эйле, произнес:
— Я тебя люблю…
Девушка отреагировала достаточно странно. Выслушав столь откровенное признание, она чмокнула его в мокрый лоб. Владыка, увидев такое, что-то прокричал, но влюбленные уже ничего не слышали вокруг себя.
Ворота Обители задрожали и засветились с внутренней стороны мистическим фиолетовым сиянием.
— Будтье прокляты, алые капюшоны! — выругался Дарктон, и Мартин вздрогнул, будто его еще раз окатили холодной водой.
— Как вы сказали? — переспросил Сэйвел — Алые капюшоны? Кто они?
Дарктон подошел к Мартину и Эйле. Присев на корточки он ответил:
— Алые всадники советники Братства Семерых и Корнелиуса Тайта. Колдуны и чужестранцы. Говорят, все лорды смотрят им в рот, ожидая пророчеств. Хотя по сути, никто даже не видел их лиц. Но это подождет…
Последнее предложение было произнесено со всей серьезностью, и Мартин понял, что конкретно попал.
— Владыка, я полюбил вашу дочь с первого взгляда. Я дал клятву защищать ее и эту клятву я сдержу. Прошу, разрешите ей выйти за меня — на одном дыхании выпалил Мартин и стал ждать реакции новоиспеченного тестя.
Дарктон рассмеялся и ответил:
— Я благославляю вас. Всеозирающий поистине великий, раз объединил вас в такой неподходящий для любви момент, как война. Но я не об этом хотел поговорить. Мартин, бери мою дочь и уводи прочь из Обители. Я стар, много пожил, а она молода, у нее вся жизнь впереди.
До этого молчавшая Эйла хотела было поспорить, но отец грубо ее прервал.
— Тебе нужно было бежать сразу, — сказал он — но ты вынудила меня сотворить узы между тобой и лордом Уиндерби. Теперь я передумал. Ты должна бежать!
— Отец!..
— Хватит! — рявкнул Дарктон — сэр Мартин, уводите мою дочь. Из Обители есть древний подземный ход, которым никто не пользовался два столетия и никто о нем не знает, кроме Владыки Культа. В башне, на лапе статуи дракона поднимите третий коготь и поверните его. В полу появится лестница вниз. По туннелю вы выйдете где-то в районе Тер-Дейла.
— Отец, нет! — вспыхнула Эйла, но Владыка властно поднял руку и девушка тут же смолкла.
— Хорошо Владыка, я все сделаю, как вы приказали, —
Дарктон опешил и непонимающе уставился на мужчину.
— Б… Бездне? — переспросил он — какой еще бездне?
— Стогарзед Драго также называют Бездной. Владыка, когда я потерял сознание, мне явились духи прошлого — ответил Мартин, вздрагивая от нарастающей частоты ударов по главным воротам. Прорицатели Братства уже наполовину сняли защиту Обители и их проникновение было теперь лишь вопросом времени.
— Что ж… — выдохнул Владыка — я не буду спрашивать, что они сказали, ибо видения моей дочери не раз доказывали — знания грядущих событий тяготят и двигают на неоправданные поступки. Но они также склонны и сбыватьс, сэр Уиндерби. Делайте все, что вам нужно и после мы сразу закроем святыню от посягательств.
Мартин в знак благодарности приложил руку с пальцами сжатыми в кулак к сердцу, и решительно направился к кубу из камня. Еще в пещере, когда его спина чуть не сломалась пополам, Сэйвел почувствовал необъяснимое смятение. Словно его переполняли все существующее эмоции разом, стремясь выплеснуться наружу. Нечто подобное он испытывал в храме, когда возносил молитвы Богине, и нечто подобное творилось с ним с каждым шагом по направлению к Бездне.
Призраки в видении сказали ему коснуться кварца и произнести заклинание, но Мартин почему-то этого испугался. Автор дневника, направившего поиски святыни в нужное русло, потерял родственника, когда тот дотронулься до Стогарзед Драго из чего следовало предположение — разве то же самое не должно было произойти с Сэйвелом?
В тот момент, когда его рука уже легла на грань куба, внезапный окрик заставил отдернуть пальцы. Посмотрев наверх лестницы ведущей к башне Дракона, он увидел потрепанного слугу. Том Стил стоял на ступеньке слегка покачиваясь. Рубашка и штаны были изрезаны, а клинок из адалинской стали окрашен в бурый цвет.
— Не трогай! — крикнул слуга.
— Том, я должен. Так я смогу спасти сэра Малькольма — в ответ прокричал Мартин.
Владыка и его помощники уже заняли свои позиции у святыни и теперь с нетерпением ждали, когда смогут сотворить Печать. Стил рванул к своему хозяину, перепрыгивая через две ступеньки, угрожающе потрясая изогнутым кинжалом. И в этот момент Мартин осознал, что единственный шанс спасти своего отца может исчезнуть, стоит только слуге оттолкнуть Сэйвела. Мужчина знал, что Владыка не будет долго ждать и немедленно закроет чудодейственный источник могущества. Когда его пальцы коснулись кварцевых вкраплений, сознание вновь будто бы провалилось в гнетущую пустоту, но усилием воли заставил губы шевелиться.
— Э миаре стонто хилиа патер — тихо прошептал Мартин.
Он думал, что заклинание могло не сработать, но одно Сэйвел понял точно — его не затянуло в камень. Из кварцевых точек появилось зеленое свечение, в том месте, где он держал руку. Камень сильно нагревался изнутри и снаружи отдавал тепло.
— Э миаре стонто хилиа патер! — еще раз повторил Мартин слова заклинания, в то мгновение, когда свет стал пульсировать, словно спрашивая, готов ли он принять силу.
Зеленый свет замигал, и за долю секунды оранжевый разряд пробежал по руке мужчины, разделился на несколько маленьких молний и растекся по всему телу.