Терапия испытанием
Шрифт:
– Так что же, по вашему мнению, вы можете сделать?
– Абсолютно не представляю, что могу сделать. Не знаю, что делать.
– Ну, вы могли бы остаться с ним.
– Как жена?
– Да.
– Нет, этого не могу.
– Хорошо, значит этого вы делать не будете. Подчеркнув возможность остаться с мужем и получив отказ, терапевт еще более утвердил ее в решении развестись. Он также упомянул, что это будет их вторая попытка разъехаться, но в этот раз она, судя по всему, решила довести дело до конца.
– Да, – сказала жена, – хотя мне это
– Понимаю. Но, если вы останетесь с ним из жалости, тогда для вас это будет настоящим испытанием. Пожалуй, невозможно жить с ним в такой ситуации.
–Да.
– Если вы уйдете от него, что вы уже в каком-то смысле сделали, так как не даете ему того, что он получал раньше, вы вырветесь из брака. А продолжать жить с ним, когда вы этого не хотите, плохо и для вас, и для него. Когда вы решили подавать на развод, вы именно официальный развод имели в виду?
– Да. Потому что просто разъехаться я уже пробовала.
– Хорошо.
Отметив, что она уже начала «уход», и подчеркнув окончательность разрыва, терапевт вдохновлял жену решительней двигаться к намеченной цели. При этом он напомнил ей о необходимости вытаскивать на свет Божий свои сомнения, чтобы разрешить их.
– Смешно то, – сказала она, – что, когда мы врозь (например, когда я у сестры с мужем), я думаю о Генри и мне хочется, чтобы он был рядом. Знаете, у меня в душе все так перепуталось. А потом я задумываюсь обо всем серьезно и понимаю, что должна это сделать.
– Потому что Генри не может быть тем мужчиной, какого вы хотели бы видеть рядом с собой.
– Правильно. Я была бы очень благодарна вам, если бы вы продолжали говорить с ним и помогать.
– Вы же знаете, я никуда не собираюсь деваться, – отозвался терапевт. – Я буду здесь с вами, с детьми и с Генри.
– Хорошо.
– А сейчас я попрошу вас об очень решительном, но очень нужном шаге. Хорошо?
– Ну-у.
– Вы должны пойти домой, собрать вещи, взять детей и уехать. Воцарилась тишина, а затем жена сказала:
– Единственное место, куда я могу поехать, – это к маме с папой.
– Верно.
– Я думала, мы сможем жить вместе, пока это не кончится. Знаете, продать дом, а потом я бы могла уехать и жить с детьми там, где мне захочется.
– Да, но мне не кажется, что это удастся сделать.
– Верно. Я думаю, необходимость видеть его принесет мне скорее боль, чем помощь, – она замолчала на несколько мгновений. – Мой сын, Декстер, не знаю, он меня последние месяцы очень обижает. Огрызается. Мне кажется, что он меня обвиняет в том, что происходит.
– Ну, – отозвался терапевт, – для него жизнь тоже изменится. Но давайте все делать по очереди. Вы начали говорить о том, как плохо это может отразиться на детях, и взгромоздили этот вопрос на вершину всего, что вам надо решить, и в результате вы опять почувствуете себя неспособной вырваться из западни. Итак, еще раз повторю: вам надо двигаться постепенно, шаг за шагом. Если с вами будет все в порядке, существует очень большая вероятность того, что и с детьми
–Да.
– Итак, если вы соберете вещи и приедете с детьми к родителям, они вас примут?
– О, да.
– Хорошо. Теперь я хочу позвать Генри и поговорить с ним. Хотите, чтобы я поговорил с ним первым?
– Ладно.
– Почему бы вам не подождать в соседней комнате, пока я поговорю с Генри, а потом я вас позову.
Терапевт, вмешивающийся по долгу службы в жизнь людей, должен нести ответственность за это вмешательство. Посоветовав жене покинуть дом, если уж она решила разводиться, терапевт берет на себя обязательство первым сообщить мужу о надвигающихся событиях. Он должен подставить грудь под шквал эмоций, которые вызовет эта весть у мужа. Проводив жену в соседнюю комнату, терапевт вызвал мужа, чтобы довести до его сведения, что жена не только решила уйти от него, но сделает это сегодня же. Муж вошел, сияя, все еще веря в благополучное разрешение своих проблем, чем сделал задачу для терапевта еще более тягостной.
– Я благодарен вам за то, что вы сегодня остались после пяти часов, – улыбаясь, сказал муж терапевту.
– Это моя работа, – ответил терапевт. Он помолчал и снова заговорил, медленно и тщательно подбирая слова. – Я волнуюсь по поводу вашей жены и вас, и ваших детей. В большей степени меня волнует ваша жена и то, что она чувствует.
– Конечно, – с готовностью кивнул муж.
– И еще те трудные решения, что ей предстоит принять. Вы также должны принять трудное решение сегодня. А завтра мы вместе все обсудим, – этими словами терапевт продемонстрировал, что их отношения продолжаются и они с мужем увидятся завтра. Наконец, терапевт сообщил: – Ваша жена окончательно решила уехать.
– Из дома? – спросил муж.
– Да, – подтвердил терапевт.
– Я могу немножко походить? – пробормотал муж, вставая. – Я очень расстроен. Вы имеете в виду уехать из дома?
– Да, – сказал терапевт. Он откинулся в кресле, ведя себя все более буднично, в то время как муж все более и более возбуждался.
– До развода? – переспросил муж. – Вы имеете в виду, уехать из дома? Может быть, мне лучше сесть, – он сел и закрыл лицо руками.
– Она уже уезжала из дома, – напомнил терапевт.
– Да, но сейчас… я понял, сейчас это полностью моя вина. И это конец. Она сказала, что собирается уехать из дома?
Конечно, терапевт в конце концов должен был открыть мужу, что именно он посоветовал жене покинуть дом немедленно, однако, если бы он сделал это сейчас, муж мог бы рассердиться на терапевта, что означало не просто появление еще одной проблемы: если бы муж в гневе покинул кабинет, у терапевта проблем вообще не осталось. А вот муж оказался бы в полном одиночестве: он бы в одночасье потерял и жену, и поддержку в лице терапевта. Поэтому было необычайно важно, чтобы терапевт не прерывал отношения с мужем, при этом не кривя душой относительно совета, который он дал жене.