Терминатор. Часть 2
Шрифт:
— Встать с той стороны пульта, и следи за данными — она ей сказала, прострекотав электронными звуками, как машина машине. Сама же запустила временную темпоральную боевую установку. И стала следить сама за показаниями приборов, вводя данные своими руками, выставляя год и время того времени, куда должны были отправиться путешественники во времени. Это был 2047, год правления людей и машин. Год становления царствования ее любимого сына Джона Генри от имени самих машин и Джона Коннора от имени самих людей. Время без ядерной войны и союз двух цивилизаций сохранивших мир
Это была третья точка во временном пространстве. Три Скайнет.
Загорелся красный свет и выключился дневной яркий. Все стало в одном красном однородном свете. Все большое круглое помещение и все, что в нем находилось.
Загудели еще несколько трансформаторов, которые до этого не работали, подавая ток на установку от ядерного реактора стоящего в блоке Х417 и секторе В-514. Поднялся жуткий, почти непереносимый гул от работающих на всю мощь машин и контрольных стабилизирующих энергию установок. Все это понеслось туда, куда шли люди. И в этот момент прорезался у одного бойца отряда DN38416 голос. Это произнесла короткостриженная блондинка Джанет Клеменс — Совсем все снять?
— Да, все — произнес рядовой и самый молодой боец отряда Джеф Калеот — Тебе же сказали, что порвет как тузик грелку, если хоть что-то останется.
— Отставить разговоры — скомандовал им сам Генри Барнс — Слушать, что говорят и будет все в порядке.
Он и сам был не особо уверен в этом порядке, но следовал командам Т-ХА Кэвина Кембела и надеялся, что все будет хорошо. Хотя читал сам про себя молитвы Богу. И у него тряслось, как и у всех внутри. Каждая клеточка тела и дыбом стоял каждый волосок на теле.
— Снять все и повторять не стану — произнес он всем идущим молча за ним, робот из полисплава Кэвин Кемблел — Одежду долой всю, чтобы вас не размотало на молекулы и не превратило в межпространственную пыль.
— Все все уяснили, командир. Повторять не нужно — произнес высокий латиноамериканец сержант Самюэль Батиста — Будем делать все, что скажете.
— Вот и отлично — произнес в ответ ему Кэвин Кембел.
26 июня 2032 года.
Бывшие Штаты Северной Америки.
Штат Калифорния. Северная окраина руин Лос-Анжелеса.
В горах Санта-Моника.
Главный подземный бункер объединенного сопротивления.
11:47 утра.
— Я не могу объяснить, откуда этот охотник взялся — произнесла на служебном допросе в штабе объединенного повстанческого боевого отряда в кругу советских офицеров и американцев Блэр Вильямс — Мы уже возвращались и были над горами и границей между Штатами Невада и Калифорнией. Уже почти подлетая к дому. Мы выполнили всю свою работу и возвращались.
— Мы это уже слышали —
— Я просто сейчас хочу знать — произнес Остапенко. И переводчики перевели присутствующим с русского на английский — Что на самом деле произошло и за что погиб мой лучший офицер моего штаба.
Он сидел рядом с полковником Глебом Гавриловым и другими офицерами вместе с двумя американцами Джоном и Фредериком, готовыми им обоим перевести все, что сейчас тут услышат.
— Да, ближе к делу — произнес следом полковник Гаврилов.
Кайл снова перевел взгляд на Блэр Вильямс и произнес — Блэр рассказывай все и без утайки, все, что случилось, и как вы так вляпались уже подлетая к аэродрому.
Здесь присутствовал и Дэрек Риз. Глаза, которого бегали с недовольным неодобрением и даже враждебно по присутствовавшим русским. И все командиры всех боевых отрядов и подразделений.
— Мы уже были почти дома, когда нас атаковал этот зашедший со стороны яркого над горами солнца ОУНК- воздушный охотник. Он выскочил как черт из табакерки. Я его поздно уже заметила, и он сразу нас атаковал.
— А вы? — произнес полковник Петр Васильевич Остапенко,
Он посмотрел, на посмотревшего, на него. И, видимо, тоже желающего задать вопрос, но опоздавшего Кайла Риза.
Ей перевели, и она ответила.
— Я приказала Дональду Даккеру отстреливаться, а сама включилась в маневры. Все были пристегнуты в тот момент и сидели в креслах по бортам вертолета. А лейтенант Лев Круглов сидел рядом со мной и помогал мне вести вертолет. Но почему-то отстегнулся от кресла второго пилота и пошел к остальным. Я не знаю, зачем. Он лишь произнес мне, чтобы я манерировала и уклонялась от охотника.
— Я знаю — произнес Остапенко — Он не мог оставить товарищей, там одних. Он всегда был такой. Там, где много народа в момент боя, он всегда там.
Снова переводчики перевели.
— Дальше, что было? — уже спросил сам Кайл Риз.
Он снова посмотрел на нескольких присутствовавших на допросе офицеров из русских и особенно на полковника Остапенко и перевел взгляд на летчицу Блэр Вильямс.
— Дальше — она продолжила и потупила свой взор карих красивых и чуть раскосых латиноамериканки глаз в бетонный пол бункера сидя посреди большой бетонной комнаты и в окружении военных своих американцев и русских — Дальше в нас попали и потом еще несколько раз, но я смогла увести и удержать вертолет в воздухе.
— Как погиб лейтенант Круглов? — спросил ее полковник Федоров Степан Викторович. В прошлом танкист со шрамом на щеке и бывший пленник Скайнет — И все другие в вертолете?
Его поддержал пограничник из Хабаровска капитан Пирогов Степан Викторович. И капитан морпех Савельев Дмитрий. И все остальные русские офицеры.
После перевода Блэр Вильямс ответила — Мы попали под огонь крупнокалиберных плазменных пушек воздушного охотника, там в самом пассажирском отсеке все и погибли и почти сразу. Вертолет загорелся. И я его ели довела до аэродрома. Думала, не дотяну.