Терминаторы

Мазер Беркли

– Ясно, - процедил я, - но пока это только версия. Деньги ещё не уплачены.

– Речь идет не о выкупе за Поляновского, ведь это не первый всплеск их активности. Если моя теория верна, эти ребята открыли бизнес пару лет назад. Начали с чисто воздушного пиратства: Куба, Иордания, Греция. Дуло пилоту под ребра - и можешь выбирать пункт назначения. Тогда авиакомпании ужесточили меры безопасности. Эти парни предприняли контрмеры, но затем ведущие авиакомпании сделали захват самолета делом почти безнадежным, так что банда переключилась на обычный, старый как мир киднэппинг. Начали с французского магната, за ним последовал младший

сын немецкого банкира. За первое дело они получили сотню тысяч - жалкие гроши по сравнению с их прежними ставками, пролетели на полторы сотни тысяч баксов, что просили за ребенка, и едва не угодили в руки полиции. Можешь сказать, почему?

Я только мотнул головой.

– Потому что полиция разных стран тесно сотрудничает между собой - и напрямую, и через Интерпол. В нашем деле такое не принято. Я уже говорил, стоит придать событиям политическую окраску, - и все начинают действовать порознь. Глава Скотланд-ярда может сидеть за одним столом с коллегой из Сюрте, ФБР, Криминаль полицай и карабинерами, причем все будут играть в открытую. Можешь ты нас представить за таким занятием? Это будет против законов природы. Таким раскладом им хотелось убрать со сцены полицейских. К тому же, имея дело с государственными финансами, можно вздувать ставки до заоблачных высот. Кто и как смог бы получить разом двадцать миллионов из частных источников?

– Какая часть твоей теории опирается на факты, а какая - плод умозаключений?
– ехидно поинтересовался я.

– Пять и девяносто пять процентов соответственно, - не задумываясь, выпалил он.

– Так дай мне эти пять.

– Год назад в Южной Америке банда похитила двух иностранных дипломатов. Уже тогда они выступали под личиной маоистов, потребовали освобождения неких политических узников, которых следовало переправить в Алжир. Одно правительство согласилось, но другое заартачилось, и их дипломата прикончили.

– Я помню эти события, но тогда речь не шла о деньгах.

– Еще как шла, - решительно возразил он.
– По миллиону баксов за каждого. Эти детали скрыли от широкой публики. Ни одно правительство не захочет выглядеть скопищем скряг, торгующихся за человеческую жизнь. Блеф с политическими заключенными стал их принципом. Ту компанию действительно отправили в Алжир. Они и сейчас там обитают, побираясь по базарам, никому не нужные и всеми забытые.

– И это твои факты? Где ты их раздобыл?

– Где я получил эти сведения, особого значения не имеет, но если ты придерживаешься противоположной точки зрения, то источником информации послужили высшие чины уругвайской, бразильской и западногерманской полиции. Они были вне себя от ярости, когда наша контора отстранила их от дела.

– А что сейчас мешает нам подключить полицию?

– Американцы благоразумно предпочитают работать со своей собственной полицией, ЦРУ действует через ФБР. Наша полиция держится в стороне, поскольку банда действует за пределами Англии. Но все зависит от обстоятельств, и если это будет в их интересах, они легко изменят свое мнение. Индийскую полицию мне удалось заставить действовать только после титанических усилий. Но ты же знаешь, что случилось с Надкарни. После его гибели они сразу все свернули. Пакистан? И думать нечего. У них на уме только постоянно тлеющий конфликт с Индией. Остаются русские. Вряд ли нужно тебе доказывать бесперспективность подобной затеи.

– Придется

полагаться на собственные силы?

– Вот именно. И в данный момент наша задача - установить возможную связь между засадой и людьми, засевшими в Ситло.

– А нас только двое.

– Два с половиной. Я задержусь здесь, пока мы не закроем это дело или потерпим крах.

– И кто же будет половиной?

– Хоть ты и выплеснул мне в лицо бокал виски, хамить все-таки не стоит. Уэйнрайт сойдет за мальчика на побегушках.

– Ничего не выйдет, - резонно заметил я.
– По двум причинам. Если Уэйнрайта отстранить от задания, тебе придется удерживать его от самодеятельности, а если дать ему шанс, он и так вполне справится.

– Я просто пошутил, - буркнул Гаффер.
– Какова же вторая причина?

– У меня нет желания брать тебя в Ситло. Это не твой профиль.

– Хватит чушь нести, думаешь, я идиот? Я обоснуюсь здесь и буду осуществлять общее руководство.

– А Йев разделяет твою точку зрения?

– Оставь Шалома плюс всех прочих сирот на мое попечение, - заявил он, и это было первым намеком на его членство в нашем клубе, но никакой особой радости от этого я не испытывал.

– Насколько Уэйнрайт посвящен в наши планы?

– Знаком с основными положениями, но никаких деталей. Все остальное на твое усмотрение в зависимости от ситуации. Ему известно, что вся ответственность за проведение операции лежит на тебе, и на этот счет никаких осложнений не предвидится.

– Хорошо, может, начнем инструктаж?

– Как угодно. Чем раньше, тем лучше.

– Мне нужны карты и Уэйнрайт, - я ожидал возражений, но он только согласно кивнул, и я плеснул в свой бокал ещё немного виски. Пока все шло довольно гладко, но напряжение не спадало. Физиономия Гаффера наконец-то познакомилась с содержимым моего бокала. Когда все кончится, нужно будет оценить ситуацию. По крайней мере, мне не придется делать выбор. Это дело станет моей последней работой на него. А я не представлял себе возможность работать на кого-то еще.

Гаффер вскоре вернулся с охапкой военных карт Индии под мышкой, за ним с абсолютно отрешенным лицом появился Уэйнрайт.

– Ладно, приступим. Йев обещает отправить вас туда вертолетом этой ночью.

Глава пятнадцатая.

Эти карты были получше, чем те, что давал мне Уэйнрайт. Но и на них Ситло предстал буквально крошечной точкой среди неизвестности. Окрестные склоны были отмечены как "неисследованные", на сто пятьдесят миль вокруг ни дорог, ни железнодорожных путей, и хотя тропа в Индию отмечена четко, надпись гласила о её "непроходимости с ноября по май". Стоял октябрь, а от Лахора, лежавшего дальше к юго-западу, его отделяло ровно двести миль.

– Пусть тебя это не тревожит, - прочитал мои мысли Гаффер.
– Мы можем подобрать вас при первой же необходимости.

– Как ты об этом узнаешь?

– Возьмешь с собой коротковолновую рацию. Радист у Йева будет каждый вечер с десяти до двенадцати ждать твоего сообщения на определенной частоте.

– Сколько весит эта чертова штуковина?
– поинтересовался я с кислой миной, поскольку вообще терпеть не мог радиостанций. Тем более, если их приходилось таскать на своем горбу.

– Какое это имеет значение?
– возмутился Гаффер.
– Спрячешь её поблизости от места высадки, будет всегда под рукой.