Терминаторы
Шрифт:
– Вот мы до них и добрались. Они должны быть где-то поблизости. На всякий случай нужно убираться.
Мы укрылись за валунами и решили обсудить ситуацию, пока Сафараз разогревал на спиртовке чапати и варил кофе.
– У европейцев, - предположил я, - должно быть что-то вроде базового лагеря. В селении они не остановятся. Слишком много народа шатается по чайханам и караван-сараям. Искать их нужно где-то в окрестностях, скорее всего на ферме.
– Это легко проверить, - заметил Уэйнрайт.
– Места здесь не так уж много.
– Само селение невелико, - согласился я, -
– Сколько у нас осталось времени до закрытия перевала?
– Если верить отметке на карте - меньше месяца, но я надеюсь, что Гаффер начнет действовать раньше.
– Что он сможет сделать без связи?
– Из сообщения, которое я передал с Грантом, ему известны координаты. Еще пару дней не выйдем на связь, и он, скорей всего, сам сюда заявиться с Грантом вместе.
– Остается надеяться, что он действительно получил твое сообщение, мрачно отозвался Уэйнрайт.
– Эта мысль уже давно не дает мне покоя. Грант ненадежен, и нельзя исключить предательство.
– Забудь об этом, - возразил я.
– Пилот не дурак - у него есть шанс, если он выступит на нашей стороне, и перспектива оказаться в индийской тюрьме - в любом другом случае. С Грантом все чисто.
– Стоило ему оказаться в воздухе, как он мог придумать что-нибудь получше.
– Черта с два. Грант не мог ни с кем связаться по радио и не стал бы рисковать своей шеей, сажая машину без посадочных огней. Ему оставалось одно - лететь в Лахор. Он знал, что мы свяжемся с базой по радио, и его будут ждать. К тому же до него дошло, что я заинтересован не доводить дело до полиции и не сообщать Йеву.
– Каким образом?
– Все дело в пятистах фунтах. Для него я лишь продажный полицейский, так ему легче уразуметь мой интерес. Нет, Грант твердо будет гнуть нашу линию.
– Надеюсь, ты прав, - без особого энтузиазма согласился Уэйнрайт.
– Я тоже так считаю, но если мы оба ошибаемся, у нас ещё остается путь к спасению.
– Что ты имеешь в виду?
– Если Грант не появится здесь послезавтра, останется предположить, что он либо предал нас, либо разбился на обратном пути. Тогда мы продолжим поиски их логова и пошлем с донесением Сафараза.
– Это займет уйму времени.
– Согласно карте мы находимся в семидесяти милях от железнодорожного полустанка в местечке под названием Патанкот у подножия гор. Весь путь займет у него не больше суток, а оттуда до Лахора четыре-пять часов поездом.
Уэйнрайт заметно оживился, и мне оставалось только вдохнуть в него ещё немного оптимизма, - гораздо больше, чем испытывал сам.
– Ладно, вариант первый - Грант вернулся и передал Гафферу наше донесение. Сегодня тот будет ждать нашего выхода на связь. Еще двадцать четыре часа, - и, держу пари, он сам заявится сюда в компании сотрудников индийских спецслужб. Следишь за моей мыслью?
Он кивнул.
– Грант прилетит сюда. Днем нам достаточно выйти на открытое место, а ночью нужно будет морзянкой просигналить фонарем "Плов безопасен", когда над головой услышим рев мотора. Один из нас постоянно станет торчать здесь, а двое будут
– Торчать, конечно, буду я. У тебя нет проблем с языком, а Сафараз не знает азбуки Морзе, - похоже, к нему снова вернулась способность к здравым суждениям.
– Хорошо. Вариант второй - Гаффер послезавтра не появляется, Сафараз возвращается, а мы продолжаем работать. Сегодня вечером я хочу кое-что предпринять...
Мы дождались захода солнца, и настало мое время. Уэйнрайт держался вполне дружелюбно, но Сафараз не преминул высказать свое неудовольствие. Прямо как упряжка из двух быков в пенджабской арбе. Никогда нельзя заставить этих ублюдков тянуть воз одновременно.
Глава восемнадцатая.
Узнать во время этой прогулки удалось немного. Тропа, ведущая к взлетной полосе, через полмили выходила к основной дороге и вдоль берега вела к селению, состоявшему из двух параллельных улиц и небольшой площади в центре. Одноэтажные по большей части строения из глины и камня были на одно лицо, а все лавки выходили на площадь. Часть из них ещё работала. Портной, скрестив ноги, скрючился над ручной швейной машинкой при свете керосиновой лампы, пара чеканщиков по серебру под охраной неизменного стража с доисторическим ружьем колдовала над миниатюрными наковальнями, магазинчик зерна и круп, три шумных чайханы с громадными чайниками над жаровнями.
Они меня обрадовали. Чайхана - неиссякаемый источник слухов и сплетен, лучший, не считая местных знахарей и костоправов. Один из них практиковал в домике за портновской мастерской. Вывески на урду, нагри и, что особо впечатляло, на английском, провозглашали, что доктор Бханси Лал является специалистом ведической, тибетской и западной медицины, проводит родовспоможение и лечение оспин с гарантией. Если выяснить ничего не удастся, завтра нужно будет заявиться к нему под каким-нибудь благовидным предлогом, требующим его внимания и совета.
У меня возникло желание поторчать часок-другой в чайхане, но потом я решил повременить. Одиночка в этих краях привлекает слишком много внимания и выглядит подозрительно, а оживленно болтающая группа из двух-трех человек остается незамеченной. Этим нам с Сафаразом предстояло заняться завтра. Утренний базар тоже нельзя оставлять без внимания: хождение по лавкам в Индии - удел женщин, которые ежедневно отправляются покупать понемногу зерно и овощи. Европейцы же обязательно нанимают повара, который закупает все в больших количествах. Главное - мне удалось составить представление о виде и размерах этого захолустья.
Возвращение прошло без осложнений, если не считать любимого трюка Сафараза, неожиданно выросшего как из-под земли с острием кайбера, застывшим в миллиметре от моего кадыка. Я отпрянул и обругал патана. В убежище мы устроились сразу после полуночи. Я живо представил себе, как Гаффер ругается и потеет на радиостанции Йева. Оставалось только гадать, что ему удалось вытянуть из Робсона. Ведь он мог знать уже гораздо больше нас...
И тут я безошибочно различил слабый рокот вертолета. Сафараз тоже его услышал, но Уэйнрайта нам пришлось будить. Мы встали и прислушались, вертушка прошла над нами и полетела на юг.