Терн
Шрифт:
Ксарбирус осёкся, пальцы его разжались, дхусс тяжко грянулся оземь.
В подземелье вплыла тень, и круг света, разлитого вокруг креста, сразу же испуганно сжался, язык темноты вытянулся, точно пытаясь добраться до Тёрна.
Дхусс дёрнулся, приподнялся на локте, взглянул прямо в лицо призрачному гостю.
– Кто ты? Что тебе надо? – Язык у Тёрна распух, едва двигался, слова выходили сбившиеся и невнятные. Ксарбирус окарачь бросился прочь, тихо подвывая. Его сумка бесследно исчезла, а без эликсиров какой из алхимика боец?
Посох Тёрна вывалился
Тень ничего не ответила. Она просто плыла к дхуссу, со всё тем же лёгким, почти нежным шелестом.
Перепачканные кровью распухшие пальцы Тёрна сомкнулись на отполированном дереве.
Тень конвульсивно дёрнулась – и отшатнулась, словно страшась напороться на выставленную вершину посоха.
Тёрн подобрал ноги, зарычал, пытаясь подняться.
Ксарбирус тихо выл у дальней стены.
Тень качалась, её очертания расплывались – и от места, над которым она застыла, в разные стороны разбегались трещины. Всё дальше и дальше, вот они уже поползли по стенам, добрались до потолка…
Стайни, Кройон и гном Брабер осторожно пробирались сквозь опустевшую крепость. Не похоже было, что здесь разыгралась настоящая схватка – ни у самых ворот, ни дальше, в глубине коридоров, не сыскалось ни тел, ни брошенного оружия, ни следов от разрушительных заклятий. Хозяева твердыни сгинули бесследно, словно ночной морок.
– Ничего не понимаю, – разводил руками охотник за демонами. – Они драться должны были, драться до последнего издыхания, раз уж с чашниками за дхусса дерзнули кровь пролить.
Гном вёл своих спутников уверенно, словно хаживал тут бессчётное число раз. Сворачивал, куда нужно, легко разбирался в многочисленных рукоятях, управлявших, как он объяснил, массивными противовесами, спрятанными в глубине шахт, и открывавших – или закрывавших – самые важные двери.
– Они тут даже ничего и не переделывали, – презрительно бормотал гном, заставляя подняться очередной каменный блок весом с десяток тягунов.
– Здесь пахнет смертью, – трагическим шёпотом возвестил Кройон.
– Только не надо стихов, досточтимый, – испугалась Гончая. – Тебе ведомо, где дхусс, гноме?
– Ведомо, само собой, – фыркнул тот. – Один только зал и есть, где его держать могли, где стены не просто так, а со вмурованными Камнями Магии.
– Камни Магии? – у Гончей округлились глаза. – Но ведь если… эта тень… портал… скорее!
Отбросив осторожность, она бросилась вперёд.
– Куда?! – заорал Брабер, изо всех сил стараясь не отстать. – Куда понеслась, очумелая?! Вправо давай! Вниз по ступеням! И налево!
– Говори, почтенный, куда надо? Сейчас вправо? Потом влево? – демон Кройон помчался огромными прыжками, быстро поравнявшись со Стайни.
…Они влетели в подземный зал вместе, демон и Гончая; коротконогий гном отстал, несмотря на все старания.
Тень так безмолвно и парила перед Тёрном; а дхусс рычал, хрипел, отплёвывался кровью и всё налегал, налегал изо всех сил на выставленный
– Тёрн! – выкрикнула Стайни, слепо бросаясь к нему. – Держись, мы идём!
Демон Кройон, против обыкновения, ничего декламировать не стал. Выставил когти и кругом, кругом пошёл на колышущуюся тень, словно намереваясь вцепиться ей в глотку.
Подоспел задыхающийся Брабер, взглянул на призрака – и молча размахнулся ало-золотистым клинком.
Тень не обратила на новоприбывших никакого внимания. Упорно и неотступно она тянулась к Тёрну, и только к нему одному.
Просвистели когти демона, крестя воздух сбоку от призрака – там из ниоткуда возникли разрезы, точно Кройон распорол невидимую ткань. Тень слегка покачнулась – её явно потянуло к этим щелям, однако пустой рукав лишь взмахнул, и мэтр Кройон полетел вверх тормашками, на загривке проехавшись через весь зал и врезавшись спиной в стену. Чёрная броня оказалась прочнее даже гномами сложенных камней, те растрескались.
С лихим кличем налетел с другой стороны Брабер, но его клинок прошёл сквозь призрака, не причинив никакого вреда. Непонятно, на что рассчитывал охотник за демонами, почему полагал, что его оружие действенно и против такого врага, – однако поплатился он так же скоро, как и мэтр Кройон. Меч загремел по трескающимся камням, а сам гном остался лежать ничком возле дальней стены.
Гончая выставила клинок, закусила губу.
– Я его тебе не отдам! Слышишь? Хочешь, возьми меня вместо!
Все эти героические выкрики тень нимало не трогали. Ей не было дела до смешных суетящихся фигурок. Она просто делала дело.
Стены начали ощутимо трястись, сквозь трещины сверкнул первый луч – словно там, в глубине кладки, стали разгораться невесть как очутившиеся там факелы.
– Камни Магии! – завопил опомнившийся Ксарбирус. – Прочь отсюда, прочь, пока всё совсем не завалилось!
– Везёт нам, однако, – сквозь зубы прошипела Гончая, держа меч поперек груди, вдоль пола. – В храме Феникса всё заваливалось, теперь тут…
Стайни, похоже, поняла, что ни её оружие, ни она сама ни в малейшей степени не занимают тень; для призрака существовал только Тёрн.
Охая и стеная, приподнялся Кройон.
– Хватай дхусса! – выкрикнула Гончая. – Хватай, и бежим! Я её за…
– Никого ты не задержишь! – в ответ гаркнул Ксарбирус, хотя его никто и не спрашивал. – Бежим, бежим, и всё тут!
Меж тем Тёрну удалось подняться на ноги. Посох он держал, словно копьё, и сам наступал на колышущегося призрака.
– Тебе… не видать… ничего… от… меня…
Стены рушились, яростно блистали Камни Магии, вспыхивавшие один за другим.
Бездымное призрачное пламя вырывалось из трещин, сила обретала свободу и словно впитывалась дхуссом – вот он распрямился, уверенно встал на ноги, руки со вздувшимися от усилия мышцами больше не дрожали. Теперь он уже не отступал – напротив, сам надвинулся на коронованного призрака, да так, что тот подался назад.