Террорист
Шрифт:
— Нормально, сэр. Лучше и быть не может. Ухожу на пенсию в следующем месяце. Отправлюсь в деревню, на пастбища.
— Жаль. Вы будете скучать по «Уэстберну».
— Конечно, сэр. Тридцать восемь лет проработал.
Швейцар открыл ключом дверь номера, и они зашли внутрь.
— Всем нам рано или поздно придется уходить на покой.
В оклеенной бледно-зелеными обоями комнате был камин, мебель, выдержанная в строгом стиле. Райан поставил багаж и раздвинул шторы.
— После вашего последнего приезда ванную успели
— Не сейчас, мистер Райан.
Фокс вытащил из бумажника пятифунтовую купюру и вручил ее старому служителю.
— Если поступят какие-нибудь сообщения, немедленно дайте знать. Я буду или здесь, или в баре.
Что-то промелькнуло в глазах швейцара.
— Я разыщу вас, сэр, не беспокойтесь.
Да, сейчас в Дублине не все так просто, подумал Фокс, снимая плащ и подходя к окну. Ни в ком никогда нельзя быть уверенным. Тысячи простых порядочных людей, ненавидящих эскалацию насилия, в душе одобряют политические цели, ради которых вершится это насилие.
Зазвонил телефон. Фокс взял трубку. Звонил Фергюсон.
— Все организовано. Мак-Гиннес собирается встретиться с тобой.
— Когда?
— Они дадут тебе знать.
Фокс положил трубку. Ну и ну, встречаться с самим Мартином Мак-Гиннесом, главой северного командования ИРА. По крайней мере это один из самых дальновидных руководителей армейского совета.
Капли дождя стучали по стеклу. Фокс задумчиво смотрел на мутные воды Лифей, настроение у него было подавленное. Все дело, конечно же, в этой стране. Ирландия. Снова он здесь. Вдруг он почувствовал резкую боль в левой руке. Самой руки давно не было, а боль время от времени возвращалась. Все из-за внутреннего настроя, подумал Фокс и отправился в бар.
Там никого не было, если не считать молодого бармена, по-видимому итальянца. Фокс заказал виски с содовой и сел за столик в углу зала, у окна. На столе лежала стопка газет. Он уже заканчивал просматривать свежий номер «Таймс», когда рядом, как тень, возник Райан.
— Ваша машина, сэр.
Фокс удивленно вскинул брови.
— Моя машина? Ах, да, конечно.
Он нахмурился, заметив свой голубой плащ в руках Райана.
— Я позволил себе принести его из номера, сэр. Вам он понадобится. Этому дождю не видно конца.
И вновь в глазах швейцара мелькнуло какое-то странное выражение, почти изумление. Фокс разрешил ему помочь надеть плащ и последовал за Райаном к выходу. Черное такси ожидало его.
Райан открыл дверцу.
— Приятно провести время, сэр.
Такси быстро тронулось с места. За рулем сидел молодой кучерявый парень в коричневом кожаном пиджаке и белом шарфе. Не говоря ни слова, он выехал на магистраль и поехал по набережной короля Георга. У зеленой телефонной будки стоял какой-то человек в кепке и бушлате. Машина свернула к обочине, и мужчина в бушлате, открыв заднюю дверцу, юркнул на сиденье.
— Вперед,
Он тщательно обыскал Фокса, ничего, впрочем, не обнаружив. Откинувшись назад, закурил сигарету, потом вынул из кармана пистолет и положил на колени.
— Знаете, что это за штучка, капитан?
— «Чешка», судя по внешнему виду. Вариант для бесшумной стрельбы. Чехи стали их производить несколько лет назад.
— Пять баллов! Просто помните, что он у меня, когда будете беседовать с мистером Мак-Гиннесом. Как говорят в фильмах: одно неверное движение, и вы — труп.
Они продолжали ехать по набережной. Несмотря на ливень, машин было много. Наконец остановились, чуть-чуть не доехав до набережной королевы Виктории.
— Пошли! — буркнул человек в бушлате, и Фокс последовал за ним, подняв воротник плаща, защищаясь от порывов ветра и дождя. Когда поравнялись с деревом, человек в бушлате кивнул в сторону крытой беседки.
— Мартин не любит ждать. Очень занятой человек.
Он закурил и остался под деревом, а Фокс прошел к беседке. В углу на скамейке сидел какой-то человек и читал газету. На нем были расстегнутый желто-коричневый плащ, прекрасно сшитый синий костюм, белая сорочка и галстук с голубыми и красными полосами. Симпатичное лицо, подвижный рот и ясные голубые глаза. Трудно было поверить, но именно этот человек со столь приятной внешностью уже более тринадцати лет возглавлял список самых разыскиваемых британской армией людей.
— Капитан Фокс! — воскликнул Мартин Мак-Гиннес. — Рад снова видеть вас.
— Но мы никогда не встречались.
— Дерри, семьдесят второй год. Вы тогда были корнетом. Кажется, так называют младших лейтенантов в полку гренадеров, «королевских синих»? На Прайор-стрит в пивной взорвалась бомба, и вы прибыли вместе с подразделением военной полиции.
— Бог ты мой! Начинаю вспоминать.
— Вся улица была в огне, а вы вбежали в бакалейную лавку и вывели женщину с двумя детьми. Я тогда засел на крыше противоположного дома вместе со снайпером. Он готов был сделать дырку в вашей голове, но я ему не дал. В тех обстоятельствах это было бы несправедливо.
На мгновение Фокс похолодел.
— В то время вы командовали частями ИРА в Дерри, да?
Мак-Гиннес усмехнулся.
— Интересная штука — жизнь… Так, а теперь выкладывайте, что этот старый лис Фергюсон хочет обсудить со мной?
Когда Фокс закончил, Мак-Гиннес долго сидел, засунув руки в глубокие карманы плаща и размышляя над услышанным. Наконец он сказал:
— На той стороне реки набережная Вульфа Тоуна, вам это известно?
— А разве Тоун не был ярым протестантом?