Тестостерон

Сарамонович Анджей

Титус. Корнель говорит: да…

Корнель(сердито). Я знаю, что я сказал! Дальше!

Хрипение.

Титус. Говорит: Алиса…

ВСЕ. Дальше!

Хрипение.

Титус. Вот, кажется!.. Алиса говорит… (Медленно

повторяет.) Было бы грехом… выйти замуж за человека, которого… не… не… которого не любишь…

Корнель опускает голову и тянется за сахарницей. Пальцем выскребает остатки сахара.

Титус(продолжая слушать). Самое главное — быть верным любви…

Фистах. Вот сука…

Титус(продолжая слушать). Верным любви… моим перцем…

Янис(удивленно). Каким еще перцем?

Титус(сбитый с толку). Я должен еще раз, страшно шумит…

Хрипение. Титус внимательно слушает, и его лицо освещается улыбкой облегчения.

Титус. Понял! Не моим перцем, а мое сердце!.. (Торжествующе.) Мое сердце принадлежит другому!

Корнель(сердито, Титусу). Тебе смешно?

Титус. Нет, вообще… Я радуюсь, что расслышал… Ужасный шум… Из-за басов, наверное…

Фистах(недоверчиво крутя головой). Блядища…

Третин(уверенно). Ну вот, сами видите! Она сказала «другому»! Она не сказала «мое сердце принадлежит Себастьяну Третину»!

Ставрос(раздраженно). Нет!.. Никакой это не аргумент!..

Третин(удивленный). Как — не аргумент?

Янис. Отец прав. То, что она не назвала вашу фамилию, не значит, что речь шла не о вас. Каждый юрист вам это скажет!

Третин(несколько испуганно). Какой еще… юрист?

Ставрос. Например, Янис… Янис — юрист… (С гордостью.) Моя кровь!

Янис. Папа, я же просил. Не Янис, а Януш… Меня зовут Януш…

Ставрос. Я тебя назвал Янисом…

Янис. Когда надо было пойти меня зарегистрировать, мать не могла тебя найти целую неделю!

Ставрос. Я отмечал твое рождение…

Янис. В результате она пошла сама… Злая как тысяча чертей… И поэтому я — Януш…

Ставрос. Для меня ты всегда будешь Янисом… Как твой дед, а мой — отец… (Третину.) А ваша линия защиты провалилась!..

Фистах(решительно

ставя стакан на стол). Не провалилась!

Все ошарашенно смотрят на Фистаха.

Фистах(Корнелю). В утешение могу сказать, что не только вас кинули! Третина тоже!.. Да и меня!..

Ставрос(пораженный). Вас? Неужели и вас что-то объединяло с этой… с Алисой?

Фистах. Ага! Два года!

Удивленное выражение на лицах присутствующих.

Червь. Ситуация, похоже, еще больше накаляется…

Титус. Может, я налью?

Ставрос. Попозже! (Разозлившись.) Сейчас окажется, что из нас семерых только я ее не трахал!

Корнель. Купить тебе за это цветы?

Фистах(Ставросу, разочарованно). По-вашему, других отношений, кроме сексуальных, между женщиной и мужчиной не бывает?

Ставрос. А что, бывают?

Янис. Ну… Мать и сын…

Третин. Бабушка и внук…

Червь(грустно). Я и моя бывшая невеста… (Видя удивленные взгляды.) Хотя это, вообще-то, плохой пример… Потому что я этого хотел…

Ставрос. Тоже мне примеры!.. Мать с сыном!.. А Эдип?

Титус. Так это же в Греции… У них там крышняк срывало по полной…

Ставрос(злой, Титусу). Кончай про Грецию, слышь… Я — грек и не позволю себя оскорблять!.. Что какой-то там официант может знать о нашей богатой культуре!.. Ну и где эта долбаная водка?

Титус. Вы же сказали не наливать…

Ставрос. А теперь говорю наливать!

Титус встает и наливает водку в стаканы.

Ставрос(Фистаху). Ну слушаем, слушаем…

Фистах встает и в процессе рассказа ходит по залу.

Фистах. Вы, наверное, знаете, я — перкуссионист… Начинал в «Дефлорации»… но мне трэш как-то не очень… примитивная музыка… поэтому я перешел в другую группу, «Псы святого Франциска», с которыми записал два диска…

Титус(Фистаху, с восторгом). Ваш первый диск — супер… Особенно третья песня… (Поет.) «А я вхожу в нее как нож, по мне стекают струи крови…» (Видя удивление остальных.) Офигенный музон…