Тейнквил
Шрифт:
По правде говоря, Пид не совсем был уверен, что все именно так и произойдет. Он верил, что эльфам удалось восстановить свою гордость, честь и волю, но он также помнил свою собственную оценку два дня назад, когда он посчитал их плохо подготовленными и слабо мотивированными. Ему оставалось надеяться, что все изменилось, что их поражение на Преккендорране придаст им дополнительного мужества, а не приведет их в уныние.
Но только в пылу сражения он поймет, в какую сторону все направится. К тому времени, ценой станет смерть.
* * *
Сен Дансидан прохаживался по периметру оцепленной верфи, где рабочие Федерации облепили "Дечтеру",
Иногда ему хотелось, чтобы он был достаточно умелым и грамотным, чтобы самому решать все свои проблемы, зная, что работа будет сделана быстро и качественно. Он ненавидел полагаться на других, ненавидел ждать, чтобы обнаружить, справились они или нет, и ненавидел тот факт, что члены Коалиционного Совета и общественность будет приписывать ему их неудачи, а успехи - всем, кроме него.
И все же, какой смысл быть Премьер-Министром, если нельзя передать и воспользоваться услугами тех, кем руководишь?
Он остановился и посмотрел на север. Он смог получить огромное удовольствие от того, что его руководство добилось таких успехов. Ловушка, которую он установил для боевых кораблей эльфов, превзошла все его ожидания. За одну ночь он уничтожил основную часть флота врага и убил Короля и его сыновей. Последнее оказалось просто невероятной удачей, ибо оставило эльфов не только без флота, но также и без их титулованного правителя и его наследников. Он не мог представить, что заставило Келлена Элессдила поступить так безрассудно, но он был благодарен за такой неожиданный подарок. Как до него его отец, Келлен оказался склонным к необдуманным поступкам. То, что последний такой поступок свершился в самое подходящее время, стало для Сена Дансидана знаком, что его фортуна почти повернулась к нему лицом.
Если бы ему не помешали закончить всю работу. Если бы ему не помешали уничтожить остатки эльфийской армии, чтобы он смог окружить и стереть с лица земли их союзников. Если бы ему удалось вернуть в небо "Дечтеру".
Он заметил Этана Орека, снующего по платформе, на которой было установлено изобретенное им оружие, проверяя оснастку и детали, чтобы все было в порядке. Он взял этого невысокого инженера с собой на поле боя, когда вылетел на "Дечтере" из верфей в Аришейге, решив, что он должен быть рядом на случай, если что-то пойдет не так с оружием, как только его пустят в ход.
Ненужное беспокойство, как оказалось, но откуда он мог это знать? Прототип был создан так, как и ожидалось - даже лучше, чем ожидалось, на самом деле, учитывая разрушения, которые они нанесли эльфам. "Дечтера" почти добилась своей цели. Однако, в данный момент ее задержка не имела такого большого значения. Армия Федерации прорвала рубежи Свободнорожденных, захватив западное плато и устремившись на север, в холмы, в которых скрывались остатки эльфийских охотников.
Он с нетерпением ждал этого. Он хотел, чтобы это дело было сделано. Он желал победы в своих руках.
Осторожнее, Сен Дансидан, предостерег он сам себя, когда адреналин послал свежий заряд пьянящей эйфории, пронзивший все его тело. Не переходи границы. Не переусердствуй. Не торопи свою собственную гибель.
Он слишком долго был политиком, чтобы предаваться такому опрометчивому поведению. Ошибки такого сорта совершали менее опытные мужчины и женщины, те, чьи жизни он оборвал в таком количестве, что уже и не помнил. Выжить означало остерегаться преждевременного торжества и неосторожного оптимизма. Выжить означало никогда ничего не принимать на веру, ничего не принимать за чистую монету.
– Твои мысли так глубоки, Премьер-Министр?
Он резко обернулся на звук голоса Иридии Элери, с удивлением обнаружив ее стоящей прямо рядом с ним. Его испугало, что она смогла подобраться так близко к нему, а он этого не услышал. Его злило, что она делала так неоднократно с тех пор, как он согласился принять ее предложение быть его личным советником, как будто их соглашение разрешало подобное вторжение. Хуже всего было то, что это напомнило ему, как в его спальне материализовывалась Ведьма Ильзе; подобное воспоминание он не скоро забудет.
– Мои мысли это моя собственность, Иридия,- ответил он.- Они ни глубокие, ни мелкие, а лишь практичные. Ты что-то хочешь предложить, или просто ищешь новые способы остановить мое сердце?
Если ее и задело его раздражение, то она этого не показала.
– У меня есть, что предложить, если ты ищешь способ закончить эту войну гораздо быстрее, чем так, как это происходит сейчас.
Он уставился на нее, замерев сильнее, чем это могло бы быть после этих ее слов. Она была настолько бледной в лунном свете, что казалась почти прозрачной; темнота ее глаз настолько контрастировала с белой, как у смерти, кожей, что они казались светонепроницаемыми. На ней были черные одежды, которые вместе с капюшоном полностью скрывали ее стройное тело. Ее лицо, выглядывающее из тени капюшона, и руки, слегка прижатые краям одежды, придавали обескураживающее впечатление, что перед ним находится призрак.
Он уже не впервые испытывал подобное чувство. В последнее время вид Иридии был настолько жутким и потусторонним, что он с трудом верил, что она все еще являлась человеком.
Он поджал свои губы:
– Я довольно быстро покончу с этим сам, как только "Дечтера" снова окажется в воздухе. Мое оружие сожжет дотла все, что осталось от флота Свободнорожденных. Я уже преследую остатки эльфийской армии и в течение недели с ними тоже будет покончено. Ты бы лучше беспокоилась насчет Шейди и ее друидов, чем войной? Разве не эта задача возложена на тебя?