The Kills
Шрифт:
Я несказанно удивилась. С одной стороны, подход весьма ответственный, но с другой…
— И что бы ты сделал в случае беременности? — теперь и я скрестила руки на груди. — Тело мое, я сама буду им распоряжаться. Ты в любом случае уедешь в Чикаго, а я должна тут остаться в роли матери-одиночки?
Люцифер молчал, печально глядя на меня, отвел глаза в сторону, задумавшись на пару минут о чем-то своем.
— Значит, — тихо начал он, — ты считаешь, что в случае твоей беременности единственное, что меня волновало бы — это возможный суд по поводу алиментов? — Его лицо перекосилось досадой. —
Стало неловко от своих же слов, таблетка с водой срочно начали проситься наружу, подкатывая тошнотой к горлу.
Люцифер укоризненно покачал головой и, не расцепляя рук, встал сбоку, облокотившись на столешницу поясницей.
Гнетущая тишина резала похлеще любых, даже самых болезненных фраз.
— Ты специально такой хороший со мной? — в уголках глаз стали скапливаться слезы. — Вся эта забота, свидание… — я спрятала руки в рукава худи. Меня зазнобило так, будто я все еще была на улице под пронизывающим осенним ветром. — Нежность и типа тебе не все равно, окажись я беременной. Это какая-то хитрая игра? Я не выкупаю.
Я зашмыгала носом, чувствуя, как по щекам потекли слезы, которые я так и не сумела сдержать.
Люцифер встрепенулся, расцепил руки и вновь вставал напротив меня. Я прятала глаза, утирая слезы рукавом и пялясь в пол, лишь бы не встречаться взглядами.
— Птичка, — Люцифер нежно приподнял мой подбородок, смотря в заплаканные глаза. — Не все люди вокруг плохие, желающие тебе зла ублюдки.
— Я не заметила, — подбородок задрожал, как не пыталась сдержаться. — Меня только предавали, использовали и бросали одну, — слезы хлынули новым потоком. — Где эти хорошие люди? Их нет.
— В самом деле?
— Да, — обиженно вякнула я.
— А если посмотреть внимательно? — растягивая слова, неспешно произнес Люцифер, поглаживая мою щеку.
— Ты сказал, что любишь свою невесту, — выпалила прежде, чем поняла, что сказала.
Слова прозвучали как претензия. Он болезненно усмехнулся, скрывая эту боль за улыбкой, появившейся после.
— Я столько всего тебе сказал и сделал, а ты запомнила только то, что я люблю женщину, которой больше нет. Может это ты видишь вокруг только плохое и не желаешь видеть ничего хорошего?
— Так это я еще и виновата? — недовольно надув губы, я мотнула головой, освобождаясь от пальцев на моем лице. — Конечно, это не мир говно, это я не вижу цветов в этом говне. Давай, расскажи мне, что я там должна опять видеть и чувствовать! — от злости я дернула ногами, больно ударяясь пятками о дверцу кухонного шкафа внизу.
— Ох, Уилсон, — Люцифер устало прикрыл веки, утомленно вздыхая. — Да, я самоуверен. Да, я люблю командовать. Поэтому иногда может казаться, будто я стараюсь сдвинуть твои личные границы, за которые ты так переживаешь, но это вовсе не так. Не стоит ощетиниваться на любые безобидные действия или слова.
Я почувствовала себя маленьким бестолковым ребенком, которому талдычат о премудростях жизни, а он никак не хочет или может их понять.
— Как ты можешь быть таким идеальным?
— Идеальным?
— Да. Весь такой внимательный, заботливый и вот это вот все, — я обвела его рукой в воздухе.
— Я не идеальный, — Люцифер мотнул
— Теперь я совсем ничего не понимаю.
— Во-первых, — сказал он и поднял указательный палец в наставительном жесте, — ты меня больно идеализируешь. Во-вторых, ты много обо мне не знаешь. И, в-третьих, я бизнесмен. Ты хоть где-то видела честных бизнесменов?
Я чуть со стола не упала от неожиданности.
— Бизнесмен? — у меня даже слезы перестали течь от удивления. — Ты ведь детектив.
— Стал им после случившегося. У меня есть бизнес, которым я занимался раньше. — Люцифер протянул ко мне руку и бережно вытер мокрые щеки тыльной стороной пальцев.
— Ты все бросил ради дела? — я захлопала глазами, впадая в ступор от услышанного.
Информация была неожиданной, мягко говоря.
— Не бросил. У меня есть помощники, занимаюсь руководством дистанционно, — чем больше он говорил, тем шире я открывала рот от удивления. — Жизнь не закончилась, она продолжается. Нельзя все бросать и опускать руки, нужно жить дальше, просто с небольшими коррективами.
Стыд за собственную слабость и бесхарактерность заставил почувствовать себя неловко. Люцифер не озлобился на мир, не сдался и не сломался, сближается с людьми без страха и не дает слабину. В отличие от меня. Я явственно ощутила себя маленьким, испуганным зверьком, затравленным злыми людьми вокруг, забившимся в угол, дрожащим от страха, но шипящим на всех и вся, кто пытается протянуть руку, помочь и погладить или ударить и обидеть, неважно. Все видится в черном цвете.
— Я понимаю, почему ты так недоверчива. И очень хочу это исправить, — он сделал паузу. — Если ты позволишь конечно.
— Зачем? — я потерла натянутыми на кисти рукавами лицо. — Ты уедешь, когда все закончится. Какое тебе дело до меня?
Черт, я ведь не хотела давать ему понять, что меня волнует происходящее между нами. Мы вообще без году неделя как сблизились, а я начинаю строить воздушные замки. Для чего? Почему? Что в нем такого?
Надо расстаться. Оставим только работу над делом между нами. Так будет проще.
— Думаю, нам не стоит продолжать отношения, — дрогнувшим голосом начала я, слезы снова защипали глаза, а в горле противно запершило. — Я буду помогать тебе, как и обещала. Съездим сегодня в архив, — я спрыгнула со стола и стала суетиться, бросив беглый взгляд на часы на микроволновке. — Уже почти полдень. Надо ехать прямо сейчас, пол дня потратили впустую.
Подойдя к стулу, где лежала моя верхняя одежда, я потянулась к ней и хотела начать одеваться, как мою руку перехватил Люцифер, поворачивая к себе.
— Мы не поедем в архив, — отрезал он.
Взялся за края худи, начиная тянуть его вверх. Я подняла руки, не задавая вопросов и позволяя себя раздеть. Теперь я осталась в джинсах и его футболке на голое тело.
— Сейчас ты пойдешь и примешь горячий душ. Тебе нужно согреться и прийти в себя, — слова прервались громким урчанием моего желудка, вызвавшем у Люцифера улыбку. — Я приготовлю завтрак, — он пригладил мои растрепавшиеся от ветра и дождя волосы, больше походившие на воронье гнездо. — Мы позавтракаем и поедем в Ист Лэйк на два твоих выходных.