This is...

Шион Недзуми

Наруто показал большой палец, связал бедного Хьюгу по всем правилам шибари и сел на него, как на скамейку.

– Ой, а кто это у нас тут такой? Симпатичный мальчик или страшненькая девочка?

К Неджи присоединился Орочимару.

– Скажи ему, что я его пара.

Гарри лениво поднял глаза. Рядом с ним парил призрак.

– А ты кто?

– Я его пара.

– А-а-а, - снова вернулся к просмотру купален.

А там было весело. Вернее, готовилось к веселью. Все действующие лица заняли свои позиции, Наруто в кустах приготовился….

Раздался

взрыв. Стена между женским и мужским отделением обвалилась. Поттер с интересом смотрел на попытки прикрыться, слышал визги, писки, кокетливые вздохи. Затем пошло объединение Имен.

– Гарри!

Рядом оказался Наруто.

– Мне спрятаться нужно! Срочно.

Поттер вздохнул, покой только снится. Порылся в карманах и сунул другу какой-то артефакт. Тот крутанул его… и исчез. Медленно растворился в воздухе. За ним исчез призрак.

Гарри еще раз проверил карманы, достал еще один артефакт….

Он случайно отдал Наруто Маховик времени на дальние дистанции.

– Упс!

Кажется, Коноху ожидали больши-ие перемены.

========== Все методы хороши ==========

Битва с Варией приближалась, а потому Реборн разыскивал своего непутевого ученика. Который, надо сказать, научился весьма неплохо скрываться. И даже обнаружил вшитые в резинки трусов маячки. Проклятая гиперинтуиция Вонголы!

Репетитор был готов к тому, что ученик попытается сбежать, поэтому не удивился бы, найдя того в аэропорту или морском порту. Но никак не ожидал обнаружить Саваду в торговом центре. В отделе косметики. Выбирающим себе помаду.

– Что ты делаешь, Никчемный Тсуна?

Ученик отвлекся на секунду, взглянул на репетитора и, кажется, обрадовался его приходу.

– Реборн, как думаешь, что лучше: “Сладкая карамель” или “Нежная роза”?
– показал два тюбика помады.

– Ты… Я…

– Возьму “Розу”, - согласился Савада.

Реборн решил, что перегрелся.

Занзас стоял на приготовленной заранее площадке для поединков и скалился в сторону Внешнего советника.

– Где же твой неуклюжий сынок, Емитсу? Неужели сбежал?

Советник поморщился. Офицеры за спиной Занзаса разразились хохотом. Занзас ухмыльнулся. Да, не повезло Внешнему с ребенком. Мелкий, никчемный, трусливый. Такой не противник Варии. Правда, настораживало репетиторство Реборна, но даже самый лучший киллер не сможет сделать из тряпки бойца.

Срок приближался, вонгольская недоросль все больше нервничала. Варийцы подначивали их, но с места не сходили.

Неожиданно перед площадью остановилась машина. Сначала из нее показалась стройная загорелая ножка, затянутая в элегантный чулочек. Туфелька на высоком каблуке подчеркивала изящную щиколотку и точеную лодыжку. Занзас про себя присвистнул и пообещал познакомиться с прелестницей поближе. Если у нее ножка такая, что говорить об остальном!

Вслед за ножкой показалась вся девушка. Варийцы пристально и жадно следили за выходящей из машины незнакомкой, разве что взглядом не облизывали.

Невысокая,

с тонкой талией, изящными запястьями, она словно плыла. Бледно-розовое платье открывало восхитительные ножки, начало упругих бедер, как перчатка облегало высокую грудь. И лишь когда Занзас взглянул в карие глаза, обрамленные пушистыми-пушистыми ресницами, понял, что пропал. Конфликта колец не будет.

Его шпионы где-то ошиблись, и у Внешнего оказался не сын, а дочь, да еще какая.

Девушка подошла ближе, улыбнулась пухлыми, нежными губами, робко и немного кокетливо выстрелила взглядом в каждого офицера по очереди. Поздоровалась с каждым, прикусив нижнюю губку. Занзас взглянул на своих подчиненных, которым только выдержка не позволяла пускать слюни. И понял, что за будущую Десятую придется побороться.

Реборн сидел в спальне Савады и смотрел на своего ученика, который подпиливал ногти маленькой пилочкой.

Вся комната утопала в цветах. Снежно-белые лилии от Скуало, ирисы от Мармона. Розовые орхидеи от Бельфегора. И королевские красные розы от Занзаса. Леви-А-Тан ничего не прислал, он отдыхал и готовился к очередной партии ночных серенад.

Впервые у Солнечного Аркобалено не нашлось слов.

– Ты… Я….

Савада серьезно кивнул.

– Да, ты прав. Надо было все-таки брать “Карамель”.

========== Карма (Хаширама/femГарри Поттер) ==========

Глубоко в душе Мадара Учиха подозревал, что кто-то из его предков сильно грешил. Скорей всего, Рикудо Сеннин - иначе откуда взялись Узумаки? Но почему-то расплачиваться приходилось его потомкам. И Мадаре временами становилось жалко себя. И совсем немножко - Хашираму.

Самые страшные? Учиха.

Самые кровожадные? Учиха.

Самые долбанутые? Сенджу.

Кто виноват в появлении новых горячих точек, отступников и повышении цен на кунаи с печатями Узумаки? Естественно, Учиха.

Ну, и может быть, совсем немножечко Сенджу.

Поэтому перерыв в пакостях в полгода Мадара воспринимал с настороженностью, ожидая, что вот-вот карма проявит себя вновь.

Кто же мог предполагать, что сойдутся так звезды, и карма воспрянет вновь на очередной сходке двух кланов-противников. Они только-только собирались с Хаширамой приступить к сражению, когда с непонятным звоном посреди поля боя из воздуха появилась троица неадекватных молодых людей. В кунай пьяных. Стоящие поблизости шиноби после первого же вздоха душевно занюхали признаки опьянения рукавом.

Молодые люди - двое парней и девушка - выпрямились, встали на пошатывающиеся лапки…. И за пять минут вырубили половину клана с одной стороны и половину клана с другой. Живы остались все. Но и лечиться тоже придется всем.

Мадара активировал Шаринган. Хаширама прорастил дерево под ногами. Тобирама с Изуной принюхались, переглянулись и в унисон завистливо вздохнули.

Наверное, это карма подпихнула под руку и заставила Хашираму не совсем миролюбиво задать вопрос.

– Кто из вас самый трезвый?