Тиасса
Шрифт:
— Милорд, — проговорил Омло, — можете ли вы объяснить?
— Что объяснить?
— Зачем мы сделали… ну, все что сделали.
— А. Наш друг Песец хотел, чтобы меня арестовали и покарали по всей строгости закона, потому что я владею борделем, где покалечили Нериту. А они были к ней привязаны. Так что мы просто заставили их поверить, что я арестован.
— Но если все это просто спектакль, зачем же все прочее, с лордом Феораэ?
— Во-вторых, чтобы спектакль вышел хорошим. В-третьих,
— Но вы…
— А что я? Я этого кошелька и пальцем не трогал.
— Босс, твое самодовольство иногда просто бесит.
— Заткнись.
Омло задумался.
— И что будет тогда?
— С ним? Ничего. Но история дойдет до его родителей, и теперь они мои должники, потому что будут знать, что я мог бы доставить всем им немало неприятностей, но не стал этого делать.
— А когда, — спросил Крейгар, — ты понял, что они не собираются тебя нанимать по поводу меченых монет?
— С самого начала все это не имела смысла, — ответил я. — Ну зачем трудиться, чтобы обойти систему, которая скоро сама рухнет? Он пытался во что-то меня втянуть. Пожалуй, я не был в этом уверен полностью, пока не увидел твой отчет, из которого следовало, что он давно уже расстался с большой дорогой.
— А как сюда вписывается Бирна?
— Думаю, они просто искали кого-то из моих должников или противников. Не слишком сложно, если иметь дружелюбный вид, сорить деньгами и слушать, что говорят в правильных местах.
Коти заметила:
— Знаешь, Влад, нам правда надо быть настороже, ведь когда они поймут, что ты их надул, они захотят рассчитаться с нами.
Мне пришлись по душе эти «мы» и «с нами».
— Возможно, — проговорил я. — Но есть у меня ощущение, что сунуть меня в кипяток было для них вторично. Главным было кое-что другое, и это они получили.
Крейгар хорошо знал свое дело.
— И что же это такое? — спросил он.
— Сейчас объясню. Омло, если у тебя больше нет вопросов, дальше ты нам не понадобишься. Остального тебе лучше не знать.
Он поднялся и поклонился.
— Бесконечно вам признателен, милорд.
— До встречи на сцене, — сказал я.
Он улыбнулся и попятился, продолжая кланяться, словно я был коронованной особой. Милый штришок, улыбнулся я.
Когда Омло ушел, Крейгар спросил:
— Итак?
— Последнее, что осталось — уволить Хнока.
— За что?
— За попытку меня избить.
Коти кивнула, Крейгар нахмурился:
— Это когда же он такое затеял?
—
— Но с чего ты взял, что это он?
— Иное было бы бессмыслицей. Ну у кого есть причина со мной связываться?
— У всех, кто тебя знает, Влад. А у него какая причина?
— Песец. Не знаю, подкупил он его или заставил силой, перед увольнением уточню.
— Но зачем — в смысле, при чем тут Хнок?
— Так ведь именно он покалечил Нериту, вот Песец и Ибронка и хотели, чтобы он за это рассчитался. А кто, как не я, сможет заставить его рассчитаться по полной?
— Ах вот как, — сказал Крейгар. — Думаешь, он мог быть настолько уверен, что ты все это вычислишь?
— Угу. Он достаточно хорошо меня изучил, чтобы понять, что я не идиот.
— Наверное, надо бы и мне получше тебя изучить.
— Ага.
Коти спросила:
— Я могу помочь с увольнением?
— Конечно. Вы с Крейгаром проводите меня туда, постоите рядом и присмотрите, чтобы нам никто не мешал.
— И когда мы этим займемся? — спросил Крейгар.
— Сейчас, — поднялся я.
По пути Крейгар поинтересовался:
— Раз ты увольняешь Хнока, кому поручить управлять заведением?
— Хочешь сам его принять?
— Нет.
— А Мелестав захочет?
— Сомневаюсь.
— Может, Тесси?
— Пожалуй; опыт у него есть.
— Угу.
В «Ложа страсти» я вошел как хозяин, что в общем было частичной правдой. Вышибалу у двери я не узнал, но вот он явно был в курсе, кто я такой; он поклонился и спросил:
— Господин, чем могу…
— Хнок, — бросил я. — Здесь. Сейчас.
В зале болталась пара клиентов — посасывали выпивку и ждали своих «бабочек». А еще недоуменно на меня поглядывали. Мне до них дела не было.
Вышибала убежал искать Хнока, а я сообщил клиентам, что на сегодня заведение закрывается, однако завтра их тут примут со всем радушием. И предложил покинуть его немедленно. Драконлорд, пожалуй, готов был со мной поспорить, но в итоге просто пожал плечами и ушел. Когда клиенты удалились, я пересек зал, прислонился к стене и ждал с очень и очень суровым видом.
Появился Хнок, в сопровождении сурового парня, который подпирал дверь, и еще одного — еще выше и шире первого, со столь же внушительным видом.
— Вы двое, убирайтесь, — велел я.
Они посмотрели на Хнока, запрашивая инструкции, но я сказал:
— Не смотрите на него, смотрите на меня. Я говорю — убирайтесь. Сейчас же.
Охранники помешкали, но потом первый, а за ним сразу и второй повернулись и вышли вон.
Хнок проговорил:
— Милорд, если я каким-либо образом…