Тигр! Тигр! (сборник)
Шрифт:
— Извините, Престейн. Где теперь ваш цирк, Формайл?
— Не знаю, — беззаботно ответил Фойл. — Одну секунду.
Вокруг мгновенно собралась толпа, улыбаясь в предвкушении очередной выходки. Фойл достал платиновые часы и со щелчком откинул крышку. На циферблате появилось лицо слуги.
— Эээ… как вас там… Где вы сейчас находитесь?
— Вы приказали нам обосноваться в Нью-Йорке, Формайл.
— Вот как? И?…
— Мы купили Собор Св. Патрика, Формайл.
— А где это?
— На углу Пятой Авеню
— Благодарю. — Формайл захлопнул часы. — Мой адрес: Нью-Йорк, Собор Святого Патрика… Одного не отнимешь у запрещенных религий — по крайней мере, строили такие церкви, в которых может разместиться цирк.
Оливия Престейн восседала на троне, окруженная поклонниками. Снежная Дева, Ледяная Принцесса с коралловыми глазами и коралловыми губами, царственная, недосягаемая, прекрасная. Фойл посмотрел на нее раз. И тут же в замешательстве опустил глаза перед ее слепым взглядом, который различал лишь электромагнитные волны и инфракрасный свет. Его сердце заколотилось.
«Не будь дураком — подумал он. — Держи себя в руках. Это может оказаться опасным…»
Его представили. К нему обратились — хрипловатым снисходительным голосом. Ему протянули руку — изящную и холодную. Но она как будто взорвалась в его руке. Его словно пронзило током.
«Что это? Она символ… Недоступная… Принцесса Мечты… Самообладание.»
Он боролся с собой так ожесточенно, что не заметил, как им пренебрегли, любезно и равнодушно. Он застыл, хватая ртом воздух, на миг потеряв дар речи.
— Что? Вы еще здесь, Формайл?
— Я не могу поверить, что вы уделили мне так мало внимания, леди Оливия.
— Ну, едва ли. Боюсь, вы мешаете подойти моим друзьям.
— Я не привык к такому обращению, леди Оливия. ( «Нет, нет. Все не так! ») По крайней мере, от человека, которого хотел бы считать другом.
— Не будьте навязчивым, Формайл. Пожалуйста, отойдите.
— Я вас обидел?
— Обидели? Не смешите меня.
— Леди Оливия… ( «Боже! Могу я хоть что-нибудь сказать правильно?! Где Робин? ») Давайте начнем сначала.
— Если вы стараетесь показать свою неотесанность, Формайл, то у вас получается восхитительно.
— Пожалуйста, снова вашу руку. Благодарю. Я — Формайл с Цереса.
— Ну, хорошо. — Она рассмеялась. — Я признаю вас фигляром. Теперь отойдите. Уверена, что вы найдете, кого развлечь.
— Что случилось теперь?
— Достаточно, сэр. По-моему, вы хотите меня разозлить.
— Нет. ( «Да, хочу! Хочу достать тебя как-то… пробиться сквозь лед») Первый раз наше рукопожатие было… неистово. Сейчас же… оно пусто. Что произошло?
—
Фойл, спотыкаясь, отошел. «Дрянь. Дрянь. Дрянь. Нет. Она именно такая, о какой я мечтал. Ледяная вершина, которую надо штурмовать и покорить. Осадить… ворваться… изнасиловать… заставить пасть на колени… »Тут он столкнулся лицом к лицу с Дагенхемом, застыл, парализованный.
— А, Формайл, — произнес Престейн. — Познакомьтесь. Саул Дагенхем. Он может уделить нам только тридцать минут, и настаивает одну из них провести только с вами.
«…Знает? Послал за Дагенхемом, чтобы убедиться?… Нападай.»
— Что с вашим лицом, Дагенхем?
— А я думал, что знаменит. Лучевое поражение. Я радиоактивен. «Горяч». — Беспощадные глаза ощупали Фойла. — Что скрывается за вашим цирком?
— Страсть к популярности.
— Я сам мастер камуфляжа. Узнаю признаки. Каким ремеслом занимаетесь?
— Разве Дилинджер делится с Капоне? — Фойл улыбнулся, успокаиваясь, сдерживая облегчение. ( «Я перехитрил их обоих. ») — Вы кажетесь счастливее, Дагенхем.
Он тут же понял свою ошибку.
Дагенхем мгновенно подхватил ее.
— Счастливее, чем когда? Где мы встречались раньше?
— Не «счастливее, чем когда», а «счастливее, чем кто». Вы счастливее меня. — Фойл повернулся к Престейну. — Я безнадежно влюблен в леди Оливию.
— Саул, твои полчаса истекли.
Дагенхем и Престейн обернулись. К ним подошла высокая женщина в изумрудном платье, статная, с длинными отливающими медью волосами. Это была Джизбелла Мак Куин. Их взгляды встретились. Прежде чем потрясение могло отразиться на его лице, Фойл отвернулся, пробежал шесть шагов до ближайшей двери и выскочил наружу.
Дверь захлопнулась. Он оказался в коротком темном коридоре. Раздался щелчок, шорох, и механический голос вежливо произнес:
— Вы ступили в запретную часть дома. Пожалуйста, покиньте помещение.
Фойл судорожно вздохнул, пытаясь придти в себя.
— Вы ступили в запретную часть дома. Пожалуйста, покиньте помещение.
«Я и представить не мог… Думал, она убита… Она узнала меня…»
— Вы ступили в запретную часть дома. Пожалуйста, покиньте помещение.
«Я пропал. Она никогда не простит мне… Сейчас, наверное, рассказывает Дагенхему и Престейну».
Дверь из зала отворилась. На миг Фойлу почудилось, будто он снова видит свой пылающий образ. Потом он понял, что смотрит на огненные волосы Джизбеллы. Она не шевельнулась. Она просто стояла и улыбалась в неистовом триумфе возмездия.