Тигр. Тигр!
Шрифт:
Запрятавшись в телефонную будку, имевшую форму телефона и расположенную через дорогу от Земляничной горы, Вайолет Дуган горячо пререкалась с мисс Гарбо.
— Фам не следовало фысыфать полицию, Одри.
— Нет, следовало, мисс Гарбо.
— Инспектор Робинсон шурует ф доме уже десять минут. Он опять натфорит глупостей.
— Я на это и рассчитываю, мисс Гарбо.
— Сначит, я была прафа. Фы не хотите, штобы этот Луи 'Гщурден был арестофан.
— Нет, хочу, мисс Гарбо. Очень хочу. Только позвольте вам все объяснить.
— Он уфлек фаше
— Да прошу вас, выслушайте вы меня, мисс Гарбо. Для нас ведь самое важное не схватить его, а узнать, где он запрятал краденое. Разве не так?
— Отгофорки! Отгофорки!
— Если его арестуют сейчас, мы никогда не узнаем, где ваза.
— Што ше фы предлагаете?
— Я предлагаю сделать так, чтобы он сам привел нас туда, где прячет вазу.
— Как фы этого допьетесь?
— Используя его же оружие. Помните, как он подсунул полицейским подставное лицо?
— Этого турня Пендикса?
— На этот раз в роли Бендикса выступил инспектор Робинсон. Ой, постойте! Там что-то случилось.
На Земляничной горе началось сущее столпотворение. Шимпанзе с визгом перепархивали с ветки на ветку. Появились ватуси, они неслись во весь дух, преследуемые инспектором Робинсоном. Затрубил слон. Огромный аллигатор быстро вполз в густую траву. Затем промчалась Джейн Тарзан, ее преследовал инспектор Робинсон. Барабаны гудели вовсю.
— Я могла бы поклясться, что этот аллигатор — чучело, — пробормотала Вайолет.
— О шем фы, Одри?
— Да о крокодиле… Так и есть! Извините, мисс Гарбо. Я побежала.
Крокодил встал на задние лапы и неторопливо брел по Земляничному проезду. Вайолет выскользнула из будки и небрежной ленивой походкой пошла вслед за ним. Прогуливающийся по улице аллигатор и неторопливо следующий за ним аквалангист не вызывали особого интереса у прохожих Голливуд-Ист.
Аллигатор оглянулся через плечо и наконец заметил аквалангиста. Он пошел быстрее. Аквалангист тоже ускорил шаг. Аллигатор побежал. Аквалангист побежал за ним следом, но немного отстал. Тогда он подключил кислородный баллон, и расстояние начало сокращаться. Аллигатор с разбегу ухватился за ремень подвесной дороги. Болтающегося на канате, его повлекло на восток. Аквалангист подозвал проезжавшего мимо робота-рикшу.
— Следовать за этим аллигатором! — крикнула Вайолет в слуховое приспособление робота.
В зоопарке аллигатор выпустил из рук ремень и скрылся в толпе. Аквалангист соскочил с рикши и как сумасшедший пробежал через Берлинский дом, Московский дом и Лондонский. В Римском доме, где посетители швыряли пиццу помещенным за оградой существам, Вайолет увидела раздетого римлянина, который лежал без сознания в углу клетки. Рядом с ним валялась шкура аллигатора. Вайолет быстро огляделась и успела заметить удиравшего Бауэра в полосатом костюме.
Она бросилась за ним. Бауэр столкнул какого-то мальчугана со спины пони на электрической карусели, сам вскочил на место мальчика и галопом помчался на запад. Вайолет вспрыгнула на спину проходившей мимо ламы.
—
Лама побежала, жалобно мыча:
— Ч иао хеи-фу нан цо мей ми чу (мне этого еще никогда не удавалось).
На конечной станции Гудзон Бауэр спрыгнул с пони, закупорился в капсулу и перемахнул через реку. Вайолет влетела в восьмивесельную лодку и пристроилась на сиденье рулевого.
— Следовать за этой капсулой! — крикнула она.
На джерсийском берегу (Невада-Ист) Вайолет продолжала преследовать Бауэра на движущейся мостовой, а затем на каре фирмы «Улепетывай» к старому Ньюарку, где Бауэр вскочил на трамплин и катапультировался в первый вагон монорельсовой дороги Блок-Айленд — Нантакет.
Вайолет подождала, пока монорельс тронется в путь, и в последнюю секунду успела вскочить в задний вагон.
Оказавшись в вагоне, она направила острие гарпуна в сторону находившейся там же расфуфыренной девчонки и заставила ее обменяться с ней одеждой. В бальных туфельках, черных ажурных чулках, клетчатой юбке и шелковой блузке, Вайолет вышвырнула разлютовавшуюся дамочку из вагона на остановке Ист-Вайн-стрит и уже более открыто принялась наблюдать за передним вагоном. На Монтауке — крайний восточный пункт Каталина-Ист — Бауэр выскользнул из вагона.
Вайолет снова подождала, пока двинется монорельс, и лишь тогда продолжила погоню. На нижней платформе Бауэр забрался в жерло коммутированной пушки и взлетел в пространство. Вайолет бросилась вслед за ним к той же пушке и осторожно, чтобы не изменить наводку, установленную Бауэром, скользнула в пушечное жерло. Она взлетела в воздух всего на полминуты позже Бауэра и брякнулась на посадочную площадку в тот момент, когда Сэм спускался по веревочной лестнице.
— Вы?! — воскликнул он.
— Да, я.
— А в черном скафандре тоже были вы?
— Опять же я.
— Я думал, что отделался от вас в Ньюарке.
— Нет, этот номер не прошел, — угрюмо сказала она. — Я нас приперла к стенке, Кид.
И в эту секунду Вайолет увидела дом.
Он был похож на те дома, которые в двадцатом веке рисовали дети: два этажа, остроконечная крыша, крытая рваным толем, стены из грязных коричневых дранок, державшихся на честном слове, двойные рамы с крестообразным переплетом, кирпичная труба, увитая плющом, шаткое крылечко. Справа — проржавевшие руины рассчитанного на две автомашины гаража, слева — заросли чахлых сорняков. В вечернем сумраке казалось, что в этом доме наверняка должны водиться привидения.
— Ох, Сэм! — охнула Вайолет. — Как здесь красиво!
— Это дом, — сказал он просто.
— А внутри?
— Зайдите и поглядите.
Внутри дом был словно склад, заставленный товарами, заказанными по почте; все здесь было бросовое — дешевое, второсортное, подержанное, уцененное, купленное на распродаже.
— Здесь как в раю, — сказала Вайолет. Она нежно прильнула к пылесосу типа канистры с виниловым амортизатором, — Здесь так покойно, уютно. Я уже много лет не была так счастлива.