Тигриные глаза

Конран Ширли

— Откуда ты знаешь об этом месте ?

Джим тихо закрыл за собой дверь. Он был в черных джинсах, летной куртке и в перчатках. В руках держал большой чемодан.

— Ну что ж, теперь ты знаешь… — с вызовом произнес он.

Плам поняла, что он, должно быть, сел на поезд, отправлявшийся в одиннадцать двадцать, и прямо с вокзала приехал сюда, чтобы за три оставшихся до их встречи часа уничтожить все улики.

— Что ты намерена делать с этим? — хрипло спросил Джим. — Как, по-твоему, будут чувствовать себя мальчики, если ты засадишь меня в тюрьму?

"Он

слишком нервничает, чтобы сразу пойти ва-банк», — сказала себе Плам, и эта мысль придала ей уверенности. У нее на руках были выигрышные карты, если только она не потеряет голову и будет играть правильно. Она сделала над собой усилие, стараясь не терять рассудка и помнить, что ей необходимо обнаружить отсутствующее звено между Джимом и Тононом. Дженни никогда не выдаст его. Но теперь у Плам была возможность вытянуть эту информацию из Джима.

— Джим, конечно, я не хочу, чтобы ты сел в тюрьму.

— Когда я звонил, ты сказала, что еще не ходила в полицию? — По лицу Джима было видно, что ему не терпелось получить подтверждение этому.

Плам замялась, вспомнив, как Бриз предложил ей пока не сообщать полиции, кто посылал ей письма с угрозами.

— Как только ты обратишься в полицию, обратного хода не будет, — предупредил он. — Поэтому прежде, чем идти туда, убедись, что ты хочешь видеть Дженни за решеткой. — Его следующие слова заставили ее даже почувствовать укор совести. — Почему бы не подождать, пока она вернется в Лондон. Еще успеешь засадить за решетку это несчастное создание.

Но следует ли ей признаваться Джиму, что она не была в полиции? Надо вспомнить, что именно она уже говорила ему. Тут лучше быть последовательной и не противоречить самой себе. Нельзя озлоблять его еще больше. Плам решила сказать Джиму правду. Ведь она и в самом деле, поддавшись доводам Бриза, еще не ходила в полицию.

Стоя спиной к металлическим полкам, она покачала головой:

— Нет, полиции неизвестно, что подделки изготавливала Дженни.

— Ты явно поверила в то, что ты пуп земли, да? — Злая усмешка Джима сразу же вызвала в ее памяти их прежние семейные перебранки. «Не реагируй, — сказала она себе. — Не вздумай обидеться. Возвращайся к картинам. И используй старую тактику умиротворения Джима с помощью лести. Сначала найди предлог, чтобы похвалить его».

— Как случилось, что ты ввязался в это, Джим? Я думала, ты терпеть не можешь Дженни. — Плам вспомнила ядовитые замечания Джима по поводу ее подруг. Когда они были женаты, его антипатия, безусловно, была искренней.

На лице Джима появилась самодовольная улыбка:

— Ты была слишком поглощена собой, чтобы заметить, что Дженни влюблена в меня со времен учебы в колледже.

Так, значит, единственным мужчиной, которого любила Дженни, был не Бриз, а Джим! Вот в чем причина столь давней зависти Дженни.

— Уж не хочешь ли ты сказать…

— Нет, я никогда не спал с ней. Но стоило мне только поманить пальцем, как твоя драгоценная подруга уже ползала передо мной на коленях.

Самодовольная ухмылка

становилась зловещей, и Плам поспешила продолжить свои льстивые речи:

— Значит, Дженни доверяла тебе.

— Всегда доверяешь тому, кого любишь. Сообразив наконец, что у меня нет желания лезть к ней под юбку, Дженни решила, что мне идеально подходит роль ее старшего брата.

— Дженни нужен был партнер для изготовления фальшивых свидетельств, а ты график по профессии. — Плам показалось, что причина скорее была в этом, чем в страстном стремлении Дженни соединиться с Джимом. Или она опять ошибается?

Джим кивнул:

— И Дженни знала, что мне нужны деньги.

— Откуда она знала это?

— Любой преподаватель с маленькими детьми нуждается в них.

— Значит, вы работали вместе с тех самых пор, как Дженни ушла от Билла?

— С 1988 года, причем у нас был список клиентов Билла, которые покупали у него подделки.

"Не забывай о лести», — напомнила себе Плам.

— Ты — блестящий специалист, Джим, но ты не мог быть мозговым центром этого предприятия. Кто же возглавлял его? Кто был боссом? — При этом Плам дюйм за дюймом перемещалась к мольберту.

— Все, от начала до конца, организовал я. — Джим был явно польщен словами Плам. — Я наладил маршруты сбыта, я организовал изготовление свидетельств, я добывал краски старых мастеров в антикварных магазинах и в лавках старьевщиков.

— И один из маршрутов проходил через Джиллиан Картерет? — Плам продолжала свое продвижение вправо.

В глазах Джима мелькнуло удивление, а затем появился страх:

— Не впутывай ее в это дело!

— Джим, следы трех картин ведут прямо к ней. А на стене в ее спальне и сейчас висит поддельная картина.

— Как Джилли могла так опростоволоситься! — сплюнул Джим.

— Джилли?

— Она была Джилли Томпсон, пока не вышла замуж за того важного индюка, — недовольно проговорил Джим. Плам вспомнила.

— Ах да, Джилли Томпсон, она училась на курсе Лулу в художественном колледже.

Налицо Джима опять появилась недобрая ухмылка.

— Будь я проклят, — сказал он, — если ты услышишь от меня еще хоть слово, Плам… Что ты пытаешься сделать, стерва?

От него не укрылись ее маневры.

Одновременно с его выпадом она метнулась к мольберту, схватила незаконченный холст и спрятала его за спину.

Джим бросился к ней, намереваясь выхватить холст.

Плам толкнула на него двухметровый мольберт. Его стойка угодила прямо в лицо Джиму. Он вскрикнул от боли и закрыл лицо руками.

Плам рванулась к двери.

Джим отбросил мольберт и, чертыхаясь, устремился за ней.

Когда Плам уже дернула ручку, Джим схватил ее за плечи и развернул лицом к себе.

— Ты совсем не изменилась, ты, мелкая сучка! — На лбу у него была кровь. Он пытался отнять у нее холст.

Плам отступила назад в комнату и почувствовала, как Джим всей своей тяжестью прижал ее к стене. Эта схватка не походила на борьбу с Дженни, тут Плам была почти беспомощной.