Тигриные игры

Ли Лора

Шакал упал мгновение спустя, вытянувшись, раскинув руки, благодаря комплименту кулака Джонаса, когда гнев ярости наполнил воздух.

Джонас жестом указал инфорсерам позади него, чтобы убрать нокаутированное тело, прежде чем переключить свое внимание на другого шакала.

— У тебя есть какие-либо просьбы? — огрызнулся он.

Этот шакал насмешливо поднял бровь.

— Не сейчас.

Оба шакала были вытащены из дома, Киля схватили за пиджак сзади, и его голова склонилась в сторону.

— Первым делом с утра, Лобо, — заявил Джонас,

прежде чем последовал за охранниками из дома. — Первым делом.

Директор и его небольшая группа инфорсеров исчезли также быстро, как и прибыли, оставив альфу койотов, Эшли и Эмму задумчиво смотрящих на дверной проем.

— Он приобрел вкус, — протянула Эшли, ее акцент усилился. — Лучше в малых дозах, чем в больших, — затем она мягко, очаровательно рассмеялась над своим наблюдением, прежде чем ярко улыбнулась Грэму. — Он довольно забавный, когда его все так раздражают, не так ли?

А еще все говорят, что он безумен, подумал Грэм с удивлением. Те, кто выдвинул обвинение, еще не видели различные внутренние механизмы социализированной Породы. Это было полное безумие с большим количеством чистого безумия.

Боже, во что он ввязался?

***

Кэт все еще не спала, когда дверь спальни резко открылась, демонстрируя недовольство Грэма, когда он вошел в спальню. Закрыв ее, он повернул замок, скрестил руки на груди и посмотрел на нее.

Глядя на него в ответ, она сидела на кровати, черный тренировочный костюм, который носила ранее, был сменен на мягкие хлопковые шорты и футболку. Кэт не собиралась позволять взгляду Грэма пугать ее.

— Прежде чем ты начнешь наказывать меня за то, что ты считаешь имеешь право меня отчитать, я хотела бы знать, как РэймондМартинес и два шакала сумели пройти безопасность и проникнуть в мою комнату, чтобы ввести мне этот проклятый наркотик.

Она должна была прислушаться к своему чутью ранее вечером, ошибка, которую больше не совершит. Но, тем не менее, их способность проскользнуть мимо безопасности беспокоила ее. Яркость в его взгляде исчезла, когда он потирал затылок.

— Мартинес поместил нано-нить в систему безопасности, пока он был здесь со своим сыном, — отвращение наполнило его голос. — Ублюдок. Для них было прискорбно, что я обнаружил аномалию в видеонаблюдении, которая сообщила о проблеме. Я обнаружил вторжение, когда оно уже произошло. Иначе у Мартинеса не было бы возможности ударить тебя.

Пока он говорил, Грэм подошел ближе к кровати, его мощное тело наполнилось напряжением, которое, казалось, сжималось в данный момент.

Оставаясь на месте, Кэт внимательно следила за ним, чувствуя, как напрягается ее собственное тело, и напряжение, которое наполняло его, также затрагивало и ее.

— Как твое запястье? — Устроившись рядом с ней на кровать, он протянул свою руку и поднял ее руку, чтобы посмотреть на место перелома. — Шина на коже? — Его взгляд сузился на ультратонкой скобе, которую почти невозможно обнаружить. — Я видел их только один раз.

— ДейнВандерэйл, —

сказала она, отвечая на вопрос, который почувствовала в комментарии. — Когда мне было пятнадцать, я сломала ногу и отказалась сообщить кому-либо об этом. В то время Дейн был в этом районе и, должно быть, увидел меня. Той ночью он проскользнул в мою комнату, оставил несколько шин для кожи, баночки с мазью от ран и другие припасы, которые, он думал, мне могут понадобиться.

Если бы не Дейн, она не знала, что сделала бы. Медикаменты, которые он оставил, буквально несколько раз спасали ее задницу.

Грэм провел пальцем по шине на коже.

— После моего побега из лаборатории я заболел инфекцией, которую не ожидал. Я был в каких-то африканских джунглях, когда меня нашли и повели к Вандерэйлам. Такая скоба была использована для стабилизации нескольких переломов, которые я получил.

Он сказал это так буднично, но она почувствовала гораздо больше за объяснением.

— Ты сделала очень плохую вещь сегодня вечером, Кэт, — заявил Грэм, прежде чем она смогла допросить его, когда кончики его пальцев скользнули по ее руке. — Я не рационален, когда я такой. Ты могла пострадать.

— Ты так же склонен причинять мне боль сейчас, как и в любое другое время, — она старалась сохранять ровное дыхание, сердцебиение было ровным, но это было невозможно.

Его прикосновения что-то сделали с ней, ослабевали ее, заставляли растаять от ощущений, которые начали накапливаться в ее теле, и удовольствия, которое начало распространяться через ее чувства.

— И после, — сказал он с юмором. — Очень ловко украла этот долг Джонаса. Я не ожидал этого. Лобо тоже не был доволен этим.

— Мне так жаль, — пробормотала Кэт. — Серьезно, Грэм, не все уроки, которые ты мне преподносил, были потрачены впустую.

— Похоже, так и есть, — он наклонился ближе, когда она откинулась назад на подушки.

— Что-то случилось в исследовательском центре, когда тебя снова схватили, Ги, — прошептала она, когда его губы опустились к ее плечу. — Что вытащило эту ярость из глубины твоей души и создало Гидеона, которого я видела сегодня вечером?

Грэм напрягся над ней. Она должна знать, что с ним случилось. Правда, он никогда не был полностью вменяемым. Это дремало, набиралось сил, увеличивало интеллект, но всегда присутствовало на заднем плане.

— Ничего такого, что могло бы беспокоить тебя, — надменность его голоса изумляла, когда он отказался ответить ей.

— И ты ожидаешь, что я тебе доверюсь? — Кэт почти умоляла его ответить. — Я больше даже не знаю, кто ты.

— Мне не нужно твое доверие, — проговорил он. — Мне нужно твое прикосновение и возможность свободно прикоснуться к тебе.

— Только физически?

Прижав руки к его груди, она уставилась на него, ненавидя слабость, необходимость поддаться ему. Ненавидя его высокомерие и отказ позволить ей узнать его. Это бесит. Грэм хотел всю ее, но не хотел ничего дать взамен.