Тигриный лог
Шрифт:
– Вот мастерица-то! Из тебя хорошая жена выйдет, - на приглушенных тонах говорил он, чтобы не слышали соседние столики. Шуга замер, взявшись за палочки.
– Не тебе только, так что слюной не капай.
– А я и не о себе! – спрятал улыбку он. – Я вообще раньше думал, что семейная жизнь – это скука ужасная. Ничего прикольного в этом нет, бытовуха. А сейчас почему-то ощутил, что это приятно. Приходить домой, а тебе еду с душой кто-то приготовил. Кто-то ждет, кто-то о тебе беспокоится…
–
Ночь на 28-ое октября, включительно
Выжидая, когда все доедят и начнут уходить, Сандо сидел на месте. Я собирала тарелки со столов и он, проводив взглядом последнего постороннего, поднялся, помогая мне для того, чтобы оказаться рядом и заговорить.
– Ну что, где контрабанда, девочка?
– Вон там, под столом, - кивнула я, с грудой мисок и стаканов на подносе отправляясь к раковине.
– Вино? – уточнил он.
– Соджу. Три литра, - с округлившимися глазами выдохнув «ого!» и молодецки присвистнув, Сандо проводил меня до этого самого стола, под которым затаился запас.
– Так уж и быть, не буду спрашивать, как у тебя это получилось, - заглянул он, убеждаясь, что всё так, как есть.
– Я всё равно бы не поверила твоему любопытству. Где ты собираешься с ним напиться? – ополаскивая в тазу посуду чуть подогретой водой, заранее поставленной в печь и нагревшейся за время ужина, поглядывала я на брюнета.
– Не знаю, надо найти где-нибудь уголок… может, в беседке?
– Нет, там постоянно народ мимо ходит.
– В библиотеке? – явно не считая заветным хранилище мудрости, спокойно готов был осквернить его Сандо.
– Вообще-то, - пристыженная, что надо признаться в этом именно ему, прошептала я, - Там ребята… занимаются со мной уроками… готовят к возвращению в школу. По часу-полтора перед сном.
– Вот как? – удивился он. – Хочешь быть не только сильной, но и умной?
– Хочу не хочу, а надо. А что, если здесь? Столовая будет свободна после питья чая. В самом деле, не в общежитии же вам выпивать? Разве что вы пьяные тихие и не буйные…
– За себя я отвечаю, - уверено произнес Сандо. – Я хмелею, но владею собой. А вот как насчет Кидо – не знаю. Может ты и права, и надо прийти сюда. Главное, чтобы Дженисси не увидел.
–
– У него проблемы с этим были до монастыря. Любил выпить. От скуки и отсутствия смысла в жизни. Вот и пришел сюда, чтобы не было ни скуки, ни того, что можно было бы в себя залить, и чтобы какая-нибудь цель появилась, - я мало общалась с Дженисси, и только сейчас узнала, почему он здесь. Вот как. Добрый и отзывчивый парень, обладающий знаниями и умом, имел вот такой изъян. Почему не бывает людей без пороков, без плохих склонностей? Или бывают? Лео же.
– Он занимается со мной химией, не волнуйся, - успокоила я. – Задержу его подольше, попрошу, чтобы разъяснил подробнее, чем обычно.
– Тогда, кажется, всё должно получиться, - Сандо начал разворачиваться, но встал обратно. – Так… в плату за услугу… Как я могу отблагодарить тебя?
– Мне ничего не нужно, - тотчас отрезала я.
– Уговор дороже денег. Я же обещал. Помочь тебе с чем-нибудь? – злясь, что я заславляю его настаивать на альтруизме, притопнул ногой парень. Энергию девать некуда?
– Я со всем справляюсь. Правда, не надо, - заглянула я в его непроглядные черные глаза. Скудные лампочки на потолке столовой не помогали развеять этот мрак.
– Ты хочешь оставить меня своим должником до того момента, когда я отсюда выйду? – хмуро оперся он напрягшимися пальцами о столешницу. Коричнево-золотистые от загара и черной работы, уже без брезгливости выполняемой всеми адептами, они торопливо и беззвучно забарабанили по дереву. Приятно было поговорить с человеком, который знал, что уйдет отсюда! И это не я ему проболталась. И это не из устава он узнал, а просто сам решил, что уйдет отсюда тогда, когда ему станет нужно, и говорил об этом при мне не стесняясь.
– Нет… ладно! Сделай одолжение, называй меня по имени, пусть оно и ненастоящее.
– Всего-то? – не вдохновился Сандо моей ценой за выполненное поручение. Я кивнула. – Давай я лучше нормально тебя потренирую утром? – я скептически повела носом:
– Ты это должен и без дополнительных просьб делать, по поручению Хана! А вместо этого работаешь грушей для битья, и я учусь лишь нападать, а не драться.
– Но не могу же я тебя отлупить! – оттолкнулся парень, опять собравшись уходить. Нам с ним не так-то просто прийти к компромиссам, слишком разные характеры. У него всегда такой был? Или после трагедии сделался? Если всегда, то в какой-то степени можно понять, почему девушка не дождалась из армии. Кто же в здравом уме решится соединить свою жизнь с таким бешеным темпераментом? Это как построить дом на вулкане. Нужно обладать ангельским терпением, а скорее нервной системой примитивнее, чем у гидры, чтобы не рефлексировать и не обращать внимания на постоянные выпады и дерганье. – Ладно, утром посмотрим, - проговорил он и ушел на ночные занятия.