Тигриный лог
Шрифт:
Домывшись и высохнув, пока прибиралась в бане и спускала воду перед уходом, я оделась и вышла на крыльцо, где терпеливо шептались, дожидаясь меня, Тэхён и Юнги. Я подняла лицо вверх, куда смотрели и они, водя пальцами по черному звездному небу. Меж губ дыхание вырвалось легким парком. Подмораживало.
– Вы астрономией увлеклись? – полюбопытствовала я.
– Нет, выйди из-под козырька, - потянул меня за штанину Ви. Я спустилась на две ступеньки. – Смотри, какая луна желтая! – И правда, мне открылся вид на пока ещё не круглое око ночи, обычно серебрящееся, но в этот раз сияющее, как золотая монета.
–
– На Хэллоуин, должно быть, полнолуние будет, - заметил Шуга. – Как устрашающе!
– В буддизме нет Хэллоуина, - оповестила я его, не желая разочаровывать, но факт был фактом.
– Это они зря, большое упущение, - посетовал он. – Но всё равно можно попугать кого-нибудь.
– Надеюсь, это буду не я, - покосившись на Шугу, я сошла на землю с лестницы. – Ну, что, пить чай и учиться? Кстати, вы могли бы раньше ложиться спать, а не вольными слушателями захаживать в библиотеку.
– А мы, может, тоже умнеть хотим, - сразу же защитился Сахарный.
– Но вам это не пригодится. Лучше бы ты мастера Ли внимательнее слушал. Кстати, я давно не была на его лекциях, по которым скучаю. О чем он вам там рассказывает?
– Да так, нравственность нам всё прививает, высокие материи, выхолащивает…
– Мне понравилось про Вечность, - подперев подбородок кулаком, Ви всё ещё смотрел на небо.
– Про Вечность? – уточнила я. Юнги традиционно воззрился так, словно впервые слышал что-то подобное. Нет, ну он точно спит на уроках! Как не стыдно?
– Да, он рассуждал… я не говорю «утверждал», потому что мне никогда не думается, что он настаивает на чем-либо, - заметил Ви. – Он всегда именно «рассуждает» и хочет, чтобы мы это делали вместе с ним. Так вот. Он рассуждал, что у каждого человека есть неосознанное стремление обессмертиться. А что такое бессмертие? Это пребывание в вечности. Никто не знает, существует ли душа и попадаем ли мы куда-то после смерти, но зато есть два физических способа оставить после себя след: потомство и творчество. Материальные и духовные детища… Он выдвинул теорию, что к размножению тянет вовсе не инстинкт, а именно то сокрытое желание зацепиться на Земле, укрепиться. То же самое с огромным количеством людей, которые не согласны заниматься обыденными делами. Они хотят именно творить, создавать шедевры, выражаясь в этом, чтобы даже через века о них вспоминали остальные. И ведь правда, в основном, если человек творческий, то он одинок, и не размножается, а если хорошо размножается – то не творческий.
– А-а, - припомнил Шуга. – Да, это одна из тех проповедей, что взорвала мне мозг.
– А мне интересно, - присела я между ними. – Продолжай, Ви.
– Там особенно нечего продолжать, - махнул он рукой, опустив взгляд от бескрайнего и божественного, к бренному и простому – к нам, - Смысл в том, что в погоне за вечностью мы теряем своё, пусть короткое, но лично наше время. Амбиции и эгоцентризм разрушают счастье, направляя наши усилия на недостижимое или на необходимое, с нашей точки зрения, хотя на самом деле необходимым может являться что-то совершенно другое. Что-то, чего не заметит никто в мире кроме тебя самого, но что принесет тебе счастье.
– Да ты почти наизусть что ли это вызубрил? – удивился Сахарный.
– Я законспектировал и потом перечитал, - Ви довольно расплылся. – Я уже быстро пишу. Мне нравится писать.
–
– Пессимистично, - опустила я уголки губ вниз.
– Вовсе нет! – усмехнулся Шуга. – Это слова о том, чтобы мы спустились с небес на землю, и посмотрели вокруг. Возможно, мы увидим кого-нибудь более близкого, кому мы нужны, в отличие от вечности, - легко щелкнув меня по носу, он поднялся и потянул меня за руку, заставляя встать. – Иди, теплее оденься и приходи на кухню. А то воздух почти морозный, а ты из ванны!
Я побежала по лестницам рысцой, действительно ощущая легкое покалывание холода. Как жаль, что пропускаю обучение у мастера Ли каждый божий день! Но я сама выбрала строевую подготовку у Хана. За последнюю неделю я стала значительно умелее. Иногда, разминаясь утром и тренируясь с Сандо, невольно ощущалось, как прибавились силы и ловкость, с каким изяществом я могу выполнить какой-нибудь финт, раньше не дававшийся мне и близко. Я была довольна этими своими успехами. У калитки, над которой горела дежурная лампочка и на которую я всегда бросала взгляд, по старой памяти надеясь увидеть Лео, мне заметилась тень. То есть, одна там была законная, тень Джей-Хоупа, и я бы назвала это явным отчетливым силуэтом, а вот второе – то было черной неразборчивой тенью. И, поскольку я патологически уверовала в бесконечные заговоры здесь, обманы и интриги, то испугалась, уж не проведут ли меня и не уйдет ли Лео раньше положенного? Да и его самого кто предугадает? Притормаживая, я сменила направление и пошла к воротам. Может это и не моё дело, но я должна убедиться, что никто не уходит и не приходит. Тигриный лог стал моим домом, а любой человек хочет знать, кто в его доме присутствует, а кто отсутствует. Меня засекли издалека и, когда Джей-Хоуп уже хотел выйти вперед, прикрывая кого-то, он был остановлен чьей-то рукой.
– Кого я вижу? Она всё ещё здесь? Неужели держится? – я вышла из темноты и, приблизившись, опознала Хонбина. Вот так встреча! Ему, судя по всему, как прошедшему монастырскую школу, мрак не помешал разглядеть меня в темноте и издали. Всё так же одетый в черное, он выступил вперед, играя ямочками на щеках и аморальным блеском глаз. Он точно тут воспитывался?
– Вечер добрый, - поздоровалась я. – Держусь, как видишь. А ты тут что делаешь? Неужели так быстро за третьим таном пришел? – Хонбин хохотнул, переглянувшись с Джеем, мол, а девчонка-то в теме. Он кивнул на руки привратника, и я посмотрела в них, держащие мобильный телефон и толстую пачку денег. – Что это?
– Наркотики покупаю, а ты думала? Тут только яблочки и хурму выращивают? Чуть подальше маковая плантация. Хенсок у нас дилер номер один, ради чего ещё на эту гору попрешь в холод и темноту, если не за дозой?
– Чего? – распахнула глаза я, отвесив челюсть.
– Глухим песню дважды не включают, чего, чего, - отмахнулся от меня Хонбин и развернулся к Хоупу. – В общем, привет учителям, остаться не смогу, надо быстрее назад возвращаться.
– Совсем засада?
– Временами не без этого.
– Кому эти деньги? – недоумевала я, приходя в себя от острых шуток выпускника обители. – Ты что, выплачиваешь теперь долги за обучение? Или это дань всемогущему Хану*?
– Это для Лео, - серьёзно посмотрел он на меня. – Не знаю, в курсе ли ты, но он уходит отсюда скоро. Ему нужно будет связаться с… со мной. Ну и как-то обеспечить себя первое время. Голуби, к сожалению, не так надежны в доставке, как я.