Тигровая акула
Шрифт:
– Во сколько?
– слышу собственный голос.
Глава 17
Я уже немного пьяна, когда спускаюсь по лестнице в бар "Мэйфэйр". До этого я провела два часа в «Руж» с Квинн, выслушивая ее догадки о любой мыслимой причине, почему он позвал меня сюда. По ее словам, он либо уволит меня, либо захочет, чтобы я стала его секс-игрушкой.
Я осматриваю бар, но не вижу Лэндона, наверное, он еще не пришёл. Заказываю мартини и пакетик "мекси".
Я выпиваю мартини и направляюсь в дамскую комнату. Вскоре, после того как я втянула короткую дорожку белого порошка, меня прошибает "мекси", разгоняя хмельной окружающий туман и заменив его ясным пониманием происходящего вокруг. Пальцами я причесываю волосы и наношу свежий слой помады на губы, прежде чем покидаю туалет.
Я замечаю Лэндона прямо перед собой у бара. Его локти упираются в стойку, а губы растягиваются в сексуальной улыбке, пока брюнетка в обтягивающем платье смеется над чем-то, что он только что сказал. Он - мой босс.
Я должна быть равнодушна ко всему, что он делает, и все же я сразу задаюсь вопросом, не собирается ли он ее трахнуть. Я направляюсь к нему, виляя бедрами.
Его взгляд скользит над плечом той женщины, отслеживая мое приближение. Я останавливаюсь перед ним, втискивая свое тело между ним и его собеседницей, и кладу руку ему на грудь.
– Ты хотел поговорить, - говорю я, приподнимая бровь.
Уголки его губ растягиваются в ухмылке.
– Рад был познакомиться, - обращается он к брюнетке. Я вполне могу представить выражение ее лица, кто не захочет трахнуть Лэндона Бэнкса?
Он поднимается и обнимает меня за талию, прижимая к своему боку властным рывком. Он наклоняется ко мне, пока уводит меня от бара. Мои легкие замирают, его дыхание касается моей щеки, а его губы так болезненно близки.
– Ты под кайфом, - комментирует он сухо.
Я смотрю перед собой, отказываясь взглянуть на него.
– В последний раз, как я помню, ты говорил, что тебя не волнует, чем я занимаюсь в свое свободное время, - отвечаю я, приподнимая бровь.
Он игнорирует мои слова, и мы останавливаемся у двери в углублении темной стены. Раньше я никогда ее не замечала. Она ведет в короткий коридор с еще одной дверью в конце. Бэнкс проводит карточкой над электронной панелью рядом с дверной рамой, и раздается тихое жужжание, дверь открывается.
– И сейчас ты мне скажешь, что являешься владельцем этого заведения?
– ворчу я.
Он качает головой.
– Нет, просто у меня эксклюзивное членство.
– Я захожу в комнату, в которую ведет дверь. Она представляет собой уменьшенную версию основного бара, но более интимная. Расставленные столы скрыты за шторами, протянутыми через углы небольших кабинок.
– Эксклюзивное членство в уже эксклюзивном клубе?
– спрашиваю я. Серьезно? Он просто пожимает плечом, пока присаживается на диван в угловой
Я занимаю место напротив него, откидываясь на сидение держа руки на коленях. Он смотрит на меня, как хищник на жертву. Я жду, когда он заговорит первым, потому что именно он привел меня сюда. Чем дольше затягивается эта тишина, тем больше я нервничаю. Боже, почему он так сильно меня нервирует?
Он расстегивает пиджак, и его рука скользит во внутренний карман, доставая конверт. Он кладет его на стол, подвигает ближе ко мне и убирает руку.
– Что это?
– спрашиваю подозрительно.
Он сводит руки вместе на столе перед собой.
– Открой его, - на его лице выражение упрямства, пока он смотрит на меня, выжидая.
Я беру конверт и открываю. Достаю всего один лист бумаги. Мои глаза пробегаются по первым стокам и округляются.
– Контракт?
– спрашиваю я, глядя на Бэнкса с недоверием. Он кивает.
– Зачем? Это какая-то шутка?
– что-то щелкнуло во мне, пробуждая мой темперамент. До этого я ощущала холод, но теперь температура моего тела начала стремительно расти.
– Нет, не шутка, - он качает головой, и кончик его указательного пальца касается его нижней губы.
– Я не могу оставаться профессионалом рядом с тобой, Джорджия, -спокойно произносит он, и я замираю.
– Ох?
– единственное, что я могу выдавить.
– Я знаю, каково это - трахать тебя, - продолжает он грубо, и звучание его голоса заставляет меня покрыться мурашками.
– Я знаю, какая ты на вкус, и что произносят твои губы, когда ты кончаешь.
– О, боже, я не могу дышать. Мои губы раскрываются, глотая воздух, и его взгляд опускается к моему рту.
– Ты тоже хочешь меня. В противном случае ты бы не почувствовала необходимости положить мне на стол свое заявление.
– Я не отрицаю этого. Я не могу. – И это ставит нас в тупик, казалось бы, невозможной ситуации.
– Так почему просто не дать мне уйти?
– спрашиваю я.
Он наклоняется, его глаза встречаются с моими и темнеют.
– Одна проба даже близко не значит "достаточно" для меня, котенок.
Я сжимаю бедра, не в состоянии оторвать от него взгляд.
– Я не хочу быть твоей офисной шлюшкой, - я пытаюсь говорить, несмотря на тяжесть в горле.
Он указывает на лист бумаги в моей руке.
– Это контракт, в котором излагаются весьма конкретные детали, границы, если так угодно. Офис - вне его пределов.
Я быстро перечитываю изложенное в документе.
СОГЛАШЕНИЕ МЕЖДУ ЛЭНДОНОМ БЭНКСОМ (именуемый в дальнейшем "Главный") И ДЖОРДЖИЕЙ РОБЕРТС (именуемой в дальнейшем "Подчиненная")
1. Подчиненная должна придерживаться своих нынешних условий работы и относиться к Главному с уважением, соответствующим профессиональным этическим нормам взаимоотношений с работадателем;
2. Главный и Подчиненная будут встречаться в согласованные сроки в «Маске», и только в этом учреждении им разрешено вступать в сексуальный контакт;