Тихая гавань

Робертс Нора

Сибил доела мороженое и сделала глубокий вдох. Ну, вперед! Сейчас или никогда.

Она вошла внутрь и, захваченная открывшимся зрелищем, забыла о своих проблемах. Огромное помещение было похоже на освещенную прожекторами сцену. Этан и Кэм приспосабливали длинную гнутую доску к остову, которому, видимо, предстояло стать корпусом новой яхты, а Филип загонял какие-то деревяшки под бешено вращающееся лезвие очень опасной на вид электропилы. Сета нигде не было видно.

С минуту Сибил просто наблюдала за Куинами

и раздумывала, не ускользнуть ли, пока ее не заметили. Если племянника здесь нет, разумнее отложить визит до тех пор, пока она не будет абсолютна уверена в том, что застанет его.

Возможно, он проводит день с друзьями… Есть ли у него друзья? Или он дома… Считает ли он дом Куинов своим домом?

Прежде чем Сибил успела принять решение, электропила выключилась, лишив рок аккомпанемента. Филип отступил, сдвинул на лоб защитные очки, обернулся и увидел ее.

Его радушная улыбка была такой искренней, что Сибил вновь почувствовала угрызения совести, но подавила их в зародыше.

– Боюсь, я не вовремя. – Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать музыку.

– Очень вовремя. – Отряхнув ладони о джинсы, Филип направился к ней. – Я с самого утра вынужден смотреть на этих парней. Вы гораздо красивее.

– Я решила поиграть в туристку и вспомнила о вашем приглашении.

– Я надеялся, что вы придете.

– Итак… – Сибил перевела взгляд на строящуюся яхту. Это было гораздо безопаснее, чем смотреть в глаза Филипа. – Будущая яхта?

– Ее корпус. – Филип взял Сибил за руку и потянул к платформе. – Должна получиться лодка для спортивной рыбной ловли.

– То есть?

– Такой симпатичный кораблик, на котором мужчины выходят в море и занимаются чисто мужскими делами: важно закидывают удочки и пьют пиво.

– Привет, Сибил, – расплылся в улыбке Кэм. – Хотите с нами поработать?

Она взглянула на острые инструменты, тяжелые деревяшки, непринужденно улыбнулась Кэму, кивнула Этану.

– Вряд ли у меня получится. Похоже, вы трое знаете, что делаете.

– Мы-то знаем, – ухмыльнулся Кэм, показав на себя и Этана, – а Филипа держим для развлечения.

– Как видите, меня здесь не очень высоко ценят, – пожаловался он.

Сибил рассмеялась и направилась вокруг корпуса. Ей стал понятен общий замысел, но не сам процесс.

– Кажется, она стоит вверх ногами, – неуверенно сказала она.

– Точно, у вас хороший глаз, – похвалил Филип. – Когда корпус будет обшит, мы его перевернем и займемся палубой.

– Ваши родители были кораблестроителями?

– Нет, мама была врачом, а отец преподавал в университете, но мы выросли среди кораблей.

Сибил различила в голосе Филипа боль и неутихшую скорбь при упоминании о родителях и возненавидела себя за притворство. Собираясь сюда, она намеревалась побольше разузнать о Рэе и Стелле Куинах, но у нее

не повернулся язык задавать вопросы.

– Я никогда не плавала на яхте.

– Никогда-никогда?

– Думаю, в мире наберется несколько миллионов таких, как я.

– Хотите попробовать?

– Может быть. Я с удовольствием смотрела на залив из окна отеля. – Чем дольше Сибил разглядывала корпус будущего судна, тем более загадочным он ей казался. – Откуда вы знаете, с чего начинать? У вас есть чертежи, планы или как вы это называете?

– Проектом, в основном, занимается Этан, – объяснил Филип. – Кэм его совершенствует. Сет рисует.

– Сет? – Ее пальцы крепче сжали ремешок сумки. – Кажется, вы говорили, что он учится в средней школе?

– Правильно, но у парня талант. Идемте, сами убедитесь. – Гордость, прозвучавшая в его голосе, поразила Сибил. Она последовала за Филипом к дальней стене, на которой висели рисунки в рамках из необработанного дерева. Хорошие, очень хорошие рисунки. У Сета явно был талант.

– Он… неужели это нарисовал мальчик?

– Да. Здорово, правда? Вот яхта, которую мы только что закончили. – Филип постучал пальцем по стеклу. – А это та, над которой работаем сейчас.

– Он очень талантлив, – тихо произнесла Сибил. – У него отличное чувство перспективы.

– Вы рисуете?

– Немного и изредка. Это просто хобби. – Сибил отвернулась, чтобы Филип не заметил ее волнение. – Рисование успокаивает меня, помогает в работе. – Она решительно вскинула голову и улыбнулась. – Где же наш художник сегодня?

– О, он…

В сарай ворвались два пса, и тот, что поменьше, бросился прямо к Сибил. Она отпрянула с придушенным возгласом. Филип протянул руку и резко скомандовал:

– Сидеть, дуралей. Успокойся, хватит прыгать, – сказал Фил, но то ли от избытка чувств, то ли по инерции, пес подлетел к Сибил, подпрыгнул и уперся в ее грудь могучими лапами. Она пошатнулась и, приняв слюнявую щенячью улыбку за свирепый оскал, с ужасом уставилась на большие острые зубы.

– Х-хорош-шая с-соб-бачка, – заикаясь, выдавила Сибил. – Х-хорошая собачка.

– Глупая, – поправил Филип, оттаскивая Глупыша за загривок. – Никаких манер. Простите. Сидеть. – Пес послушно плюхнулся на задницу и поднял переднюю лапу. – Глупыш.

– Просто очень энергичный.

– Нет, Глупыш – его имя… и сущность. Между прочим, он так и будет сидеть, пока вы не пожмете ему лапу.

Очень осторожно Сибил двумя пальцами пожала огромную лапу.

– Он не укусит. – Филип заметил в ее глазах тревогу и мягко спросил: – Вы боитесь собак?

– Я… ну, немного… больших незнакомых собак.

– Второй, Саймон, гораздо воспитаннее. – Филип почесал за ушами спокойно наблюдающего за Сибил пса. – Его хозяин – Этан. Глупыш принадлежит Сету.