Тирмен
Шрифт:
Вокруг хаотично бурлил народ, наглядно иллюстрируя картину броуновского движения из учебника физики. Только рядом с велосипедистом и мулатом-водовозом образовалось пустое пространство. Без видимой причины. Словно, пытаясь разминуться, эти двое генерировали таинственное, неизвестное науке поле, которое заставляло других обходить странную парочку стороной.
Глупости, конечно. Случайная флуктуация.
Сейчас они разъедутся…
В десяти метрах впереди, у выхода с базара, захлопали автомобильные дверцы. Оливковый «Форд Сьерра» и небесно-голубая «Тойота» остановились буквально нос к носу – вернее, бампер к бамперу. Следовало
Говорили по-испански, но угадать общий смысл произносимых фраз не составляло труда:
– Буэнос диас, Антонио!
– Комо стас, Хосе!..
– Курва пелигроса, камарадос!..
Пыльные открытые джипы камуфляжной расцветки ворвались на рыночную площадь сразу отовсюду, со всех пяти выходивших на нее улиц, блокируя пути к отступлению. Из джипов посыпались люди в хаки, с автоматическими винтовками в руках. Что-то орал в мегафон офицер – толстый, усатый, в фуражке с высокой тульей и кокардой, надраенной до ослепительного блеска.
– Порка Мадонна!
Отшвырнув велосипед, загорелый выхватил из-под «гавайки» пятнадцатизарядную «Беретту М-92» и рванулся вперед, опрокинув тележку развозчика. Посыпались бутылки, термосы, контейнеры с «сухим льдом». Упав, юный мулат, отслеживая глазами бегущего человека, сунул руку в один из контейнеров. Водовоз передернул затвор спрятанного там «MiniUZI», но нажать на спуск опоздал. Загорелый обернулся на бегу – миг, и пуля «Беретты»…
Загорелый окаменел в изумлении. Какая, к дьяволам, пуля «Беретты»?!! Он не успел выстрелить! Но пуля тем не менее вошла в грудь мулата. Слева, где сердце.
Водовоз умер смертью праведника: мгновенно, без мучений.
Кто-то из приехавших распахнул багажник «Форда». Похоже, там находился целый арсенал: через три секунды мужчины, только что разговаривавшие о пустяках, встретили полицейских огнем из помповиков и короткоствольных автоматов «Heckler und Koch». В ответ люди в хаки рассыпались, залегли. Зло ударили «М-16», быстро превращая оба автомобиля в решета с крупными дырками.
Базар стремительно пустел. Покупатели и продавцы исчезали неизвестно куда, словно проваливались сквозь землю. Никто не орал, не метался глупо и бестолково, норовя угодить под пули – к подобным инцидентам здесь привыкли и хорошо знали, как действовать в случае чего. Минута – и, кроме стрелков, меж лотками не осталось никого.
Плюнув на неразрешимую загадку, загорелый присел, укрываясь за прилавками, и, согнувшись в три погибели, двинулся в сторону покореженных автомобилей, обходя их с тыла. Солнце щурилось с неба, раздвигая узорчатую листву пальм. Смертоносными осами, с жужжанием и свистом, ввинчивались пули в раскаленный воздух. Грохот и треск выстрелов, визг рикошета, летят цветными фейерверками ананасы и киви, разнесенные в клочья…
Данька задержался на «минус втором»: посмотреть.
Казалось бы, видел сто раз. Тем не менее открывающийся провал, где люди убивали людей, притягивал взгляд, не желая отпускать. Смерть там, в провале, выглядела бестолковой и грязной. Совсем не как в кино.
Но смерть завораживала.
Иногда Данька думал, что присутствие стрелков здесь заставляет мазать стрелков там.
И легенда о «залетной пуле» тут совершенно ни при чем.
Сегодня и полиция, и мафия стоили друг друга. Стреляли из рук вон плохо, не в силах попасть в противника с несчастных двадцати метров. Или просто день такой? Что ж, Зинченко с приятелем выправят ситуацию. С обеих сторон, надо полагать.
Первым вступил в игру приятель Зинченко, сразу взяв сторону блюстителей закона. Это он уложил юного мулата, опередив загорелого агента в «гавайке». Правда, уложил не из «Беретты», а из бразильского «Тауруса» – но какая, собственно, разница? Именно с «Беретты» «Таурус» изначально и был содран.
Напарником «авторитетного» олигарха являлся нынешний министр культуры. Фамилию его Данька забыл, но в должности клиента сомнений не возникало. По телевизору прошел репортаж о визите министра в наши пенаты. Гостя показывали крупным планом. А теперь, значит, пан министр имеет «культурный досуг».
По полной программе для VIP-ов.
Ага, сменил «Таурус» на бразильскую же «IMBEL MD-2». И с увлечением помогает далеким властям дырявить машины тамошних бандюков.
Зинченко, вооруженный помповым «Benelli» и «Браунингом BDM», как и следовало ожидать, принял сторону мафиози. Его ружье рявкнуло так, что не надевший наушники Данька на секунду оглох. Выстрел опрокинул навзничь одного из полицейских, в клочья разорвав форму на груди. Кажется, на несчастном был бронежилет, но вряд ли он его спас.
Данька тихо вышел, прикрыв за собой не скрипнувшую дверь. Хотя скрипи дверь, как в фильме ужасов, – при грохоте, стоявшем на «минус втором», никто бы этого не заметил. Дело в другом: они с Петром Леонидовичем оба любят порядок.
Он поднялся на «минус первый», сел в потертое офисное кресло у столика со зрительной трубой. Приниматься за чистку-смазку-уборку не стоит: внизу скоро все закончится. Надо будет спускаться, провожать гостей. Провал закроется сам, тут ничего делать не требуется. Что представляют собой провалы «минус второго», до сих пор оставалось для Даньки загадкой. Каждый раз возникало разное: горное ущелье, улица незнакомого города, тропические джунгли, блокпост у дороги, траншея с земляным бруствером – или, к примеру, базарная площадь.
Постоянными величинами были две: стрельба и смерть.
Клиенты «минус второго» получали возможность насладиться участием без риска для себя.
В то, что дело в провале происходит взаправду, Данька не верил. Дойди современная техника до такого – открывать «каналы» в любую точку боевых действий, с односторонней проходимостью огня, – подобная установка находилась бы уж никак не в городском парке, в тире у дяди Пети! Засекретили бы «на десять нулей», оборудовали бы тайный полигон и использовали при спецоперациях. А министры с олигархами развлекались бы другими забавами.