Тише!
Шрифт:
Он ничего не мог сделать. А в это время Джей вышел из комнаты, запихивая в карманы пластиковые баночки, которые были доверху заполнены таблетками, и направляясь к лестнице, чтобы уйти без единого слова. В его уходе было нечто, что вывело Ашера из себя. Где-то на задворках его сознания вспыхнуло изображение прикованной к матрацу Вив и штанов Джея, спущенных до щиколоток. Звук его обдолбанного смеха. Усмешка на его губах.
И вот Джей здесь, на верху лестницы, так что Ашер слегка толкает его в спину. Следующее, что
Ашер не хотел убивать его, но выражение лица Вив, когда она узнала о том, что Джей свалился с лестницы…
Он пробудил в нём радостный порыв вернуть, наконец, долги тем, кто когда-то ранил её…
После того случая он планировал свои убийства. Очень осторожно. Так, чтобы одно не было похоже на другое и чтобы они произошли не сразу одно за другим. Чтобы никто не заподозрил его.
Но ещё много раз он просыпался среди ночи от образа мёртвого лица Джея.
Выспавшись или нет, он ходил в школу.
Вивиан снова ушла. Ашер по-своему перестелил постель, оделся и пошёл на первый урок.
Профессор, миссис Гонера, была старой ведьмой, худшей из ей подобных. Она требовала выполнения каждой письменной работы, каждого проекта, что для него было долгим и выматывающим процессом. В старшей школе у него никогда не было каких-либо проблем с английским. Все его сочинения были чёткими, ясными, правильно и ровно изложенными.
Никогда никаких проблем. До тех пор, пока он не поступил на её курс писательского творчества.
Гонера раздала им их самые последние работы. Они были направлены на развитие творческой жилки, собственного мнения, стиля или... неважно. Все, кроме него, получили свои работы. И это не предвещало ничего хорошего. Как и то, что она сказала ему, когда все направились к выходу из класса.
— Мистер Понд, вы можете остаться.
Она рылась в папках, лежащих на столе, и даже не взглянула на него. В отличие от всех остальных. Он ждал, пока все выйдут из класса, засовывая тем временем книги и тетради в рюкзак. И только когда они с Гонерой остались наедине, Ашер соизволил подняться и подойти к ней.
— Да?
Она посмотрела на него снизу вверх глазами, которые из-за очков с толстыми линзами были похожи на совиные.
— Ваша работа.
— Моя работа, — повторил за ней Ашер, подняв бровь. — Что с ней?
Ведьма протянула ему его рассказ. Он неохотно взял её, заметив, что вверху не стоит никакой оценки.
— Она закончена, — сказал он. — Я следовал инструкциям.
По всем параметрам. Как и всегда.
— Проблема, мистер Понд, не в заканчиваемости Вашей истории, — она шмыгнула носом и села. — Всё дело в её настроении. Очень тёмное. Очень тоскливое. Тягостное. Все эти слова на «т». Таким писателем Вы хотите быть?
Ашер смял листы, сжав
— Я не уверен, что правильно понял Вас. Я следовал указаниям, среди которых не было ни одного по поводу «настроения» истории.
— Главный герой — двенадцатилетний мальчик, жестоко убивающий демонов. И это весьма детально описывается. Лично мне очевидно то, что данная история — это метафора для чего-то ещё, — она выразительно посмотрела на него. — Перепишите её. Напишите что-то похоже на то, что написали остальные. Что-то, что не заденет самых впечатлительных из них. Даю Вам неделю на это. Проявлю великодушие.
Ашер представил, как засовывает ей эти листки в глотку. Что такого в чём-то мрачноватом? В ассоциативных историях? У него задрожали руки.
— Неправильное слово, — выдавил он.
Гонера моргнула, глядя на него.
— Прошу прощения?
— Заканчиваемость. Это неправильное слово. Правильно говорить «законченность», — он запихал листы в рюкзак и потопал из класса.
Спустя полчаса после последнего занятия, ему написала Вив: «Есть новости».
Ашер всё ещё кипел из-за комментариев Гонеры по поводу его работы, но он в любом случае ничего не мог с этим поделать. Учителя обладают властью. Либо он сделает так, как ему говорят, либо его завалят. На большинстве занятий всё не так уж и страшно, но Гонера — исключение. Она ненавидит его по каким-то личным мотивам, которые он не в силах постичь.
Когда они встретились в кафе, которое находится от «Рощи» дальше вниз по улице, Вив улыбнулась, наклонилась над столиком и пальцем разгладила морщинку между его бровями.
— Привет, Хмурик. Что случилось?
Он что-то проворчал, но всё-таки попытался расслабиться.
— Это из-за той истории, что я закончил недавно.
— Да? И что с ней?
— Эта гарпия говорит, что она слишком мрачная. Мне надо переписать её.
Вивиан поморщилась.
— Коза. Можно мне прочесть?
Он помедлил. Если Гонера и была в чём-то права, так в метафоричности его истории. Она не могла понять её смысл, однако Вивиан, скорее всего, догадается, в чём тут дело.
— Я выбросил её, — соврал он.
— Дурак, зачем ты сделал это? — она откинулась на спинку стула, скрестив свои длинные ноги и положив руки на стол. — Твои работы действительно хороши, Ашер. Не позволяй миссис Гонорее внушать тебе обратное.
Его рот дёрнулся, растягиваясь в улыбку, когда он услышал это прозвище.
— Я и не позволяю. Да не такое уж это и большое дело. Я перепишу свою работу и отделаюсь от неё, — до того, как она продолжила вставлять свои колкие замечания, он спросил: — Так что ты там хотела мне рассказать?