Титан империи 5
Шрифт:
— Давай, хоть ты не будешь… Ехать или не ехать с Жуком, мое дело.
— Как хочешь. В любом случае удачи, — кивнула она. — Первый рейд это всегда опасно. А ты идешь на Химеру…
— Спасибо. Но мне мне уже приходилось иметь дело с крупными тварями. Как-то пришлось пообщаться даже с Дивом. Не стоит так уж сильно волноваться, что Женька попадет в пасть какой-то прожорливой каракатице.
Маша посмотрела на меня недоверчиво, но я только тепло улыбнулся.
— Ах, да помню… Ты же Адепт-Профессионал в свои восемнадцать…
—
— Знаю. И его знаю, и того, кто его послал тоже. Но давай лучше не будем об этом. Это наше… семейное дело.
— Почему? Я как ни крути тоже теперь часть ваших «семейных разборок».
— Может быть. Но мне все равно не хочется посвящать непричастного в эту грязную историю. Тем более, зная, куда ты завтра едешь.
— Оставь. Мне самому волнительно и без постоянных напоминаний о том, какая это опасная тварь.
Мы помолчали, и почему-то мне понравилось просто стоять рядом с ней на этой пустой лестнице. Когда Маша не творит всякую дичь и не хмурится, от нее глаз не отвести. И еще эта коса, которую она постоянно теребит в руках…
Наконец, девушка заговорила:
— Как Настя?
— Потрепало ее, — ответил я, всматриваясь в голубые глаза девушки. — Но она жива. Наверное, проведет в госпитале неделю, если не дольше.
— У нас лекари такие, что через пару дней поставят Звездочку на ноги, — хмыкнула Маша. — Хотя, думаю, к тому времени она уже и сама будет рваться в бой. Уж я ее знаю…
— Да? Как-то не похоже, что вы с ней подруги?
— Нет, не подруги. Но Настю на курсе очень уважают. Да и на рейд с ней ходить одно удовольствие, если можно так сказать. Никогда не подведет и всегда подставит плечо.
— Да, этого у нее не отнять.
— Так что, Женя, — продолжила Маша и опустила глаза. — Тебе очень повезло с ней.
— Ох, и ты туда же, — вздохнул я. — Между нами ничего нет. И не спрашивай почему. Это слухи, которые распускают всякие Кудряши.
— Прости… Я глупая.
— Да брось ты…
Внезапно девушка, резко покраснев, схватила меня за руку и потащила вверх по лестнице.
— Пойдем!
— Куда?
— У тебя первый рейд, — бросила она через плечо и ускорилась. — Надо, это… традиция. Да и мне хочется, не знаю почему.
Пока мы поднимались, я не мог отвести глаз от Машиной стройной фигурки. Ее длинная коса легонько хлопала ее по попке, а сама девушка поминутно оглядывалась. Каждое ее движение и вздох заставляло внутри все дрожать от желания. Силы рвались на волю, и я едва сдерживался, чтобы не повалить ее на пол прямо здесь.
Тут я невольно вспомнил Герду, но быстро отбросил мысль о ней. Не факт, что мы с инквизиторшей вообще еще раз пересечемся. Как ни крути, а Гертруда Михайловна — дама серьезная, и закончив свои дела в Фаустово, она вернется в столицу,
Маша вдруг резко развернулась, и в следующую секунду мы уже целовались.
Внизу зазвучали голоса, а мы юркнули за дверь. Все еще держась за руки, побежали по этажу второго курса, где я квартировал вместе с Иваном.
— Пойдем, — шептала девушка, увлекая меня все дальше. — Моя соседка на рейде.
Скоро мы оказались в темной пустой спальне. Небольшой, даже чуть меньше, чем наша с Иваном, но крайне уютной.
Устав целоваться, мы опустились на кровать, и я помог девушке раздеться. Расплетать ее толстую косу было отдельным удовольствием.
Хотя нет. Отдельным удовольствием все-таки было другое — Маша оказалась немного ненормальной не только в повседневной жизни.
В морге холодрыга стояла лютая, и пока они спускались по высоким ступенькам, Герда вся продрогла. На душе скребли кошки, и будь ее воля, она бы умчалась отсюда как можно дальше. Но, увы… Когда ты идешь следом за Великим Инквизитором отставать не следует. И в буквальном, и в фигуральном смысле.
На значительном отдалении от них двигались два телохранителя его высокопреосвященства, но Герда была уверена — если потребуется, они окажутся на расстоянии удара в мгновение ока.
Открылась очередная дверь, и они вошли в помещение с низким потолком. Стена сквозила десятком отсеков за стальными дверцами. Только Инквизитор перешагнул порог, как одну из них открыли и выкатили наружу столик, на котором под белой простыней лежало тело.
Только взглянув на него у Герды ком подошел к горлу. Нет, только не это…
Инквизитор подошел к столику и поманил спутницу пальцем. От запаха формалина уже мутило, но она безропотно подчинилась.
Простынь сорвали одним движением, и Герда закрыла глаза. Кто находился на столе, не приходилось даже гадать, но в иной ситуации она и в жизни бы не узнала в этом обезображенном теле своего наставника.
— Чего зажмурилась? — сказал Инквизитор. — Не узнаешь?
— Узнаю, — проговорила Герда и медленно открыла глаза. — Зачем вы мне его показываете? Мы же не на опознании.
— Ты боишься?
— Я бы предпочла не видеть его таким.
— Не поверишь, но я тоже, — хохотнул Инквизитор в бороду. — Однако превратности нашей работы таковы, что работать в белых перчатках не получится, милая моя.
— Я поняла, но… — сказала Герда и сжала зубы.
— Ничего ты не поняла. В твою задачу входило не просто подписывать за Горном бумажки, а еще охранять тело Руки Императора. И вот — полюбуйся.
— Но… Он сам… Его же…
— Пошли, — перебил Инквизитор, и служащие схватились за каталку.