Титаник 2020
Шрифт:
— Ой! — только и выдохнул Джимми.
— Мы утрясли все с портовой администрацией, и они гарантируют, что ты успеешь на самолет.
На минуту лишилась дара речи даже Клер, стоявшая рядом с Джимми. Они беспрерывно пререкались и ссорились, но и веселились от души. Выпуская «Титаник Таймс», они стали настоящими друзьями.
— Разве можно его туда отправлять? — спросила наконец Клер. — Там ведь люди умирают.
— Да, Клер, — кивнул первый помощник, — в Белфасте уже зарегистрирован ряд случаев, но меня заверили, что пока все обстоит достаточно благополучно. Мы скоро
Джимми пожал плечами.
— Ну и молодец! Даю тебе десять минут, чтобы проститься со всеми, а потом жду тебя у трапа на третьей палубе. Договорились?
— Ладно.
Первый помощник кивнул им обоим и ушел.
— Ну вот… — сказал Джимми, глядя в пол.
— Но это несправедливо! — взвилась Клер. — На борту тебе быть гораздо безопаснее.
— Что поделаешь!
Они грустно проследовали на третью палубу. Остановились у трапа и стали разглядывать, что делается на берегу. Очередь пассажиров, ожидающих посадки, тянулась на несколько сотен метров. Двигалась она медленно. Доктор Хилл и группа медиков, предоставленная компанией «Белая Звезда», осматривала каждого, кто поднимался на борт, включая новых членов команды, проверяя, нет ли у них признаков страшного заболевания. Те, кого они пропускали, получали на руки антибиотики и болеутоляющие, хотя никто еще не знал, что действует на этот злобный вирус.
— Ты бы поснимала все это! — сказал Джимми.
— Чего ради?
— А что, ты не будешь больше заниматься газетой?
— Это было интересно, когда мы вместе работали, а с этим новым я не хочу.
Клер вдруг показала направо. К выходу из порта быстро катился Крот. Носильщик, толкавший его тележку, доверху нагруженную чемоданами, едва поспевал за ним.
— Вот чешет!
— Счастлив, что его ноги ступили на твердую землю, — отозвался Джимми.
Клер взглянула на него, и оба расхохотались.
Но вскоре умолкли.
Клер задумалась.
— Если бы тебе можно было остаться, ты бы остался?
— Но вся штука в том, что нельзя!
— А если бы было можно? Или ты прямо рвешься домой?
Джимми пожал плечами. По дому он действительно немного соскучился. Но последние дни здесь было так здорово!
— Понятно. Тогда еще ничего не кончено. Идем со мной.
Миссис Стэнфорд они нашли на верхней палубе, она загорала на лежаке в бикини.
— Подумала, что лучше мне сейчас же закрепить за собой лежак, — сказала она, увидев дочь. — На корабле будет введен запрет для пассажиров закреплять за собой лежаки, и я, конечно, с этим вполне согласна, но раз корабль принадлежит нам, я решила, что могу иметь право выбора.
— Мама!
Миссис Стэнфорд поверх темных очков вгляделась в дочь.
— В чем дело, милая?
— Я хочу, чтобы Джимми остался.
— Что такое? О чем ты?
Клер слегка подвинулась, чтобы матери был виден стоявший несколько поодаль Джимми.
— Ах этот! Нет уж, Клер, прости, но его ты не можешь оставить при себе. Беглецов, так же как и щенков, к Рождеству не дарят. Я же тебя знаю:
Клер присела к матери на лежак и умоляюще сложила руки.
— Я хочу, чтобы ты сказала папе, что отправлять Джимми домой, когда вокруг бушует эпидемия, небезопасно.
— Ерунда! Ничего с ним не случится. Вся эта чепуха насчет «Багровой Смерти» — бред!
— Что ты, мама! Люди мрут как мухи!
Миссис Стэнфорд рассмеялась.
— Неужели ты думаешь, что твой отец разрешил бы всем этим пассажирам подняться на борт, если бы он считал, что нам что-то угрожает? Эта болезнь такая же, как все прочие, ею заражаются в первую очередь старики и те, кто уже был нездоров. Но всем остальным она не страшна. Я, например, на этот счет ничуть не волнуюсь.
— Мама, я же читала все сводки, всю информацию, дело не так просто!
Миссис Стэнфорд вздохнула. Она взяла свой стакан с коктейлем и с наслаждением стала пить через соломинку.
— Нет, Клер! Все, что я могу тебе сказать, — нет! Нет! Нет! И нет!
— Ну тогда я иду к папе и рассказываю ему насчет дяди Уинстона.
Миссис Стэнфорд чуть не подавилась. Она так порывисто поставила стакан, что голубая жидкость выплеснулась через край.
— Что такое?
— Пять лет тому назад я видела, как ты целовалась с дядей Уинстоном. И как вы языками работали!
— Клер! Я никогда…
— Я видела!
— Ты ошиблась. Дядя Уинстон большой друг твоего отца и мы…
— У тебя с ним был роман!
— Ничего подобного!
— Прекрасно, тогда ничего страшного, что я расскажу о вас папе.
Клер поднялась и направилась к лестнице.
— Пошли, Джимми! — бросила она.
Не прошли они и двадцати метров, как миссис Стэнфорд крикнула:
— Клер, подойди ко мне!
Клер остановилась. Она подмигнула Джимми и пошла обратно к матери, вопросительно выгнув бровь.
— Эта твоя чушь, насчет дяди Уинстона, конечно, глупости. Просто мы с ним очень хорошие друзья, и я понимаю, что такое юное создание могло в нашей дружбе что-то заподозрить. Мне абсолютно нечего скрывать, но твоей отец сейчас так занят, у него столько забот, что нет никакой необходимости посвящать его в эти твои небылицы. И хотя я уверена, что так называемая эпидемия кончится столь же быстро, сколь началась, все-таки мы несем ответственность за этого мальчика, и я чувствую теперь, что не следует высаживать его на берег и подвергать… ну ты сама понимаешь, что я хочу сказать. Так что, если хочешь, чтобы я замолвила за него словечко папе…
Клер кивнула.
— Ну только дай мне еще часок-другой понаслаждаться этим чудным солнцем, а потом…
— Нет, мама, идти к отцу надо сейчас же.
— Сейчас? Но я же только что…
— Сейчас!
Миссис Стэнфорд с тоской посмотрела на дочь, вздохнула и потянулась за халатом. Она бросила грустный взгляд на солнце, надела сандалии и подала Клер и Джимми знак следовать за ней. Проходя мимо дочери, она прошипела:
— Это называется шантаж!
— Я знаю, — согласилась Клер.