Титаник 2020
Шрифт:
— Деда, подумай, этот корабль мой! Этот «Титаник»!
Только нет, он назовет корабль иначе. Джимми поднял бутылку.
— Я даю этому судну новое имя — «Джимми»! Боже, благослови всех, кто на нем поплывет!
Джимми засмеялся и снова упал на кровать. Сделал еще глоток. Он совсем размяк. Глаза у него слипались. Сегодняшний день был таким долгим, а приключения на «Титанике» были не только лихими, но и упоительными. Однако Джимми понимал, что пора кончать с этим. Пора возвращаться домой. Навстречу скандалу. Он
Он закрыл глаза. Всего на пять минут. Ну, может быть, на десять.
2
Сюрприз
Джимми спал.
Хотя нет, он уже проснулся. Голоса звенели наперебой, казалось, это говорящие хомяки, но теперь уже голоса звенели не у него в голове, а где-то рядом. Правда, их заглушила невыносимая боль, пронзившая все тело насквозь. В первый раз в жизни Джимми понял, как тошно бывает его отцу по утрам, а случается, и по вечерам. Перепил!Джимми мучился от своего первого в жизни похмелья. И что было уже вовсе нестерпимо, так это ослепительный свет, падающий через окно с балкона. И хомяки эти визжали все громче и громче, и…
Джимми вскочил.
Свет-то был дневной!
Он проспал!
А в коридоре раздаются голоса!
О нет, нет, нет, нет!
И голова раскалывается!
Сейчас его вырвет!
Вырвет прямо на кровать, и его за этим застанут!
Встать!
Джимми скатился с кровати, но ноги под ним подкашивались. Каюта крутилась вокруг него. А голоса приближалась. Он в панике огляделся. «Поздно, из каюты уже не выскочишь! Спрятаться! Как-нибудь! Где-нибудь!» Он метнулся к шкафу, к окну, к ванной, но в конце концов забился под кровать. Свернулся клубком и глубоко втянул в себя воздух, стараясь сдержать тошноту.
«Ну идите, идите! Проходите мимо!» Но они, конечно, не прошли. Если бы на всем судне они искали одну каюту, то и тогда выбрали бы именно ту, где укрылся он.
Не зря же он был Везунчиком Джимми.
И хотя в Майами не должно быть пассажиров, единственный гость, ясное дело, наметил для себя именно эту каюту.
— Вот наша! — произнес мужской голос.
— О, милый! Какая прелесть! — восхитилась женщина.
Раздался звук поцелуя, потом голос женщины стал серьезным, и она крикнула кому-то:
— Детка! Поторопись немножко! Будь добра!
— К чему такая спешка? — отозвался издали раздраженный девчоночий голос, — видно, «детка» еще не подошла к каюте.
Джимми увидел две пары ног, вошедших в каюту. На одной были крепкие черные ботинки, на другой изящные красные туфельки на высоких каблуках. Через минуту он увидел третью пару — в кроссовках с розовой шнуровкой.
—
— Неплохо, — ответила дочка.
— А твоя комната смежная с этой, — заметил отец.
Кроссовки прошагали вправо. Наступила короткая пауза, затем прозвучал голос девочки:
— Вот эта? Но она малюсенькая.
— Для круизного корабля она считается большой, — объяснил отец.
— Все равно маленькая, — настаивала дочь.
Джимми поежился. Ему не терпелось удрать отсюда.
— Господи! Что это такое? — воскликнул вдруг отец. Джимми увидел, как черные ботинки быстро пересекли каюту от окна к кровати. — Посмотрите!
— Шампанское? — удивилась мать, и Джимми стали видны ее колени, потому что женщина нагнулась над кроватью. Мальчик затаил дыхание. — Обертки от шоколадок! Джордж, взгляни! Кто-то уже спал на этой кровати!
Девочка прыснула.
— Ничего смешного тут нет, Клер! — упрекнула ее мать.
Но Клер явно была другого мнения.
— Кто-то спал на моей кровати! — передразнила она мать. — Ну точно, как в сказке о трех медведях.
Отец одернул девочку.
— Клер! Мама совершенно права. Это безобразие! Кому-то за это достанется. Идем в другую каюту!
— Да зачем, папа, надо только поправить покрывало, — воскликнула Клер, — и выбросить в мусорную корзину фантики!
— Дело не в этом, — возразила мать. — Этот корабль принадлежит твоему отцу, Клер. Все на нем самое лучшее. И какое же уважение оказывается владельцу корабля, если ему предоставляют неубранную каюту?
— Вот именно, — поддержал ее отец и вышел в коридор.
— Клер, — сказала мать, — проявляй к отцу больше внимания. Это такой ответственный момент в его жизни.
Ответа не последовало. Джимми подозревал, что дочь пожимает плечами. Похоже, она избалованная нахалка. Его собственная склонность пожимать плечами носила, разумеется, совсем другой характер. Мать снова принялась за свое:
— Вот станешь старше, детка, вспомнишь сегодняшний день и поймешь, как это было грандиозно, что ты оказалась одной из первых, кто плыл на этом новом «Титанике». Это же историческое событие!
Снова длинная пауза.
— Мы могли бы полететь самолетом, — заявила Клер.
— Клер! — разгневанная мать быстро вышла из каюты.
Прежде чем последовать за ней, Клер испустила протяжный унылый вздох.
Джимми выждал, пока их вновь вспыхнувшая перебранка затихнет, и вылез из-под кровати. Он с трудом поднялся на ноги — голова кружилась, его мутило. Если от алкогольных напитков всегда так бывает, он к ним больше и близко не подойдет. Джимми посмотрел на часы: «Господи помилуй! Уже больше одиннадцати утра! На корабле и на пристани, наверно, полным ходом идут последние приготовления! Как же спуститься с трапа незамеченным?