Тизер 3
Шрифт:
– Эй!
– выкрикнул охранник.
– Заключенным запрещено двигаться!
Ник стал на место и наклонился к уху Патрика:
– Скажи его имя!
Патрик повернулся ко мне. Вокруг ноздрей засохла кровь, распухла верхняя губа, на скуле появилась ссадина. Парень виновато улыбнулся и пожал плечами:
– Мирон.
– Молодец!
– Ник хлопнул Патрика по плечу.
– Мой мальчик!
Площадка для прогулки заполнялась будто зал перед кассовой премьерой.
Из-за оригинальной архитектуры форта, казалось, что ты находился на стадионе. Игроки расхаживали по открытой площадке, которую со всех сторон окружали мнимые трибуны - стены форта. Не хватало лишь света прожекторов и шума скандирующей толпы.
Ник, сунув руки в брюки, пошёл к белобрысому пацану, взобравшемуся жопой на стол. К нему стекались бандиты с разных этажей, курили, ругались и хвастались исколотыми телами под лучами полуденного солнца.
Картон пошёл к арестанту с дредами. Не прошло и полминуты, как оба подкурили самокрутки и выпустили голубой дым.
– Ты новенький, да?
– кто-то дернул меня за локоть.
– Что надо?
– Новеньким обычно приходится тяжело, - пузатый мужик в солнечных очках мял мой локоть.
– Я могу помочь.
– Отвали!
– я одернул руку.
– Сука, ты что, попутал?!
– подкравшийся сзади схватил другую руку.
– ЭЙ!
– с другого конца площадки крикнул Ник и махнул рукой.
Толстяк и его друг исчезли также внезапно, как и появились. Я проводил их взглядом и подошёл к Патрику:
– На самом деле тут не так здорово, как казалось, да?
Патрик искривил лицо, выражая непонятную эмоцию.
– Что случилось?
– Он просит тысячу в день, - Патрик закусил нижнюю губу.
– Если откажусь, то будет бить и издеваться.
– Плати.
– Разве я за этим сюда пришёл?
– Патрик, я не собираюсь решать твои проблемы. Только, пожалуйста, не превращайся в пресмыкающееся чмо. Никто не возьмёт тебя в банду, если бы будешь лизать задницы и делать массаж ног голубоватому мужлану. Либо плати, либо бей!
– Не уверен, что смогу!
– Тогда выходи из Тизера и возвращайся через месяц-другой, может этот даун свалит к тому времени!
Я оставил горе-заключенного и пошел вдоль забора. Разделение на группы определялось невооруженным глазом: качки на турниках выписывали феерические кульбиты; куча салаг собралась возле пятидесятилетнего мужика, что переставлял фигуры на шахматной доске; плотным кругом стояли парни кавказкой наружности.
– Эй, Мирон!
– Ник махнул рукой.
Я буквально на секунду задумался о том, стоит ли идти. Меньше всего хотелось показаться напуганным. Изменив маршрут, я двинул к банде белобрысого.
– Подходи, подходи! Чего не разговорчивый такой?
–
– я оглядел присутствующих.
Одиннадцать человек: быки, толстяки, дохлые и длинные - полный набор. Троих-четверых точно ушатаю, что будет дальше - хз.
– Ты как со своим спасителем разговариваешь?
– Ник положил руку на плечо.
– Если бы не мы, то пузанчик вместе со своими парнями уже продырявили тебя ложками и закатали в песок. Теперь ты наш должник.
– Нет.
– Что нет?!
– костлявая рука сдавила шею.
– Никогда не говори Нику - нет.
Сердце выскакивало из груди, и наезжающий на меня тип чувствовал это. Я думал о том, что стоит дать лишь малюсенький шанс залезть к себе на шею, как лишенные моральных принципов мрази им воспользуются. Действовать нужно немедленно: плати либо бей...
Павой рукой я зафиксировал кисть на своей шее. Подсел и, перекинув руку через голову, сделал шаг назад. Ник оказался в классическом захвате с заломленной рукой. Люди белобрысого рыпнулись, но Ник остановил их понятой свободной ладонью:
– Я тебя умоляю, - он лыбился, не стесняясь желтых зубов.
– Не чуди, если не хочешь стать опущенным. Еще есть шанс всё исправить.
Я надавил. Костяшка мизинца сдвинулась вплотную к большому пальцу, имбецил перестал улыбаться, дернулся и вскрикнул от боли, но моя левая рука закрыла его вонючий рот.
Ник мычал мне в ладонь, пока офигевшие от увиденного бандюганы выстраивались полукругом. Моё внимание привлёк блик металла. Козёл в закатанных до колена штанах нёс ко мне заточенный предмет.
Нога взлетела в воздух, носок попал в нижнюю часть кисти, удар оказался достаточно сильным, чтобы выбить заточку и вскинуть руку бандита над собственной головой. Дальше я толкнул Ника на правую сторону, а в качестве поучительного момента прописал закатанным штанам размашистый лоу кик. Срубил мужика, будто ребёнка. Громоздкое тело упало на песок, подняв облачко пыли.
Быки дернулись все разом, я занял боевую стойку...
– Стоп!
– крикнул белобрысый и оторвал задницу от стола.
Бандиты замерли и уставились на главаря. Белобрысый высматривал что-то в будке надзирателей, а затем повернулся ко мне:
– Не туда ты полез, Мирон...
Я вернулся к заборчику, где стоял Патрик. Сотни глаз видели, что произошло и, похоже, я снова стал объектом всеобщего внимания. Патрик всячески старался сдержать эмоции и не показывать ликования, но вышло не очень:
– Красавчик!
– Боюсь, Патрик, что отыгрываться он будет на тебе, - я заглянул в округлившиеся глаза.
– Скажи свой номер телефона и выходи из Тизера сразу после прогулки. Я свяжусь с тобой в реале и дам знать, когда всё поуляжется. Может, этого козла выпустят или куда-нибудь переведут.