Тизер 3

Кочеровский Артем

– Не будь дураком!
– раздалось за спиной.
– Нам не деньги нужны!

Я развернулся и едва не сполз на землю. Из раненных ног утекали силы будто воздух из пробитых колёс. Непроизвольно из глаз брызнули слёзы, колени надломились и меня подкосило. Я скастовал из левой руки опору с расплюснутым концом. С одной стороны опёрся на неё, а с другой - на копьё.

 - Давай копьё, и мы отпустим тебя живым!

– Один миллион, - процедил я сквозь сжатые зубы.
– Переведу деньги прямо сейчас!

– Копьё!

Я поднял голову и посмотрел на того, кто

говорит. Голос показался знакомым, но рассмотреть игрока не получилось из-за скопившихся в глазах слёз. Расплывчатый образ в чёрном доспехе и шлеме стоял с протянутой рукой, а рядом с ним появился лучник, тетива его лука гудела под напряжением, а наконечник смотрел мне между глаз.

– По-другому никак?

– Нет.

– Ну, копьё, так копьё...

Я перенёс вес тела на левую сторону, перехватил черенок и швырнул в стоящего рядом лучника. Копьё полетело в сторону грабителей, а я создал второй магический костыль и рванул следом. Бросок получился не очень сильным. Бандиты среагировали и разошлись в стороны, но вировский предмет сам нашёл цель. Копьё, будто самонаводящийся снаряд, сместилось левее и пробило лучнику грудь.

Правый костыль превратился в молот, и я отбросил в сторону того, что требовал оружие. Не замедляясь, выдернул из мёртвого тела копьё, сунул его подмышку и рванул на двух костылях.

Бежал по лесу будто взбесившийся орангутанг. Магические конечности то укорачивались, чтобы опереться, то удлинялись и толкали вперёд, словно ходули. Скорость увеличилась вдвое, а топот погони затих всего через пару минут.

Мысленно я уже праздновал успешный побег, но радость оказалась поспешной. Я почувствовал резкое недомогание, одна из магических опор исчезла и, я кубарем завалился на мох.

Самочувствие ухудшилось. Исчез второй костыль. Поясницу пронзила боль. Я загнул руку за спину и нащупал ещё два торчащих древка. Похоже, в пылу погони даже не почувствовал, как стрелы пробили спину. На адреналине выдавил из себя всё, что оставалось в запасе, а сейчас иссяк.

Шум преследователей не заставил себя долго ждать. Я облокотился на копьё и кое-как поднялся. На всякий случай прощупал карман на ремне - пусто. Вспомнил, что хилки остались в рюкзаке.

Метрах в двухстах среди деревьев мелькнула голова, через минуту грабители окажутся рядом. Попробовал поднять копьё, но едва не упал. И чёрт бы с ней, с болью, потерпел бы, но ноги сами по себе подкашивались, и я ничего не мог с этим поделать.

Идеи спасения проносились в голове молниеносно, словно отрывки из трейлера к фильму. В основном мозг предлагал полный бред из разряда: залезть на дерево или спрятаться под опавшей листвой. Была и одна геройская, где я на тоненького разбираюсь с шайкой налётчиков, но верилось в это с трудом. Последней пришла идея - устроить поджог! Я щелкнул пальцами, и из ладони извергся столб пламени.

Рука уже поползла к высушенному мху, когда сразу три или четыре головы мелькнули в сотне метров. Нет. Поджог - слишком долго, а что насчёт разрушительных фаерболов? Огонь из столба пламени превратился в кипящее лавой яблоко. Я замахнулся, но в последний момент передумал.

Этих запакованный парней так просто не пробьёшь, да и хватит меня не больше, чем на пять-шесть выстрелов.

– Тут огненные шары не помогут, - окончания моих размышлений сорвались с языка.
– Тут только пулемёт спас бы.

Поселившаяся кроха надежды снова повысила уровень адреналина.

– Огнестрел..., - я огляделся по сторонам.
– Дайка подумать, он же...

Цепляясь за деревья и ковыляя пробитыми ногами, я помчался дальше. Мне повезло. Уже метро через триста я рассмотрел верхушки знакомых сосен. Деревья образовывали почти идеальный полукруг. Под третьим, если считать с левой стороны, я закопал калаш во время охоты на виров.

Забежал под пышные ветки сосен и с погрешностью в десять сантиметров вспомнил, куда спрятал оружие. Упал на колени.

– Всё, сдулся бобик!
– раздался голос в десяти метрах.

Я обернулся. Преследователи выходили к соснам и выстраивались полукругом. Языки на бороде лежали не только у собак, но и у людей.

В центр вышел боец в чешуйке, обхватил руками шлем и потянул вверх, но я узнал его прежде, чем увидел лицо.

– Ну что ты за человек, Мирон?!
– передо мной стоял улыбающийся Питбуль.
– Даже сдохнуть нормально не можешь!

Я промолчал.

– Хуже, чем заноза в заднице! Нужно было мне тебя ещё тогда у дерева грохнуть! Ты же, как глиста! Выкручиваешься, что-то вечно выдумываешь, ищешь какие-то невероятные пути. Ну нельзя же вечно на соплях проскакивать! Понимаешь?!

– Ага...

Я предпочёл дышать, вместо того, чтобы говорить. Уровень адреналина в крови пока держался, и только благодаря ему, я ещё не потерял сознание. Правая рука отпустила копьё, и черенок по незначительному уклону скатился прямо к ногам к Питбуля.

– Хороший мальчик!
– он наклонился и взял копьё.
– Ну хоть здесь мы тебя поимели. Будешь в следующий раз думать, прежде чем с серьезными людьми связываться!

– Как ты узнал?
– я выдавил из себя всего три слова, но этого было достаточно, чтобы сбить дыхание и поперхнуться подступающей к горлу кровью.

– Ой, да брось! Что там было узнавать?! Достаточно было по лагерю походить и поспрашивать. На одних только слухах собрался приличный компромат про твои разногласия с Якушем и связи с неудачником Витлетом.

Пока Питубль поднимал самооценку, я завёл правую руку за спину и незаметно разгрёб сосновые иголки. С вероятность в девяносто процентов я был уверен, что заряженный калаш лежит прямо под моей ладонью.

– А про козырь, что увеличит шансы на успех, - Питбуль пародировал голос Виктора.
– Вы мне сами рассказали, стены вашего шатра имеют плохую шумоизоляцию.

Я погрузил пальцы в песок и короткими вибрирующими движениями стал проталкиваться вглубь, но выходило очень медленно.

– Признаться. Мне бы хватило и вознаграждения от Якуша за ваши с Витлетом головы, но раз вы решили подарить мне такой подарок, - Питбуль потрёс в руке копьё.
– То спасибо! Отличная компенсация за столько причиненных неудобств.