Тьма внутри
Шрифт:
– Это развязало твой язык, Малфой?
– Д-да, господин, - пробормотал Люциус и попытался взглянуть на Лорда, - господин, браслет причинял Тёмному Принцу боль, если он пытался выйти за границы, установленные им.
Волдеморт с силой сжал палочку. Он медленно подошёл к светловолосому волшебнику, заставив того вздрогнуть. Лорд Волдеморт остановился перед ним и направил палочку ему в сердце.
– Вы оставили Гарри с людьми, причиняющими ему боль?
– прошипел Волдеморт.
– М-мой Лорд, мы ничего не могли сделать. Белла попробовала снять
После этих слов Волдеморт повернулся и посмотрел на Беллу. Он в три шага приблизился к ней и впился в неё взглядом. Чёрноволосая женщина всё ещё не поднимала головы, шепча извинения своего господину.
– Белла!
– прошипел Волдеморт, и женщина тут же упала на колени.
– Мой Лорд, простите! Простите, я подвела вас! Я сделала всё что смогла! Пожалуйста, мой Лорд! Дайте мне ещё один шанс! Когда защита ослабнет, мой Лорд, я верну Гарри! Я обещаю моему Лорду!
Волдеморт велел рыдающей женщине подняться на ноги. Как только она встала, он притянул её к себе и заглянул в тёмные глаза. Он желал увидеть её встречу с Гарри.
Волдеморт чувствовал боль и множество эмоций, наблюдая за своим сыном. Мальчик, которого он воспитал, стоял в грязной магловской одежде, выглядел усталым и недокормленным. Волдеморт пытался справиться с собой, пытался блокировать эмоции, он не хотел вредить Гарри ещё больше. Однако когда Лорд увидел своего сына и его реакцию на то, что Белла попыталась снять браслет, он проиграл схватку с собственным гневом. Увидев, как Гарри схватился за грудь, увидев повлажневшие, очевидно от сильной боли, глаза сына, Волдеморт закричал от злости. Он не хотел больше видеть этого, но по какой-то причине продолжал смотреть воспоминания Беллы снова и снова, с каждым разом увеличивая свой гнев ещё больше.
На расстоянии более чем ста миль, черноволосый мальчик закричал от боли, прижимая руку ко лбу.
Гарри вернулся в спальню, поскольку пульсирующая боль в плече усилилась. Как только он вошёл в комнату, сразу ощутил острую боль в шраме. Гарри прижал руку ко лбу и вскрикнул. Он считал, что его шрам не может болеть сильнее, чем в прошлый раз, но, кажется, ошибался. Голова готова была расколоться. Боль была настолько сильной, что мальчик почувствовал себя больным. Он вслепую двинулся к кровати и упал на неё, зажмурил глаза и попытался не кричать. Он не хотел, чтобы кто-то из студентов услышал его. Мало того, что это бы смутило его, так ещё и пришлось бы объяснять, в чём дело.
– Пожалуйста, только не теряй сознание, пожалуйста, - шептал себе Гарри. Он ужасно себя чувствовал в прошлый раз, когда потерял сознание, необходимо было научиться справляться с этим, он не должен был допустить, чтобы всё повторилось.
В тот момент, когда Гарри заставил себя сесть, в комнату вошёл Демиан.
– Гарри, я только хотел…, - Демиан замолчал, увидев, что Гарри сжимает голову руками и стонет от боли.
Демиан немедленно подскочил к брату.
– Гарри! Гарри! Что не так?! О, это снова твой шрам? Я пойду за помощью!
Прежде чем Демиан мог
– Нет… Демиан…только…не говори…никому, - Гарри задыхался от боли. Но он не хотел, чтобы кто-то узнал об этом, тем более Поппи, она бы заперла Гарри в больничном крыле навсегда!
Демиан в ужасе смотрел, как Гарри кусает губы, чтобы не кричать. Демиан понял, почему он так поступает. Младший Поттер достал палочку и наложил заклинание Силентио на комнату.
Гарри закричал. Демиан хотел сделать для брата что-то ещё, но не знал, чем может помочь.
После нескольких минут, которые больше походили на часы, боль понемногу начала отступать. Гарри открыл налитые кровью глаза и осмотрелся. Он был рад, что не потерял сознание, иначе бы Демиан позвал Поппи, и ему пришлось бы выслушивать длинные лекции о здоровье.
Гарри сидел, обхватив голову руками, словно ожидая, что боль может вернуться.
– Как ты?
– спросил Демиан, протягивая Гарри стакан воды.
Гарри принял его с благодарностью, горло пересохло от крика. Гарри думал, что он будет чувствовать себя смущённым, потому что Демиан видел его боль, но вдруг понял, что ему только лучше от того, что мальчик рядом.
– Прекрасно, - ответил Гарри.
– Да, ты уверен?
– с сарказмом спросил Демиан.
– Ты не понимаешь, - мягко сказал Гарри.
– Тогда сделай так, чтобы я понял, - попросил мальчик. Гарри опустил взгляд на свои руки, Демиан продолжил.
– Почему ты терпишь это? Я знаю, это странно, что Сам-Знаешь-Кто, твой отец, но я не понимаю…
Гарри посмотрел на удивлённого Демиана.
– Ты не понимаешь?
– спросил Гарри.
– Нет, нет ничего необычного в том, что он вырастил тебя, я не понимаю, как ты оправдываешь ту боль, которую он заставляет тебя выносить?
Гарри отвёл взгляд, он знал, что говорить с Демианом бессмысленно. Он не понимает. Никто не может понять.
– Он не хочет этого, - почти прошептал Гарри.
– Не хочет чего?
– спросил мальчик, надеясь, что Гарри, наконец, расскажет что-то о своём прошлом.
– Он не хочет причинять мне боль. Это выходит случайно.
Демиан оставался спокоен и позволил Гарри объяснить, почему его шрам болит. Он видел, как изменилось лицо Гарри, когда он говорил о Сами-Знаете-Ком.
– Ты действительно привязан к нему, не так ли?
– спросил Демиан.
– Да, и мне плевать, что все считают это неправильным. Отец любит меня!
– закончил Гарри, прерывая Демиана.
Демиан улыбнулся.
– Это хорошо, здорово, что у вас хорошие отношения. Сначала я переживал, что папы не было рядом с тобой, но теперь понимаю, что он у тебя был.
Демиан не мог поверить, что говорит это Гарри. Одна мысль о Волдеморте, как о любящем отце ужасала, но Демиан, наконец, заставил Гарри открыться. Он не хотел разозлить брата снова и спорить с ним. К тому же, он видел, что Гарри необходимо лечь. Гарри сказал, что у него хорошие отношения с Сами-Знаете-Кем и Демиан верил ему.