Тьма

Кук Глен Чарльз

Я готов был биться об заклад, что у колдунишки куда больше тех тринадцати амулетов, о которых он сказал Старику. Наверняка у него понапихано их повсюду. Небось даже под стельки запрятал, чтобы, когда припечет, загонять их нуждающимся по запредельной цене.

Гадкий, паршивый старый мошенник.

Сукин сын, но зато наш. И лучше его у нас никого не было Госпожу я нашей не считал, хоть она и числилась Лейтенантом Мне трудно было определить ее истинное место в Отряде. Уж слишком богатый у нее жизненный опыт — Становится поздно, — заметил Костоправ, — Не пора ли тебе наведаться на Вершину, глянуть,

как там у них дела. Одноглазый, а ты схорони моих курьеров в своей норе.

— Что? Нет, так дело не пойдет. Я там только что чистоту навел…

Я отхлебнул воды и уселся рядом с Копченым.

Глава 63

Свет в хрустальной палате Длиннотени был так ярок, что наверное ослепил бы меня, будь я во плоти. Созданный силой магии, он исходил отовсюду одновременно, не оставляя ни единого места, где могла бы затаиться приблудная Тень. И вся скудная обстановка помещения была подобрана так, что ни оставалось ни трещин, ни щелей, ни дырочек: ни единого местечка, способного укрыть сгусток тьмы хотя бы размером с булавочную головку.

Здесь Теней можно было не опасаться.

Похоже, готовясь к ночным событиям, Длиннотень переоделся и даже ополоснулся. И, само собой, сменил маску. Нацепив новую, серебристо-черную, с вкраплениями зеленовато-голубого, ярко-красного и особо глубокого, темно-зеленого цвета. Узоры на маске менялись всякий раз, когда я на нее смотрел. Мне подумалось, что стоило бы улучить минутку и посмотреть, как Длиннотень переодевается. Раньше он ничего подобного не делал.

Нарайан с девочкой прибыли за несколько мгновений до меня. Я определил это путем быстрого скачка в прошлое.

— Где Ревун? — спросил Длиннотень. Обманник пожал плечами, а девочка и вовсе не отреагировала на вопрос.

— Мы не видели его несколько дней, — сказал Сингх. Это было откровенной ложью.

— Он должен быть здесь. Ради собственной безопасности. Я его предупреждал.

Девочка сидела на полу скрестив ноги и не обращала на Хозяина Теней ровным счетом никакого внимания. Сингху, вероятно, пришлось изрядно попотеть, чтобы заставить ее оторваться от писанины. Любопытства ради я заглянул в прошлое. И удивился, увидев, как девочка поторапливает Сингха.

— Нарайан, мы должны быть там вовремя.

Я сместился еще чуть-чуть и обнаружил девочку в состоянии транса, в котором она, по ее утверждению, вступала в связь с Киной. Как оно и было, судя по запаху. Я убрался оттуда, не удостоившись внимания богини. В последнее время она мною особо не интересовалась, что меня вполне устраивало.

Я предпринял парочку быстрых погружений в не столь отдаленное прошлое и пришел к выводу, что Нарайан и его подопечная откликнулись на призыв Длиннотени потому, что так приказала Кина.

Любопытно, что бы это значило.

Вернувшись в настоящее, я увидел с пыхтением поднимавшегося по винтовой лестнице башни Ревуна. Хозяин Теней учуял его приближение и уже стоял лицом ко входу, видимо собираясь устроить Ревуну головомойку. Тот издал вопль, в котором мне почудилось удивление. Длиннотень отвернулся. Вероятно, он пребывал в хорошем настроении и, в конце концов, решил не устраивать разнос из-за пустяков.

— Хорошо, — сказал он. — Все

на месте. Теперь начнем игру. Ту, которую мне следовало вести с самого начала.

В голосе его звучало легкое недоумение: казалось, будто он неожиданно изумился тому, как мало ему удалось за столь долгое время.

Он вел себя так, будто мощный порыв ветра разогнал туман, веками затенявший его сознание.

Я заподозрил, что это недалеко от истины. Полной уверенности у меня быть не могло, однако казалось, что одна из вредоносных бабенок — скорее всего, Кина — добралась до него давным-давно и с тех пор тупила его меч. Если я прав, то вынужден признать тонкость этого хода. Колдун ни о чем не догадывался. Возможно потому, что им манипулировали, умело используя его исконные предубеждения и прирожденное упрямство.

Но сейчас он, кажется, пришел в себя. И мог использовать могучие чары. Дела для нас оборачивались не лучшим образом.

— Закрой дверь, Обманник, — твердым голосом распорядился Хозяин Теней. — Сюда никто не должен входить.

Ревун уселся на высокий табурет: я вспомнил, что его специально поставили здесь для вонючего колдуна, когда тот присоединился к Хозяину Теней. Ревун пользовался им нечасто, но никто другой на это место не садился. Он и Длиннотень были не из тех сотрудников, которые наперебой делятся друг с другом предложениями и опытом. Хозяин Теней произвел под куполом некоторую уборку. Обычно в его покоях были повсюду разложены разнообразные магические безделушки. Сегодня ночью большая часть этих штуковин отсутствовала. Видимо, Длиннотень не желал испытывать честность своих гостей.

Нервно поерзав, Нарайан Синг встал рядом с Дщерью Ночи, готовый, если потребуется, защитить ее. Я приметил высовывавшийся из-за его набедренной повязки треугольник черного шелка. Стало быть, сегодня Душелов вырядилась официально. То был его румель, шарф для удушения — В нормальных обстоятельствах, — сказал Длиннотень, — я бы лично вышел к Вратам и пустил в ход имеющиеся там ловушки, чтобы собрать для использования подходящие Тени. Будучи обучены, они не нападают на своих.

Когда Длиннотень упомянул тенеплетов, я подумал о том, имеет ли он представление о том, насколько плохи дела его приспешников. Хозяин Теней никогда особо не интересовался теми, кто ему служил. Он лишь отдавал приказы.

А между тем, почти всех его людей перебили во время последней атаки Госпожи. Лишь горстка выживших продолжала обслуживать башню Об этом позаботился Ревун.

Никаких тенеплетов, чтобы управлять обученными Тенями, у него не осталось С другой стороны… Было время, когда каждую башенку через каждые семьдесят футов вдоль южной стены Вершины венчал хрустальный купол. И под каждым размещалось зеркало, способное отбрасывать луч света на землю, к дороге, выходящей из Врат Теней Для того чтобы нацеливать зеркало, требовались усилия двух человек. Длиннотень перемещал какие-то фигурки на своем столе, словно делая ходы на игровой доске. А затем произнес одно единственное слово. Верхушки уцелевших башен вспыхнули ослепительным светом. Ночь прорезали световые лучи. Подобно указующим перстам, они качнулись и высветили участок, где размещалась Старая Дивизия. Высветили не так хорошо, как в прежние времена, но на меня это произвело впечатление.