Точка обмана
Шрифт:
— Бойся! — приказал голос из шкафа. — Очень бойся…
— Но мне не страшно.
— Нет, ты бойся, — убеждал голос. — У живых организмов эмоции страха и сексуального влечения тесно связаны.
Не выдержав, Рейчел рассмеялась:
— Так вот зачем ты позвал меня сюда?
— Пожалуйста, прости, — продолжал голос, теперь уже жалобно, — прошли годы с тех пор, как я в последний раз был с женщиной.
— Оно и заметно, —
Перед ней стоял Майкл Толланд, улыбаясь своей мальчишеской, хулиганской улыбкой. В темно-синей шелковой пижаме он выглядел неотразимым. На нагрудном кармане красовалось изображение президентского герба.
— Президентская пижама? Майкл пожал плечами:
— Лежала в ящике.
— А я нашла всего лишь футболку.
— Тебе надо было выбрать спальню Линкольна.
— А что же ты не предложил?
— Да просто я когда-то слышал, что здесь матрас жесткий. Старый. Из конского волоса.
Толланд подмигнул, кивнув в сторону мраморного столика, на котором лежало что-то завернутое в яркую подарочную бумагу.
Рейчел растрогалась:
— Это мне?
— Я попросил одного из президентских помощников купить это для тебя. Подарок только что прибыл. Осторожно, не тряси.
Рейчел аккуратно развернула пакет и достала тяжелый предмет. Он оказался большой хрустальной чашей, в которой плавали две безобразные на вид золотые рыбки. Рейчел смотрела на них растерянно и разочарованно.
— Это шутка?
— Helostomatemmincki, — гордо произнес океанолог.
— Ты купил мне в подарок рыбок?
— Очень редкие китайские целующиеся рыбки. Могут целоваться часами.
— Это что, очередной розыгрыш?
— Дело в том, что у меня проблемы с ухаживанием. Ты что, не можешь поддержать мою несмелую попытку?
— На будущее, Майкл: рыб женщинам дарить как-то не принято. В следующий раз попробуй цветы.
Толланд тут же вытащил из-за спины букет белых лилий и протянул его Рейчел.
— Пытался добыть красные розы, — извиняющимся тоном прокомментировал он, — но в розарии меня едва не задушили поклонницы.
Майкл Толланд привлек Рейчел к себе и вдохнул душистый аромат ее волос. Годы полного одиночества исчезли в его душе без следа. Он осторожно, нежно поцеловал ее, ощущая, как тянется к нему любимая. Белые лилии упали к их ногам, и все барьеры, которые на протяжении многих лет так старательно строил Майкл, моментально рухнули.
Все призраки
Он чувствовал, как Рейчел влечет его к кровати, шепча на ухо:
— Ты же не считаешь, что рыбы действительно романтичны, правда?
— Именно считаю, — ответил Майкл, снова целуя ее. — Ты бы видела любовные танцы медуз! Изысканно, романтично и невероятно эротично.
Рейчел подвела его к кровати, и совершенно неожиданно оказалось, что они уже лежат рядом и Майкл нежно ее обнимает.
— А вот морские коньки… — прошептал он, почти задыхаясь от ее прикосновений. — У морских коньков удивительно чувственный любовный ритуал.
— Довольно разговоров о морских жителях, — остановила Рейчел, расстегивая его пижаму. — Что ты можешь мне рассказать о любовных ритуалах высших приматов?
Толланд глубоко, печально вздохнул.
— Боюсь, я не специалист по высшим приматам. Рейчел решительно скинула с себя длинную бесформенную футболку.
— Ну ладно, невежда, надеюсь, что ты очень способный и быстро всему научишься.
ЭПИЛОГ
Транспортный реактивный самолет НАСА поднялся высоко над Атлантическим океаном.
Администратор Лоуренс Экстром бросил прощальный взгляд на огромный камень, лежавший в грузовом отсеке. — Возвращайся обратно в океан, — шепотом обратился он к нему, словно к живому, — туда, где тебя нашли.
По команде администратора пилот открыл люк и выпустил камень на волю. Огромный булыжник полетел вниз, очертив широкую дугу в залитом солнцем голубом небе, и с фонтаном серебряных брызг коснулся поверхности океана.
Псевдометеорит стремительно шел ко дну.
Под водой, на глубине трехсот футов, его силуэт еще смутно вырисовывался в полумраке. Но, погрузившись на пятьсот футов, камень исчез в совершенной темноте.
Он стремительно уходил вниз.
Все глубже и глубже.
Его падение продолжалось почти двенадцать минут.
А потом, словно метеорит, столкнувшийся с темной поверхностью Луны, камень погрузился в мягкую донную грязь. Облако мути осело не скоро. Когда наконец вода прояснилась, какой-то обитатель морских глубин, почти не изученных человеком, подплыл поближе, чтобы познакомиться с новеньким.
Но пришелец оказался неинтересным.
Представитель океанской фауны равнодушно отправился дальше.