Толераниум
Шрифт:
– Архитектор?
– Ну, нет. – Виктор пожал плечами. – Раньше считал себя архитектором. А теперь все упростилось – приходится заниматься обычной стройкой. Как на конвейере.
– Наверное, часто переезжаешь? – поинтересовался Миша.
– Бывало. Теперь проще. Все централизованно и систематизированно. Наблюдаю и подсказываю, чтобы сбоев не было. Как-то само все работает. Главное – запустить программу.
Миша почувствовал, что пора сменить тему, и поинтересовался породой странного пса. Оказалось, что у Рудольфа никакой породы нет.
– Да, Рудольф? – Виктор потрепал пса по пятнистому загривку. Рудольф был согласен – обтрепанный хвост чуть не оторвался в порыве благодарности. – Кстати, – добавил Виктор, – именно Рудольф потянул меня к афише, точнее – к тебе. Может, в этом и состояла его миссия. Пусть погуляет. – Виктор отстегнул поводок от ошейника и, наблюдая за убегающим псом, пояснил. – Сам найдет меня, когда понадобится.
С каждым шагом Миша чувствовал все большее расположение к своему новому другу. Да, Виктор так себя и назвал. Мало того, он искренне заметил, что давно не встречал таких одаренных людей, как Миша, а потом несколько раз восхитился Мишиным умом, оригинальностью мышления, а также умением вести дискуссию.
Хотя Миша особо не дискутировал. Он поддакивал, произносил многозначительное «не исключено» или «возможно», опасаясь ляпнуть что-нибудь невпопад. Осознать собственную исключительность у Миши не получалось, но откровения приятного попутчика грели самолюбие. Мише казалось, что Виктор видит его насквозь и, презирая стереотипы, прямо и откровенно высказывает объективную точку зрения. До сих пор у Миши не было настоящих друзей. Приятели, однокурсники, соседи… А Виктор, прощаясь после прогулки, уверенно сказал:
– Ну что же, друг мой, встретимся на тренинге? Ты ведь позволишь мне называть тебя другом?..
После тренинга Виктор заявил:
– Я так и знал. Вся эта болтовня для тебя – чистая условность. Ты – прирожденный лидер, никто из твоих сокурсников тебе и в подметки не годится. Мало того, у тебя есть то, о чем даже я мог бы только мечтать.
– Это что?
– Харизма! – коротко ответил Виктор и добавил: – Тебе нужно избавиться от токсичных факторов, они тебя сильно тормозят.
– А как от них избавиться? – поинтересовался Миша.
– Это легко. У меня есть тест, после которого ты получишь ответы на все вопросы. Освободишься от внутренних проблем – и взлетишь!
Миша загорелся. Он не то чтобы признал факт своей исключительности, ему просто нравилось открывать себя по-новому. И вот теперь, сидя в кафе под зеленым козырьком, ответив на добрую сотню вопросов долгожданной анкеты, он ждал результата. Результат оказался неожиданным.
– Твоя семья тебя душит. – Не моргнув глазом многозначительно заявил
Миша не успел отреагировать, потому что Виктор снова начал задавать вопросы:
– Как ты думаешь, почему во всех цивилизованных странах люди питаются в кафе, ресторанах, вообще где угодно, но не дома? Вот ответь мне как умный человек.
Миша подумал и ответил как умный:
– Наверное, им так удобнее.
– А почему? – допытывался Виктор. – Почему они предпочитают готовую еду, а не домашнюю мешанину ручной работы?
– Ну, чтоб не возиться, посуду не мыть…
– И только? – разочарованно протянул Виктор.
Миша покашливал, потел и ерзал. Он понимал, что Виктор рассчитывал совсем на другой ответ. Миша был бы рад его дать, но никак не мог уловить, куда Виктор клонит. Тот, почувствовав Мишино смятение, подчеркнул:
– Михаил, это не я говорю, что во всем виновата твоя семья. Об этом говорят тесты. А тесты – это психологическая ДНК. Там не бывает ошибок.
Миша не сдавался, но и не возражал. Он ограничивался ужимками и неопределенными жестами.
– Вот твоя мама, – не сдавался Виктор. – Она наверняка хорошо готовит?
– Очень, – подтвердил Миша. – Она не признает полуфабрикатов. Называет их «утилизация отходов». – Миша улыбнулся меткости маминых определений.
Виктор гнул свое:
– То есть твоя мама своими руками моет, режет, парит и месит? С какой целью? – Он пронизывал Мишу пытливым взглядом.
– Потому что любит… – Миша не закончил фразу.
Виктор перебил его, замотав головой:
– Вдумайся: своими руками!
Миша пожал плечами. Виктор склонился к Мишиному лицу и отчетливым тревожным шепотом произнес.
– Она тебя приручает…
Тестирование, которое затеял Виктор, вдруг показало, что его любимые и близкие люди на самом деле – «токсичные факторы». Об этом поведали туалетная бумага, столовая ложка, полотенце и прочие предметы домашнего обихода. Виктор так убедительно описал липкую паутину материнской любви, которая не дает Мише расправить крылья и взлететь, что возражать было как-то невежливо. Но и представить, а тем более – поверить, что мама его приучает, да еще и душит, у Миши не получалось. Против бумаги и ложки выступали безмятежная семейная жизнь и здравый смысл.
Миша брел домой по пустым улицам, не замечая, как ноги прилипают к раскаленному асфальту. Он снова переживал и анализировал выводы безошибочного теста Виктора. Мишина мама тоже утверждала, что он «далеко пойдет». Но за маминым любящим взглядом туманное «далеко» вряд ли располагалось дальше соседнего отделения Сбербанка. Виктор имел в виду что-то совсем другое.
2
Дымящаяся тарелка с домашней лапшой, блинчики с мясом и клюквенный морс вместо желания поесть только усилили Мишину задумчивость.