Только мы
Шрифт:
«Я не могу вас бросить, – упрямо возражал мулла, продолжая идти. – Вы все, что у меня есть в жизни…»
«Пойми, мы не имеем значения, мы – только часть огромного целого. И если это целое погибнет, то погибнет все вокруг. Тогда ни твоя жизнь, ни наша не будет иметь никакого значения. Поэтому просим тебя – иди к Рейли, за ним охотятся, вам нужно успеть встретиться, прежде чем его найдут. Тогда у вас появится шанс уйти…»
«А вы?! – не соглашался Фатих. – Вы?!!»
«Мы уходим… – в мысленном голосе ребенка появилась легкая грусть. – Не совсем так, как хотелось бы, но все равно уходим. Прощай, учитель! И будь счастлив!»
В это мгновение резкая боль ожгла муллу, даже не физическая, а внутренняя, душевная. Он на мгновение замер,
– Нет!!! – взвыл Фатих, потрясая кулаками над головой. – Этого не может быть!!! Даже эти не настолько скоты, чтобы убить детей!!! Нет!!!
Он упал на колени и принялся биться головой об песок. Вой смертельно раненого зверя пронесся над пустыней. Мулла не мог поверить в такое, до конца не мог, сознание просто отказывалось принимать этот кошмар. Это видение! Всего лишь видение! Фатих отчаянно убеждал самого себя в этом, не в силах поверить, что кто-то оказался столь бесчеловечен.
Проверив чувство направления, мулла упрямо продолжил путь – дети находились на юго-востоке. Осталось уже немного, за несколько часов дойдет. Страшно хотелось пить, но Фатих заставлял себя не думать об этом – вода закончилась уже давно. Он не знал, откуда у него брались силы на этот трудный путь, только смутно догадывался – главное было дойти, любой ценой дойти, а там он поможет детям.
Мулла упрямо переставлял ноги, которые с каждым шагом становились все тяжелее, но он пересиливал себя и шел, шел, шел. Бархан за барханом оставались позади, а следы позади заметала надвигающаяся песчаная буря. Мулла не знал, сколько он шел, это не имело ни малейшего значения.
И Фатих дошел. Каким-то шестым чувством он ощутил, что дети здесь, буквально в нескольких шагах от него, но почему-то внизу. Под землей, что ли? Там бункер? Мулла ринулся к притягивающему его месту и принялся лихорадочно разгребать песок.
– Стой, стрелять буду! – раздался позади чей-то хриплый голос. – Лицо покажи!
Кто-то мешает ему помочь детям?! Ярость захлестнула Фатиха, из его пальцев выдвинулись невидимые черные когти, движения бывшего учителя сделались плавными, скользящими и стремительными. Он рванулся в сторону говорившего, слегка удивившись тому, насколько тот медленно движется, и коснулся когтями его горла. Солдат захлебнулся собственной кровью и рухнул на песок. Но Фатих этого уже не видел – он почти невидимой тенью несся навстречу еще троим, открывшим огонь из автоматов. Четверый спешил прочь, что-то отчаянно вереща в коробочку рации. Стрелявшие умерли очень быстро – попасть в человека, двигающегося, словно размытая молниеносная тень, было почти невозможно. Мулла прыжком догнал последнего и одним движением оторвал ему голову.
Прислушавшись к окружающему пространству, Фатих удовлетворенно кивнул – больше никого живого он в округе не ощущал. Стоп! Никого живого? А дети?! Неужели?.. Он с воплем ринулся к месту, где ощущал присутствие ясноглазых – затихающее ощущение, словно они уходили куда-то вдаль. О, Аллах, только не это!
Фатих принялся лихорадочно разрывать песок и довольно скоро на что-то наткнулся. Он удвоил усилия, и почти мгновенно понял, что это человек маленького роста. Не ребенок ли? Добравшись до лица, мулла взвыл от отчаяния – перед ним лежал мертвый Юсуф, один из его учеников. Его ясные глаза были засыпаны песком. Дрожащими руками Фатих смел этот песок и зарыдал – даже после смерти глаза этого ребенка остались ясными и чистыми, в них не было ни боли, ни ненависти, ни злобы. Лишь прощение. Он, умирая, простил своих убийц! Но это он – Фатих никому ничего прощать не собирался.
– Твари!!! – вставший на ноги человек походил на кого угодно, только не на человека. Его глаза горели жутким опаловым огнем, из рук били в песок изломанные молнии, плавя его. – Вы убили детей?!! Так воздастся
Он рыдал, глядя на мертвого ясноглазого у своих ног. Да как же они посмели сотворить такое?! Да кем же нужно быть, чтобы вот так расстрелять детей?! Не людьми, это точно. А значит, по отношению к ним применимо все – они перешли черту.
Мулла безумно закричал, подняв руки к небу, с кулаков срывались уже даже не молнии, а столбы опаловой плазмы, вокруг него заворачивался смерч, поднимающийся с каждым мгновением все выше. Небо окончательно стало багровым, ураган набирал силу, ветел уже не свистел, а ревел. Таких ураганов Саудовская Аравия еще никогда не видела – таких просто не бывало и не могло быть в природе.
Где-то невдалеке ураган походя смел и с размаху впечатал в землю несколько десятков вертолетов, ищущих их с Рейли. От винтокрылых машин и их экипажей осталась мешанина обломков и изорванных тел. Ведущих поиск на машинах мгновенно засыпало, а затем под машинами словно сами собой образовались зыбучие пески, затянув их на такую глубину, что выбраться было не в человеческих силах. О пеших и речи не было – их вздымало в воздух, поднимало на высоту десятков метров, а затем швыряло вниз. Не прошло и пяти минут, как от поисковой группы не осталось никого. Чудом выжил только успевший скрыться в убежище подполковник Хасан.
Мгновенно поднявшийся страшный ураган ничуть не обеспокоил Рейли – наоборот, вызвал радостный смех. Теперь никто не помешает им с Фатихом встретиться! Сметающий все на своей дороге песок словно обтекал инженера, ветер не мешал ему, а помогал, подталкивал в нужном направлении. Он не шел, а, скорее, скользил над землей навстречу своему ключу.
Краем сознания Рейли ощущал отчаяние и боль Фатиха. Тот был полностью прав, наказав убийц – нельзя убивать детей, сделавший это теряет право на жизнь. К сожалению, не все виновные наказаны, но возмездие их не минует – инженер почему-то был уверен в этом. Определив, где находится мулла, новозеландец позволил урагану подхватить себя и понести навстречу. Наверное, со стороны он выглядел, как злой дух, оседлавший ветер, но его самого это ничуть не заботило. Главное – открыть замок.
Сразу по прибытию в Саудовскую Аравию Рейли вынужден был задержаться в Эр-Рияде, поскольку не ощущал, где находится Фатих. Чтобы это ощущение возникло, пришлось дожидаться открытия четвертого замка. Однако еще перед тем инженер понял, что привлек нежелательное внимание местных властей – ему удалось каким-то чудом отследить хвост, пущенный за ним. Он очень удивился странным для себя навыкам – никогда не имел ничего общего со спецслужбами. Прежде всего Рейли задался вопросом, чем он мог привлечь внимание. Немного подумав, понял – знанием арабского и других местных языков. Саудовской разведке достаточно было запросить новозеландскую о том, был ли некий Джонсон раньше полиглотом. Он подосадовал на себя за то, что не догадался скрыть знание языков, но было поздно.
Перед самым открытием четвертого ключа Рейли был уже под плотной опекой, его ни на минуту не упускали из виду. Уйти помогло сотворенное уходящими по звездным дорогам байкерами. Однако местные спецслужбы быстро вычислили инженера снова, несмотря на все принятые им меры предосторожности. Рейли было даже пришел в отчаяние, понимая, что если выведет их на Фатиха, то эти сволочи сразу ликвидируют обоих.
Но вскоре он вдруг осознал, что в небольшом объеме способен пользоваться возможностями уже открывших свои замки пар. И не только. Рейли сам не понимал, как сумел отвести топтунам глаза, переодевшись в небольшой лавочке, обнаруженной в крохотном поселке, последнем населенном пункте перед бесконечной пустыней. К счастью, он был черноволос, и местные жители, при его отличном арабском, принимали инженера за своего соплеменника. Немного изменив себе лицо при помощи способностей Томаса и Брэда, Рейли все же сумел обмануть следящих за ним оперативников и незамеченным уйти в пустыню.