Только представьте…

Филлипс Сьюзен Элизабет

Девушка нетерпеливо выдернула шпильки. Утром она причесалась в испанском стиле: разделила волосы на прямой пробор и уложила простым узлом. Несколько прядок, выбившихся на висках, и черные сережки усиливали общий эффект элегантности, и Кит чувствовала себя готовой к встрече с Кейном. Но больше она не вынесет никаких ограничений!

Она расчесывала волосы до тех пор, пока они не стали потрескивать, потом откинула со лба и закрепила серебряными филигранными гребнями, подаренными Элсбет. Надушив запястья любимыми жасминовыми духами,

Кит отправилась за мисс Долли. Как воспримет хрупкая пожилая дама общество прославленного героя-янки?

Кит постучала раз, другой и, не дождавшись ответа, толкнула дверь. Мисс Долли, ссутулившись, сидела в качалке в темном углу комнаты. По морщинистым щекам текли слезы, которые она безуспешно пыталась промокнуть лохмотьями того, что когда-то было ярко-голубым носовым платочком.

Кит молнией метнулась к ней.

— Мисс Долли! Что случилось?

Но бедняжка, казалось, ее не слышит. Кит встала перед ней на колени.

— Мисс Долли!

— Здравствуйте, дорогая, — невнятно пробормотала та. — Я не знала, что вы уже здесь.

— О чем вы плачете? — допытывалась Кит, сжимая ее руки. — Скажите, что стряслось?

— Ничего, дорогая. Просто глупые воспоминания. Как мы с сестрой делали тряпичных кукол. Играли в виноградной беседке. Издержки возраста. Старики любят воскрешать в памяти былое.

— Какая же вы старуха, мисс Долли? В таком чудесном белом платье вы свежи, как весенний день!

— Я стараюсь не опускаться, — признала мисс Долли, выпрямляясь и вытирая мокрое лицо. — Но иногда, по вечерам, размышляю о том, что произошло много лет назад, и тогда мне становится грустно.

— А что произошло много лет назад?

Мисс Долли погладила Кит по руке:

— Ну-ну, дорогая. Не желаете же вы слушать всякий вздор!

— Какой же это вздор? — возразила Кит, хотя несколько часов назад привычка компаньонки говорить обо всем, что взбредет в голову, приводила ее в бешенство.

— У вас доброе сердце, Катарина Луиза, я поняла это с первого взгляда. Как я рада, что вы предложили мне сопровождать вас в Южную Каролину! — Она так энергично тряхнула головой, что ленты на чепце затрепетали. — Мне было так плохо на Севере! Все так громко разговаривают! Я не люблю янки, Катарина. Совсем не люблю.

— Вы не хотите встречаться с майором Кейном, — догадалась Кит, — и поэтому расстроены? Не следовало привозить вас сюда. Я думала только о себе, а не о том, как это на вас подействует.

— О, дорогая, не стоит винить себя за глупость безумной старухи.

— Я не позволю вам остаться, если здешняя жизнь так вас угнетает.

Глаза мисс Долли тревожно распахнулись.

— Но мне больше некуда идти! — Она вскочила с кресла и снова принялась плакать. — Глупость… обычная глупость… вот и все. Я… я сейчас умоюсь, и мы спустимся к ужину. Минутка… всего минутка… даже… меньше…

Кит осторожно обхватила ее худенькие плечи.

— Успокойтесь, мисс Долли, я не прогоню вас.

Никогда. Вы останетесь со мной сколько захотите.

Мисс Долли с робкой надеждой взглянула на Кит.

— И вы не отошлете меня?

— Никогда, — повторила девушка, разглаживая пышные рукава платья мисс Долли и целуя ее в щеку. — Смотрите, чтобы за ужином вы были самой красивой.

Мисс Долли с опаской выглянула в коридор.

— Х-хорошо, дорогая.

— И, пожалуйста, не волнуйтесь из-за майора Кейна, — улыбнулась Кит. — Представьте, что развлекаете генерала Ли.

Покрутившись перед зеркалом не менее десяти минут, мисс Долли объявила, что готова идти. Кит была так счастлива видеть компаньонку в веселом настроении, что ожидание ее ничуть не утомило. Пока они шли по лестнице, мисс Долли принялась хлопотать над ней.

— Постойте минуту, дорогая. Верхняя юбка чуть перекосилась. — Неодобрительно пощелкав языком, она поправила юбку. — Я в самом деле желала бы, чтобы вы больше заботились о своей внешности. Не хочется быть излишне строгой, но вы не всегда выглядите столь аккуратной, как подобает юной леди.

— Да, мэм, — пробормотала Кит с самым покорным видом, который никогда не мог обмануть Эльвиру Темпл-тон, но неизменно дурачил мисс Долли. Мысленно же Кит поклялась придушить Бэрона Кейна голыми руками, если тот чем-то напугает бедную женщину.

Как раз в этот момент Кейн вышел из библиотеки, одетый довольно просто: в черные брюки и белую рубашку. Волосы его еще не успели просохнуть после ванны. Кит злорадно усмехнулась. До чего же невоспитан! Знать, что за столом будут дамы, и не позаботиться о фраке!

Кейн поднял голову. Что-то странное мелькнуло в его глазах при виде женщин. Кит почувствовала тяжелые удары своего сердца. Воспоминание о безумном поцелуе окрасило щеки румянцем. Девушка глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя. Нелегкий вечер ей предстоит! Значит, придется забыть о случившемся и держаться начеку. И без того появление Кейна перепугает мисс Долли.

Она обернулась, чтобы поддержать компаньонку, и тихо ахнула, заметив, что губы старушки растянуты в кокетливой улыбочке. Мисс Долли протянула затянутую в митенку ручку и грациозно, как юная дебютантка, спорхнула вниз.

— Мой милый, дорогой генерал! Не могу передать, какая честь для меня — знакомство с вами. Вы и представить не можете, сколько часов я провела, стоя на своих бедных коленях и молясь за вашу безопасность! Никогда, в самых безумных мечтах, я не представляла, что буду иметь счастье познакомиться с вами! — воскликнула она, сунув крохотную ладошку в пальцы Кейна. — Я компаньонка Катарины, Доротея Пинкни Калхоун, одна из колумбийских Калхоунов.

Она присела в глубоком реверансе, сделавшем бы честь любой из темплтонских девушек. Кейн ошеломленно уставился на ее макушку. Она выпрямилась. Голова ее в высоком чепце едва доходила до третьей пуговицы его сорочки.