Только свои
Шрифт:
Мы вошли в просторный холл, где нас встретил предупредительный портье. Про себя я решил, что нужно просто немного подождать. Уже через час Рахима будет в другом настроении, и тогда я смогу ее убедить поехать на ужин к моим родителям.
Глава 3
И, конечно же, вечером мы вместе поехали. При ее характере сидеть одной в номере даже самой роскошной гостиницы почти невозможно. А в Лондоне все магазины по ночам закрыты, это Рахима тоже хорошо знала. В театры попасть трудно, да она их и не очень любила. А пойти без меня в ночной клуб побоялась бы. Все-таки ей было не так много лет, и она выросла в полупатриархальной семье. Правда, Рахима быстро
Рахима надела темно-синее платье с длинными рукавами. Она заказывала его в Италии, специально ездила для этого в Милан. Платье ей очень шло. Честное слово, объективно я понимал, что внешне она производит впечатление симпатичной девочки, больше похожей на фарфоровую куколку, чем на живую женщину. На наших девочек она совсем не походила – в ней скорее просматривалась своеобразная китайская красота. Говорят, среди предков ее матери были корейцы и уйгуры. Вообще считается, что, если в человеке смешивается кровь разных народов, он бывает не только умным, но и красивым. К сожалению, первая половина этого утверждения моей супругой не подтверждалась, но зато вторая выглядела почти справедливой. Даже в холле отеля на нее тут же обернулся один англичанин. Иногда я думаю, что, если бы она не была моей женой, я бы мог в нее даже влюбиться. Красивая, стройная, с роскошными волосами, аккуратными чертами лица и невозможно сволочным характером. Нет в мире совершенства, это я теперь знаю точно.
Отец прислал за нами свою машину с нашим государственным флагом. Нам открыли дверцы автомобиля, и мы уселись в салон, словно я посол при дворе Ее Величества. А может, так и будет? Со временем мой отец уйдет в отставку или станет на родине министром иностранных дел. Ведь если отец Рахимы будет премьером, то лучшей кандидатуры на должность руководителя внешнеполитического ведомства ему не найти. Да и президент должен понимать, что ему выгодно иметь в качестве министра такого опытного дипломата, связанного близкими родственными отношениями с его личным другом, ставшим премьером.
Всю дорогу Рахима демонстрировала мне свое недовольство. А когда мы уже подъезжали к резиденции, повернула голову и спросила:
– Твой отец опять пригласил эту дрянь?
– Кого? – От изумления я не понял, о ком она говорит.
– Ну, эту бывшую манекенщицу, – зло пояснила Рахима. – Если она думает, что, выйдя замуж за Салима Мухтарова, может спокойно появляться в приличном обществе, то глубоко ошибается. Всем известно, что она была любовницей Саитмурада. Он купил ей квартиру. А потом была близка с этим олигархом – Дименштейном, с которым жила два года и который сделал ее вице-мисс России. Об этом писали все российские журналы…
– Ты бы поменьше обращала внимание на «желтую» прессу, – посоветовал я.
– При чем тут пресса? – нервно перебила меня Рахима. – У нее было такое бурное прошлое, что я удивляюсь твоему отцу. Как он может принимать в своем доме такую дешевку? Он же посол нашей страны. Если ему нужно встретиться с ее мужем, то пусть приглашает его в свой офис. Но ужинать с такой женщиной и принимать ее в резиденции посла…
Водитель посмотрел в зеркало заднего вида, и я понял, что он слушает наш разговор.
– Тише, – резко оборвал я Рахиму, – это не наше дело.
– Я только хочу тебя предупредить. Если ты начнешь строить этой дешевке глазки или попытаешься сделать ей комплимент, я сразу встану и уйду. Ты меня понимаешь? Достаточно того, как в ее присутствии тает твой отец. Я на месте твоей матери не пускала бы ее на порог…
– Хватит, – схватил я за руку эту полоумную, – не нужно так громко.
– Отпусти! – Она вырвала
Я промолчал. Иногда я думал, что нужно хотя бы один раз напомнить ей, кто хозяин в семье. Может, мне ее ударить? Два или три раза я ее уже толкал, несколько раз сильно сжимал ей руку. Но это не помогло. Иногда она доводила меня так, что мне действительно хотелось ее ударить. Но бить мать моего сына – это последнее дело. К тому же я не сомневался, что она тут же позвонит своему отцу. Нет, я не боялся, но знал, что мне придется оправдываться, объяснять, почему я ее ударил. Или, еще хуже, – ее отец мог прилететь к нам в Швейцарию. Однажды, когда мы поругались, находясь на отдыхе в Каннах, и я оставил ее одну, уехав в Ниццу, где мы жили, Рахима позвонила и пожаловалась отцу. У нее было полно денег, она спокойно могла сесть в такси и приехать в Ниццу. Но предпочла сообщить отцу, что я бросил ее в другом городе. Мой тесть перезвонил мне на мобильный телефон, и мне пришлось полчаса оправдываться за мой поступок. А потом я поехал обратно в Канны и нашел ее в ресторане, рядом с магазином, где мы поругались. Рахима как ни в чем не бывало доедала свой обед. Можете себе представить? Спокойно обедала, пока я мотался из города в город. Я думал, что могу ее задушить. Но увидев меня, она вдруг улыбнулась и спросила:
– Обедать будешь?
Интересно отметить, что в тот вечер у нас был особенно бурный секс. Я вообще обратил внимание, что на мою супругу скандалы действуют возбуждающе. По-моему, она настоящая истеричка. Стоит нам помириться после очередного «выяснения отношений», как ее тянет на секс. Учитывая мой московский опыт, я научил ее кое-чему за эти несколько лет, но применять весь «арсенал» знаний, полученных в Москве, конечно, не решался. Иногда мы только меняли позы. Правда, Рахима смотрела разные порнографические журналы и порой даже расспрашивала меня о вещах, о которых ей знать совсем не обязательно. Но в таких случаях я делал вид, что не знаю, о чем она говорит. Вы можете себе представить бывшего московского студента, у которого было несколько сотен проституток и хороших приятельниц? Ни один порнографический журнал не напишет о таких вещах, о которых мог бы я рассказать. Но моей жене это знать было совсем не обязательно. Хотя я замечал, что она человек творческий и в сексе ищет некоторого разнообразия.
Мы приехали в резиденцию к половине седьмого. Отец встречал нас у дверей. Как всегда подтянутый, красивый, моложавый, в хорошем костюме. Он следил за собой. Мать поцеловалась с Рахимой, потом поцеловала меня. Отец тоже по очереди расцеловал нас обоих, и мы вошли в дом. Там уже собралось несколько пар гостей. Среди них выделялся Салим Мухтаров. На сей раз он был в очень стильном костюме в полоску. Я знаю эти костюмы от Бриони. Они стоят по пять тысяч долларов. Но к мешковатой фигуре Мухтарова костюм совершенно не шел. Выглядел как на корове седло. Хотя, похоже, ему самому было абсолютно все равно, как на нем сидит его костюм. Этот человек торговал у нас на базаре жареными орешками. Потом был продавцом пива и воды. Вы спросите, каким образом, торгуя орешками, можно стать миллиардером? Этого я не знаю, хотя тоже догадываюсь, что таким образом нельзя накопить большую сумму.
Но в девяностые годы у нас развелось очень много богатых людей, глядя на которых лично я стал понимать, что хорошее образование и уйма прочитанных книг не дают ровным счетом ничего. Чтобы быстро стать баснословно богатым, гораздо важнее другое. Нужно обладать сильным хватательным инстинктом, быть беспощадным, безжалостным, даже по отношению к самому себе, уметь мгновенно принимать решения, терпеливо переносить возможные неудачи и абсолютно не иметь совести. Все эти качества в полной мере присутствовали у Салима Мухтарова.