Только за наличные
Шрифт:
– Мне жаль, что ваш парень не сможет выступить, – произнес я, прежде чем он успел открыть рот, – но он получил по заслугам. Если вы пришли жаловаться, то меня это не проймет. Я ничего не могу поделать.
– Я понимаю, – согласился Брэнт, пододвигая стул. – Маккриди – жуткий обормот, всегда им был и таким останется. – Брэнт потер лицо рукой и тяжело вздохнул. – Этот упырь пьет мою кровь. У меня от него одни проблемы. – Наклонившись вперед, он ткнул в меня толстым пальцем. – Где ты научился такому удару?
– Немного занимался боксом. Если бы знал, что у него стеклянная челюсть, бил
– Она у него не стеклянная. Другие годами били по ней, и до сих пор ему это даже нравилось. Никогда не видел такого удара. Он бы в танке брешь пробил. – Брэнт рассеянно взял ломтик поджаренного хлеба и стал его грызть. – На Маккриди мне плевать. Если бы ему нашлась замена, кого можно выставить против Кида, я бы плясал от радости, что избавился от него. Но у меня никого больше нет, а это первый серьезный бой за последние несколько лет. На кону крупная сумма, настоящий куш для такого парня, как я. – Дожевав хлеб, он спросил: – С кем ты дрался на ринге?
– Нет, только не я, – был мой ответ. – Не важно, с кем я дрался. Ты не заставишь меня выйти на ринг. Я оставил его много лет назад и не собираюсь возвращаться.
Карие глазки Брэнта жадно меня буравили.
– С таким телосложением и таким хуком ты прирожденный боец. Как давно ты не выходил на ринг?
– Давно. И бокс меня больше не интересует. Если это все, о чем ты хотел поговорить, давай расстанемся, пока мы еще не поссорились.
– Стой, одну минуту. Рош говорил, ты нокаутировал Вайнера во втором раунде. Это так?
– Даже если и так, тебе-то что с того?
– Собираешься в Майами, да? – Отложив хлеб, он пододвинулся ко мне. – А теперь послушай, что я скажу. Как только я тебя увидел, так сразу понял: ты боец. Пошевели мозгами, Фаррар. Что тебе делать в Майами в такой одежде? Как далеко ты уйдешь, прежде чем окажешься в тюряге? Даже если будешь выбирать улицы потемнее, долго ты там не продержишься. Надо выглядеть на все сто, иначе тебе нет места в Майами.
– Это мои проблемы, не твои.
– Я знаю. – Он снял панаму и заглянул в нее, словно что-то искал. – Но я с тобой не разговоры разговариваю, будто мне заняться больше нечем. Как насчет того, чтобы приехать в Майами в белом костюме, весь упакованный и в собственном автомобиле? Ладно, мой драндулет не очень похож на приличный автомобиль, но он на ходу. А что скажешь, если у тебя в кармане окажется пятьсот баксов? Просто так, для разгона?
Хорошая наживка, не поспоришь. Я и сам понимал, что моя одежда не для Майами, и это напрягало меня. Белый костюм, пятьсот баксов и машина казались правильным решением.
– Продолжай говорить. От меня не убудет, если я тебя выслушаю.
– В яблочко. – Он широко улыбнулся, показав шесть золотых зубов. – И вот мое предложение. Выходишь вместо Маккриди, и все это твое. Ну как тебе?
– Неплохо. Но с чего ты решил, будто я справлюсь?
– А как раз в этом я и не уверен. Правда, если у тебя в запасе есть что-нибудь, кроме того хука, то шансы есть. Может, встретимся в спортзале? Покажешь, на что ты способен.
Я колебался. Через пару часов Джош Бейтс поедет из Пелотты в Майами. Я мог бы отправиться с ним и путешествовать, как бродяга, или задержаться здесь еще на четыре
– И каков он, этот парень, с которым ты хочешь меня свести?
– Неплох, – ответил Брэнт, поднимаясь. – Быстрый, с отличным правым кроссом. Да ты не думай о нем. Я не жду победы. Просто повозись с ним несколько раундов, устрой шоу. Все поставят на него. И потом, если он окажется тебе не по зубам, всегда можно выкинуть белый флаг.
– Вот чего я никогда не делал и не собираюсь делать.
– Просто предположение, – примирительно произнес он. – Так идем в зал? Мы сможем поговорить более конкретно, когда я увижу, в какой ты форме.
Зал находился в конце темного, дурнопахнущего переулка, в стороне от главной улицы Пелотты. Ничего особенного он собой не представлял: большое помещение, два тренировочных ринга, боксерские груши, на полу – грязные маты, несколько небольших раздевалок с душевыми кабинами, большинство из которых не работало.
Когда мы пришли, в зале никого не было.
– Уоллер, спарринг-партнер Джо, подойдет с минуты на минуту. Он крепкая рабочая лошадка, можешь бить его в полную силу. Если ты этого не сделаешь, достанется тебе. Предлагаю три раунда. Покажи, на что ты способен.
Он подошел к одному из шкафчиков и достал боксерскую форму. Пока я переодевался, вошел Уоллер, высокий негр потрепанного вида с угрюмыми, налитыми кровью глазами. Он коротко кивнул Брэнту, бросил на меня равнодушный взгляд и отправился переодеваться.
Когда я снял одежду, Брэнт критически оглядел меня и присвистнул.
– Ни жиринки. По мне, так ты в отличной форме.
– В нормальной форме, – отозвался я и нырнул под канаты. – Но если бы знал, что когда-нибудь снова выйду на ринг, я бы бросил курить. Дыхание, вот что меня сейчас беспокоит.
Уоллер забрался на ринг и задумчиво поглядывал в мою сторону, и это не ускользнуло от меня.
– Генри, давай проведем настоящий бой, – обратился к нему Брэнт. – Хочу посмотреть этого парня в деле. Бей со всей силы и не жалей его.
Негр что-то буркнул в ответ.
– И тебя, Фаррар, это тоже касается, – продолжил Брэнт. – Ну что, готовы? Тогда начинайте и не бойтесь хватануть через край.
Он ударил в гонг.
Втянув голову в массивные плечи, Уоллер, словно гигантский краб, двинулся вперед. Мы закружили по рингу, прощупывая друг друга. Я сделал пару быстрых прямых ударов по корпусу, увернулся от коварного правого оверхенда и достал его таким же ударом, только слева. Я не особенно выкладывался. Хотел проверить свой тайминг, понять, как у меня с реакцией. Иногда Уоллер заставал меня врасплох и наносил болезненные удары в бок. Он постоянно отступал, так что мне приходилось идти вперед, и контратаковал, когда я проявлял активность. Внезапно он остановился и сделал выпад правой, целясь в голову. Я почти увернулся от удара, и он прошел по касательной, но это был хороший жесткий удар, и голова у меня слегка закружилась.