Толстолоб

Ли Эдвард

– Хорошо, - согласилась Энни.
– Проверим еще раз, но потом сразу уедем.

Чэрити кивнула, повернулась и пошла вслед за тетей по освещенному лунным светом берегу озера, когда...

Они обе подпрыгнули от внезапной белой вспышки и грохота. В этот раз не было никакой зарницы - это была настоящая молния, будто небо раскололось на части. Чэрити схватила тетю за руку. Электрический разряд ударил с неба, взорвавшись у основания высокого дерева на противоположной стороне озера. Дерево задрожало, затрещало и рухнуло...

– Гроза надвигается, дорогая!
– закричала Энни сквозь грохот.
– Нам лучше

бежать в аббатство и спрятаться там!

Но...

ПОДОЖДИ.

– Чэрити! Давай же! Чего ты там стоишь? Нас может ударить молнией!

Чэрити это не волновало. По озеру пошла рябь, внезапный порыв ветра растрепал ей волосы и раздул платье. Ей было сказано подождать, не так ли? Я... подожду...

Но чего она ждала?

Энни закричала, зажав ладонями уши. Раздался удар грома, небо снова осветилось. Внезапно волосы у обеих встали дыбом под воздействием статического электричества, крошечные волоски на руках и шее тоже, когда второй гигантский разряд выстрелил с неба...

Чэрити просто стояла и смотрела.

Молния ударила в дамбу всего ярдах в тридцати от нее. Древние камни разлетелись в вспышке белого света...

Вверх выстрелил огромный фонтан воды...

Раздался оглушительный шум...

А затем озеро начало стремительно мелеть.

5

– Что ты как дите малое!
– Иисус наклонился вперед, насмешливо глядя на него.
– Будь мужчиной!

Какая космических масштабов афера...

К тому времени Александер уже понял, что, скорее всего, умрет от обширной черепно-мозговой травмы. Он был хорошим священником, по крайней мере, очень старался им быть. Конечно, он допустил несколько ошибок, совершил свою долю грехов, но - срань господня!
– но он делал свою работу по мере своих возможностей. И теперь в награду он получил это.

Иисус Христос в черной футболке с логотипом "Джой Дивижн" вылил на него столько дерьма, что можно потопить Лузитанию.

Это просто сон, – понял он, хотя это не стало для него утешением. Мозг умирающего видит свой последний сон.

И ему раньше уже снился Иисус, не так ли?

Я умираю, да. Это просто сон.

– Ты не умираешь, глупец!
– сказал ему Иисус.
– Боже, Том, ты же не слабак, и никогда им не был. Но ты подводишь меня сейчас! Черт возьми, братан! Я не потерплю этого!

Александер поморщился, все еще парализованный. Да, Иисус стоял в коридоре подвала, но никто из деревенщин, конечно же, не видел Его.

– Думаешь, ты помираешь?
– продолжал подтрунивать над ним Иисус.
– Потому что какой-то голодранец дал тебе по башке монтировкой? Брось! Твой череп слишком толстый для этого, Том. Послушай Меня, хорошо? Ты НЕ умираешь!

Не... умираю,– подумал священник.

Иисус на мгновение успокоился и потянулся за пачкой сигарет, лежащей на полу.

– Эй, мужик, я стрельну сигаретку?

Александер пожал плечами.

– Да, - сказал он. Если Иисус Христос просит закурить, можно сказать лишь одно слово. Да. Но священник сказал не только это.
– Господи, я прошу у тебя совета. Что мне делать?

– Я, что, должен все

тебе рассказывать?
– Иисус, казалось, снова разозлился.
– Первое, что ты должен сделать, это вспомнить, есть ли у тебя яйца. В смысле, я знаю, что они у тебя есть, потому что вижу их. Посмотри на себя, мужик. Ты лежишь здесь, на полу с высунутым членом! Хэлфорд обосрался бы от смеха. О, бедный Том получил по башке от больших плохих деревенщин. Вставай! Этот жирный, похожий на моржа панк собирается ОТРЕЗАТЬ ТЕБЕ ЧЛЕН, а ты ни хрена ни делаешь. А другой засранец? Он трахает ту белобрысую телку, ХОТЯ ОНА УЖЕ МЕРТВА! Сделай же что-нибудь!

– Помоги мне, - взмолился Александер.

Иисус развел руками, держа во рту сигарету.
– Не могу. Ты же знаешь, я просто случайно проходил мимо. Поверь мне, братан, я с удовольствием выбил бы из этих отбросов все дерьмо, но мне нельзя. Ты должен сделать это сам.

Александер моргнул.

– Так... я... не умираю?

– Нет, тупица. Я же только что тебе сказал! Я - Иисус. А Иисус не лжет!

Толстяк наклонился вперед, не замечая присутствия Сына Человеческого. Он уже раскрыл перочинный нож и подносил его...

– Он собирается отрезать тебе "петушок"!
– сказал Иисус.
– Не валяйся! Сделай же что-нибудь! Покажи ему, что у тебя стальные яйца!

Когда толстяк наклонился еще ближе, рука Александера метнулась вверх, схватила его за шкирку и потянула вниз. Прежде чем Дикки Кодилл успел воспользоваться ножом, Александер укусил его за нос, и укусил сильно. Толстяк закричал, когда зубы священника впились еще глубже. В следующее мгновение Александер выплюнул нос парня.

– Боллз! Боллз!
– Дикки визжал, как напуганная баба. Он беспомощно возил пухлой рукой по лицу, будто, чтобы остановить обильный поток крови.
– Священник откусил мне шнобель!

Тритт Коннер остановил свой неистовый "трах". Он оглянулся через плечо и посмотрел на плачущего и визжащего Дикки. Встал, заправил член в штаны, а затем...

Вот, дерьмо,– подумал Александер.

... извлек откуда-то револьвер, который можно было назвать огромным.

– Какое же ты сыкло, Дикки. Похоже, мне самому придется позаботиться об этом святоше.

– Приготовься, - предупредил Иисус.
– Это уже серьезно.

Александер приподнялся, но лишь слегка. Голова звенела от боли, конечности были будто чужими.

Иисус, смакуя сигарету без фильтра, продолжил:

– Вспомни разоружающий прием, которому тебя научили у морпехов.

– Я не служил в морпехах, я был армейским рейнджером.

Иисус закатил глаза.

– Морпехи, рейнджеры, да кого это волнует, мать твою? Просто вспомни, чему тебя учили. Потому что, поверь мне, мужик, через пару секунд тебе это понадобится.

Разоружающий прием, о котором говорил Царь Царей, был действительно жестоким, простым и очень эффективным.

Тритт Боллз Коннер приблизился, держа штуковину, похожую на старинный автоматический револьвер "Уэбли-Фосбери" кадибра .455. Британцы изобрели его, чтобы валить обдолбаных наркотой туземцев в англо-бурскую, или в какую-то там другую войну.