Топ-модель
Шрифт:
Прервав на середине фразу, Линдсей сняла трубку и постаралась приглушить давивший ее смех.
— Ал-ло-о!
После небольшой гнетущей паузы послышался хриплый мужской голос:
— Линдсей, это твой отец.
Она судорожно сжала пальцами трубку, а от недавнего веселья не осталось и следа.
— Что случилось?
— Твоя бабушка умерла. И мать тоже. Твоя мать изрядно поддала, а потом решила отвезти бабушку на какую-то очередную встречу с членами попечительского совета. На Вебстер-стрит их машину занесло, и они на огромной скорости врезались в стоявшие у обочины машины. Слава Богу, что там
Господи, как она ненавидела его в эту минуту!
— Когда это случилось? — сухо спросила Линдсей, тупо уставившись на телефонный аппарат.
— Вчера.
— Почему же ты не позвонил мне вчера?
Он замолчал, а она живо представила, как он равнодушно пожал плечами.
— Я звоню тебе сейчас. Еще не поздно. Похороны состоятся в пятницу. Я подумал, что ты, возможно, захочешь прилететь сюда.
— Да, разумеется, захочу. Благодарю за звонок. Это очень порядочно с твоей стороны и к тому же своевременно.
— Мне не нужен сейчас твой сарказм, Линдсей, — огрызнулся отец. — Это не сделает тебя лучше, чем ты есть на самом деле, как и твой дурацкий рост. Вчера я разговаривал по телефону с Сидни. Она сказала, что немедленно вылетает домой.
Ну конечно, Сидни он позвонил сразу же после того, как все это случилось. А ей — только на следующий день. Спасибо, что хоть сегодня соизволил позвонить. Ее мать мертва. Господи, просто невозможно поверить! И бабушка тоже. Гэйтс Фокс, престарелая леди, которая многим казалась просто бессмертной, мертва. Невероятно. Она же всегда была в движении, всегда трудилась, вела активный образ жизни… А ее мать? Пьяная? Нет, не хочется верить в это. Она так и не увидела свою мать на Рождество. Погода была отвратительная, и все самолеты оказались прикованными в аэропорту Кеннеди. Линдсей вспомнила, что очень радовалась этому обстоятельству, а все обернулось трагедией. Надо было немного подождать и взять билет на другой рейс, а она даже не попыталась этого сделать. И вот сейчас их уже нет в живых. Жаль, что она не повидалась с ними раньше.
— Когда прилетишь, сразу же бери такси и немедленно приезжай к нам. Думаю, что тебе придется остаться у нас на какое-то время.
— Да, — чуть не плача сказала она и положила трубку. Тэйлор в это время напряженно следил за каждым ее движением, как бы предчувствуя беду.
— Это был мой отец, — тихо сказала она. — Моя бабушка и мать погибли вчера в автомобильной катастрофе. Мне нужно срочно позвонить в агентство и заказать билет на утренний рейс. Похороны намечены на пятницу.
Тэйлор видел, как она набирает номер телефона агентства путешествий, заказывает билет на самолет, и удивлялся ее неестественному спокойствию. Он не стал утешать ее в этот момент, так как она в этом не нуждалась.
— Господи! — громко вскрикнула Линдсей, когда положила трубку. — Мне нужно срочно связаться с Демосом и отменить все съемки, назначенные на завтра. Я должна была рекламировать спортивную одежду. Как все это странно! Я совершенно не помню… Что у меня на пятницу? Тэйлор, ты не помнишь, что у меня в пятницу?
Он подошел к Линдсей и крепко обнял ее. А что он еще мог сделать? Ведь она до сих пор не открылась ему полностью. Нежно прижав ее к себе, он гладил ее по волосам, пытаясь хоть как-то успокоить и утешить.
— Почему бы тебе не пойти
— Спасибо, Тэйлор, — благодарно взглянула она на него и вышла из огромной гостиной, направившись в спальню по длинному коридору.
Тэйлор набрал номер Демоса и вкратце объяснил тому суть дела.
— Ты собираешься с ней в Сан-Франциско?
— Не знаю. Она пока не просила меня об этом.
— Может быть, будет лучше, если ты останешься здесь, — рассудительно сказал Демос после небольшой паузы. — Насколько я знаю, ее отец тот еще мерзавец, а мачеха еще хуже. Кроме того, там будет ее сводная сестра Сидни, которая… ну да ладно, не нам об этом судить. Боже мой, чего только не бывает на этом свете! Береги ее, Тэйлор. Ей очень нужна твоя поддержка. Особенно сейчас.
— Да, Демос, непременно.
Он вошел в ванную и увидел, что Линдсей лежит по шею в горячей воде, положив голову на подставку из дорогого бледно-розового мрамора. Ее волосы были мокрые и почти полностью прикрывали грудь.
— С тобой все нормально, дорогая?
Линдсей лежала в ванне совершенно голая, но в данный момент ей было наплевать. Она открыла глаза и медленно повернула голову в его сторону. Тэйлор пододвинул туалетный стульчик и уселся рядом с ванной с выражением печали на лице. Она была тронута.
— Все нормально, Тэйлор. Я в полном порядке. Это был просто шок. Моя мать… Знаешь, я редко видела ее с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать лет. Они с отцом отослали меня в школу-интернат для девочек, в Коннектикут. Отец сказал, что она была пьяная и именно поэтому полностью виновата в том, что произошло. Но бабушка… Я просто не могу поверить, что ее больше нет. Это невероятно. Она всегда была в нашем доме, всегда руководила всем хозяйством, всегда.
Ее голос звучал очень печально, но на глазах не было ни единой слезинки. Только легкая горечь от невосполнимой утраты.
— Ты хочешь, чтобы я поехал с тобой?
Линдсей решительно покачала головой:
— Нет, не надо. Я не хочу, чтобы ты видел мою… Впрочем, это не важно. Я постараюсь вернуться в пятницу вечером. Не могу оставаться в этом особняке больше, чем мне нужно для соблюдения приличий. Я всегда недолюбливала этот дом и старалась как можно быстрее покинуть его.
Особняк? Еще один сюрприз. Он так хотел узнать о ней как можно больше, и ему это удавалось, откровенно говоря, но только очень медленно. Ничего страшного, шаг за шагом он неизбежно приближается к разгадке ее тайны. Еще вчера они долго спорили, а потом плюнули на все и по-дружески обнялись, даже поцеловались, и вот теперь все это.
— Позвони мне, когда приедешь туда.
— Ладно.
В ту ночь он прижимал ее к себе еще крепче, чем прежде. Линдсей была очень спокойной — следствие шока, вызванного гибелью двух самых близких людей, невозможностью поверить в случившееся и смириться с потерей. Ну что ж, вполне нормальная реакция, подумал он. Две неожиданные смерти в одно и то же время! Надо же такому случиться! Ему в этот момент захотелось, чтобы она позволила ему сопровождать ее в этой поездке, но настаивать он не мог. Никакого принуждения. Пусть решает сама. Только так можно завоевать ее доверие.