Тор

Брит Лорен

Официант покидает нас.

– Поппи, я полагаю.

Её голова резко поднимается, и она замирает, её губы приоткрываются. Я часто видел фотографии её сестры. Их отец - лидер консервативной партии. Вайолет Уитли фотографировали часто, потому что она была горячая, но её младшая сестра... Срань Господня. Я видел прекрасных женщин за эти годы, но Поппи Уитли просто ошеломительна. Длинные рыжие волосы свободно струятся по плечам, создавая контраст с идеальной фарфоровой кожей.

Острые скулы, пухлые губы, и я бы заплатил, чтобы они были обернуты вокруг моего члена. Ее большие карие

глаза скользят по моей груди, прежде чем медленно подняться к лицу. Она тяжело сглатывает, но не отводит взгляд, удерживая его почти с вызовом. Я был глубоко, по самые яйца, в заднице Анны меньше часа назад, но мой член дергается только от одного взгляда этой девчонки.

Она поднимается со стула, демонстрируя простой серый джемпер, в который была одета. Он прикрывает ее от самой шеи до ног, при этом идеально облегая каждый изгиб тела

– Вы Тор, - она поднимает руку, будто ожидая, что я ее пожму. Я улыбаюсь. Взяв ладонь, я поднимаю её, поднося ближе к себе и прижимаюсь губами к тыльной стороне. Я могу различить запах её духов - особый запах, с таким я еще не сталкивался.

– Рад знакомству, - произношу я низким голосом.

Глава 4

Поппи

Его глаза, глубокого зеленого цвета, устремлены на меня, смотрят, не отрываясь сквозь длинные темные ресницы. Моя кожа горит от касания его губ, а сердце бьется в неровном ритме под ребрами. Я стою тут, как идиотка, не в состоянии пошевелиться и заговорить. Некоторые мужчины привлекательны, но этот выглядел так, будто пришел сюда из другого мира, где существует такая неземная красота.

Имя Тор ему идеально подходило: он выглядел как чертов бог. Его широкие плечи были скрыты под идеально сидящим черном пиджаком и такого же цветом рубашкой. Когда он наклонился, влажные пряди волос упали ему на лоб, устроив на его голове сексуальный беспорядок. Мой мозг на секунду перестает работать, и его губы складываются в сексуальную ухмылку. Дерьмо. Я похожа на неуклюжую идиотку. Я моргаю и вырываю руку из его хватки, спрятав ее за своей спиной. Моя кожа все еще зудит от его ласки, и это ощущение расползается по всей руке. Чувствуя, что на ноги лучше не надеяться, я присела, поставив локти на стол.

Он садится напротив меня, расстегивая пиджак с непринужденной грацией.

– Спасибо, что пришли. Я полагаю, Элоди рассказала о моем затруднительном положении, - я пытаюсь говорить уверенно, но то, как он не сводит с меня взгляда, вынуждает думать, что он видит меня насквозь.

Он опускает локоть на стол, постукивая средним пальцем по своей полной нижней губе.

– Да, она рассказала мне, но я все же должен спросить... почему ваша подруга устраивает вам свидание? У вас ведь, наверняка, есть из кого выбирать?

Я вздыхаю только от мысли, что мне придется пойти на свадьбу с одним из сыновей подруг моей мамы. Они все такие претенциозные маменькины сынки.

– Они все идиоты. Я лучше пойду одна. На самом деле я была бы счастлива пойти без сопровождения. Но Элоди настаивает, что я должна привести с собой до абсурда привлекательного

мужчину, - я указала рукой на него.
– Без обид. Я имею в виду, уверена, вы очень хороший, если не брать во внимание... мускулы. И лицо, - выпалила я. О, Боже. Я чувствую, как краснею.

– Не бери в голову, - произносит он спокойно, но я вижу, что мужчина пытается скрыть улыбку.

– Она в какой-то мере права. Это выведет мою сестру из себя. В любом случае, если вы не против столкнуться с пьяной мной и, возможно, держать мои волосы, пока меня будет выворачивать наизнанку, это замечательно.

Его голова откидывается назад, и раздается смех, глубокий и приятный по звучанию, который отдается вибрацией глубоко во мне. Где, черт возьми, Элоди прятала этого парня?

– Что ж, если там будут еда и выпивка, то я в деле.

– Эх, это все моя сестра. Она тратит на свадьбу сто пятьдесят тысяч. Уверена, на еду из них уйдет около пяти тысяч.

– Ну, я обожаю бесплатную еду.

– Ты пытаешься сказать, что сегодня плачу я?
– спрашиваю с улыбкой. Он смеется, а затем с прищуром смотрит на меня. Его средний палец осторожно стучит по нижней губе в жесте, как будто он пытается разгадать меня. Чем дольше он смотрит, тем сильнее бьется мое сердце, и это продолжается до тех пор, пока единственным, что я могу слышать, становится биение моего собственного пульса, который набатом стучит в ушах. Я не могу оторвать взгляд от его глаз, и, кажется, будто он на самом деле держит меня за руку и тянет, чтобы прижать к себе.

Рядом с нами кто-то прочищает горло, и я подпрыгиваю. Официант стоит рядом со столиком и вежливо улыбается.

– Могу я предложить вам выпить?

– Вина. Мне нужно вино, - выпаливаю я. Тор не отрывает взгляд от винной карты, которую он держит перед собой, не упускаю тот момент, когда его губы дергаются, пытаясь побороть улыбку. Мы оба заказываем еду, но я продолжаю смотреть на меню даже после этого. Мне нужна секунда, чтобы собраться.

Официант отходит, и я снова остаюсь один на один с магнетической силой его взгляда.

– Итак, Тор, если мы собираемся вместе пойти на свадьбу, мне стоит получше тебя узнать.

Непринужденно откинувшись на спинку кресла, он постукивает кончиками пальцев по столу.

– Спрашивай, Поппи.
– То, как он произнес мое имя, заставляет мое тело покрыться мурашками, и я почти хочу себя ударить.

– Чем ты зарабатываешь на жизнь?
– Его выражение лица меняется, становясь менее игривым и более серьезным на секунду.

– У меня бизнес в гостиничной отрасли, - отвечает он медленно.
– Что насчет тебя?

– Я художница.

Официант возвращается и открывает бутылку вина, наполняя два бокала для нас.

– Спасибо, - благодарю я. Он кивает и уходит.

– И что думает твой отец о том, что ты художница?
– осторожно подбирает он слова, но я отлично понимаю, что Тор имеет в виду.

– Давай просто скажем, что именно по этой причине Вайолет – любимый ребенок в семье, - я поднимаю бокал и делаю большой глоток.

Он пожимает плечами.

– Разрыв шаблона не такая уж и плохая вещь. Делай, что любишь, и люби, что делаешь.