Товарищ Билл

Может, хоть сегодня спутники будут настроены как надо, подумал Билл, проходя мимо высоченного и широкоплечего агента Секретной Службы. Огромная ванная комната, куда направлялся Билл, располагалась в доме его матери. Возможностей уединяться в этой ванной становилось все меньше и меньше — в последнее время агенты уделяли внимание своим должностным обязанностям куда сильнее, чем ранее. Но Билл просто не мог пропустить еще один выход на связь — риск «спалиться» и так был огромен.

Он

открыл дверь шкафа в ванной и глянул на верхнюю полку. Там, среди старых бритвенных лезвий, электро- и обычных грелок, и прочего мусора, стоял радиоприемник. По виду это был сущий антиквариат — один из тех уродливых ящиков с часами и шкалой настройки, выпускавшихся в 1950-е годы. Но внутри он был торжеством новых конструкторских идей, потому что в аппарате был хитро запрятан спутниковый передатчик, сделанный по непревзойденной технологии. Ну, по крайней мере, об этом говорилось в зашифрованном сообщении, которое было прикреплено к внутренней стенке приемника — Билл прочитал его, когда вынул этот приемник из тайника в Литл-Роке четыре года назад. Правда с тех пор его уверенность в этой самой технологии сильно пошатнулась, как и в том, что приемник вообще работает. Именно в те разы, когда Биллу позарез необходимо было выйти на связь, попытки заканчивались ничем. Разочарование, которое Билл испытывал, глядя на светодиод, мерцающий красным («нет сигнала»), с каждым разом росло.

После третьей неудачной попытки, Билл впал в такую ярость, что едва не выполнил предписания инструкции по уничтожению передатчика. По счастью он остыл и передумал — он слишком долго шел к этой цели и слишком многое поставил на карту, чтобы так вот все одним махом перечеркнуть. Он должен был преодолеть и это последнее препятствие, но сочетание ненадежности передатчика и редких возможностей использовать радио, приводило его в отчаяние. В шифрованном сообщении что-то упоминалось о возможности «неблагоприятного расположения спутников», но, с другой стороны, это одновременно подразумевало, что радио работает должным образом. Поэтому Билл решил попытать счастья еще раз.

Он поставил радио на столик и включил краны в раковине и в душе на полную мощность. Напор создавал необходимый уровень помех, близкий к «белому шуму» — Билл надеялся, что за звуками льющейся воды агентам Секретной Службы, у дверей ванной, не удастся расслышать, как он тихо говорит в микрофон радиоприемника. Слава Богу, агенты не могли подслушать то, что ему говорила противная сторона — наушник был мощным, но миниатюрным, и если поместить его в ухо, то на расстоянии нескольких сантиметров услышать, что ему говорят, было невозможно.

Наконец, настал нужный момент. Билл глубоко вздохнул, нажал на кнопки на передней панели и повернул ручки в необходимой последовательности. Верхняя панель откинулась, под ней оказалось фальшивое дно, а под ним — ультрасовременный миниатюрный передатчик. Билл воткнул наушник в ухо, вздохнул еще раз, нажал на кнопку «Вкл.» и едва не закричал от восторга. Вместо красного индикатора, означавшего, что сигнала нет и связь невозможна и вместо желтого («контакт

возможен») загорелся зеленый — «связь устойчива». Наконец-то он настал, долгожданный момент!

— Говорит Деревенская Звезда. Вызываю Сосновый Остров. Деревенская Звезда вызывает Сосновый Остров. Прием.

Ответа не последовало. Билл повторил вызов, затем еще раз. Он посмотрел на светодиод — то горел ровным зеленым светом. По всему выходила какая-то бессмыслица — ну разве что его обманули, и передатчик был липовым.

Но его сомнения моментально развеялись, как только он услышал в наушнике скрипучий голос с сильным акцентом: — Простите, пожалуйста. Вы нас вызывали?

— Да! Говорит Деревенская Звезда. Это Сосновый Остров? Что-нибудь случилось?

— Да нет, ничего особенного. Я просто был в другой комнате, а тут оставался только Миша. Ты нас вызвал по-английски, а он не знает языков кроме русского и польского. Ты один из наших? Тебе нужна помощь?

— Мне сказали, чтобы я говорил по-английски… но если вы на самом деле Сосновый Остров, то мы должны обменяться паролями!

— Зачем? Меня зовут Евгений Пеняков, я говорю из Москвы. Зачем тебе пароль-то понадобился? В этой спутниковой системе есть только один такой приемник, и он расположен в кабинете на площади Дзержинского. И сижу за ним я. Ты думаешь, что кто-то еще может использовать эту линию?

— Мы должны обменяться паролями! Это необходимая процедура для обеспечения безопасности! — Билл почувствовал как в нем закипает гнев. Да, технология гарантировала, что сигнал перехватить невозможно: он был особым образом закодирован, передавался напрямую на спутник с помощью пакетных микроимпульсов, оттуда шел прямиком в Москву, где приемник его раскодировал — но этот парень со скрипучим голосом (как там его? Евгений? Это его настоящее имя?) по мнению Билла был откровенно небрежен в том, что касалось безопасности.

— О, Господи… ну хорошо, хорошо. Если уж тебе так хочется, то я сейчас пойду, достану книгу и посмотрю, что там написано. Как ты там нас назвал? Хреновый Остров?

— СОСНОВЫЙ Остров!

— Минуту, минуту, я должен найти этот блокнот в наших ящиках и я не очень-то помню, где от них ключи. Погоди пару минут.

— У меня нет столько времени!

— Слушай, но это же ты требуешь, чтобы мы сказали пароль. Я сейчас вернусь вместе с блокнотом.

Прошло несколько долгих минут — Биллу они показались вечностью. Наконец в ухе снова раздался этот скрипучий голос:

— Ну да, правильно, мы Сосновый Остров. А твой позывной какой? Славянская звезда?

— Да нет же! ДЕРЕВЕНСКАЯ Звезда!

— Так, минуту, минуту… ага, вот, все правильно. Тут говорится, что ты называешь пароль первым.

— И се глаголю я, — сказал Билл, испытывая, наконец, чувство глубокого удовлетворения.

— Дай ответ мне, маргаритка, дай ответ, — проскрипел голос на другом конце.

— Вымой всех с мылом, — ответил Билл.

— Ну вот. Теперь ты доволен? Достаточно пароля?